Гучок
Шрифт:
Олени быстро нагнали медленно ползущие велосипеды мальчиков.
– Быстло бегают, – удивился Игорёк. – Ани, навелное, здесь как такси лаботают.
– Такси заказывали?! – крикнул знакомый скрипучий голос.
Мальчики глазам своим не поверили. На голове у вожака между рогами, подперев бока и гордо подняв голову, восседал суслик. Живой и невредимый. И, даже, посвежевший. Его единственный глаз победно сверкал с высоты оленьих рогов.
– Ты как там оказался? Тебя же орёл слопал? – радостно крикнул Гучок.
– Ну, во-первых, не орёл, а сокол. А, во-вторых, я его сам чуть не слопал, –
Мальчики вытаращились на него.
– Ну, эта ты загнул, – с сомнением произнёс Игорёк. – Мы видили, как этат сокал тибя баялся. А патом исё и кахтями сфатил, стоб не так стласно было. А, када улипётывал с табой в небо, так цють не уписался от испуга.
– Не верите? – усмехнулся суслик. – А как, по-вашему, я оказался здесь, да ещё и на оленях?
Ребята переглянулись и пожали плечами.
– По дороге расскажу. А пока, грузите свои чемоданы!
Обрадованные мальчики погрузили на оленей свои вещи и велосипеды и поехали.
– У меня созрел план, – начал свой рассказ суслик. – Не идти дальше пешком по уши в грязи, а ехать на комфортабельных оленях. Поблизости оленей не было, поэтому я решил осмотреть местность с высоты. А как попасть на высоту? Моя голова подсказала мне, что для этого надо приманить птицу. Но какой кулик спустится на землю, чтобы меня покатать? Кулик, хоть и кулик, но не дурак. Зато хищника хлебом не корми, дай меня сцапать. Вот я и пошёл гулять, как джентльмен по авеню. А у нас здесь такое авеню, что джентльмены далеко не гуляют. И, когда этот крючконосый головорез меня сцапал и поднял на нужную высоту, я выдохнул воздух и вывернулся из его когтей. Потом забрался к нему на шею и показал ему своё волшебное зеркало.
Суслик вытащил из-за пояса свой нож и повертел его в лапе, давая всем присутствующим ним полюбоваться. Потом открыл рот, посмотрел на блестящее лезвие и поковырялся в зубах. Игорёк тоже заглянул ему в рот.
– Ты, сто, диствительна иво съел?
– Зачем мне есть свой самолёт? Как только он увидел моё волшебное зеркало, мы сразу же подружились. И мой пернатый друг любезно согласился отвезти меня к оленям.
– А с оленями ты точно так же подружился? – спросил Гучок.
– Не-е-т, – рассмеялся суслик. – Волшебное зеркало у меня только для страшных друзей. Для сокола, поморника, совы, песца или волка. А с оленями у меня взаимовыгодное сотрудничество. Они меня иногда по тундре катают, а я их иногда от волков защищаю.
– А волки оленей едят? – спросил Гучок.
– Без соли, – категорично ответил суслик. – И даже без кетчупа.
– Я ни панимаю, зацем эти хисьники вабсе нузны? – недоумевал Игорёк. – Никакой пользы ат них. Адни убытки.
– Мой семиюродный братишка в соседнем районе тоже сусликом работает. Так, вот, он как-то рассказывал, что у них охотники всех волков перестреляли, чтобы те оленей не ели. На следующий год оленей развелось… больше, чем леммингов. И дня не было, чтоб какой-нибудь из них по тебе не прошёлся. И что? Слопали они весь корм, стали часто болеть и очень скоро все вымерли. Ни волков, ни оленей! Вот тебе и хищники! Природа думала, когда их придумывала. Волки нападают на больных, слабых и глупых
зверей. А здоровые, сильные и умные остаются!– А мидведей тут не бываит? – осторожно поинтересовался Игорёк.
– Летом иногда бурый медведь забредает. Я их бурёнками называю. А зимой могут белые появиться.
– И ты их белками завёшь?
– Ага. А если зелёный приковыляет, то я его зелёнкой называю.
Ребята рассмеялись. После шуток суслика Игорьку стало легче. Медведь не казался таким уж свирепым и страшным. «Если такой клохатный суслик не баитца волка, то пацему я долзен баятца мидведя?»
Теперь тундра снова стала яркой и интересной. Путешественники ехали дальше, наслаждаясь её красотой и бескрайними просторами. Её величественный покой пронизывал всё живое, что было здесь. Казалось, что в этой тишине был слышен даже шёпот травы и мха. Это умиротворение наполнило мальчиков. Беспокойство и тревога куда-то исчезли. Не верилось, что в этой стране вечного спокойствия кто-то кого-то может съесть. И, всё же, так оно и было.
Они подъехали к реке, которая спокойно текла, огибая невысокие холмы. Моста нигде не было видно.
– А мостов здесь нет? – спросил Гучок.
– Оленю мост, что рыбе шляпа. Гляньте внимательно на его шерсть. Это не волосинки, а тоненькие трубочки с воздухом. Поэтому, когда олень плюхается в воду, он не тонет, а плывёт, как на матрасе.
– Супел! – восхитился Игорёк.
– Причём здесь суп? – не понял суслик. – А-а, ну и в супе тоже не тонет. Так что держитесь крепче. Речной болезнью никто не болеет?
– Нет, – мотнул головой Гучок.
– А у миня плививка, – сказал Игорёк.
– От чего? – недоверчиво спросил зверёк.
– Ат балезни, – убедительно повторил Игорёк.
– Вообще-то, эту болезнь я только что придумал, – насмешливо сказал суслик.
– А у миня и ат плидуманых балезней плививки есть, – не растерявшись, заявил мальчик. – И, на всякий слуцяй, плидуманые плививки ат балезней тозе есть.
Олени вошли в воду и поплыли. Суслик залез на самую верхушку оленьих рогов и, прикрыв лапой глаза от солнца, смотрел вперёд.
– Ты на пиратского капитана похож, только без банданы и попугая на плече, – поглядел на него Гучок. – Наверное, ты бы был лучшим пиратом среди сусликов, и лучшим сусликом среди пиратов.
– Я ницево не понял, – недоумённо проговорил Игорёк.
– Прямо по курсу земля! – объявил суслик.
– Плямо под попой вода, – произнёс Игорёк, намочив брюки и передвигаясь поближе к голове своего оленя.
Приближаясь к другому берегу, Гучок заметил странное копошение возле воды. Присмотревшись, он понял, что это собралась огромная толпа леммингов.
– Эй, суслик! – крикнул он. – А почему на том берегу нас встречает такая толпа леммингов?
– Навелное, ани пла насы пладукты планюхали, – предположил Игорёк. – Ломантики с бальсой далоги!
– Такое здесь иногда бывает, – начал объяснять суслик, напряжённо всматриваясь вперёд. – Когда этих газонокосилок становится слишком много, они съедают весь корм, там, где живут, и начинают бежать в другое место. А в этом году их слишком много. Там, где я жил, от них сейчас проходу нет… И, добежав до реки, они останавливаются…