Чтение онлайн

– Это правда был Лис?
– Клод говорил с придыханием, боясь спугнуть минуту откровений.

– Я никогда не видел Лиса, хватит уже об этом спрашивать, - резко ответил старик и поднялся со стула, все еще сжимая в руке салфетку. Клод в панике пытался придумать вопрос, который снова заставит его разговориться.

– Почему Вы бежали с дочерью?

Абрам вздохнул и снова опустился на стул. Повисло молчание, и Клод не спешил его нарушать. Он понимал, что на такие вопросы необходимо иметь решимость ответить. Абрам все еще мял салфетку, а потом как-то резко, будто решившись, положил ее на стол, а сам поднял голову и посмотрел

Клоду прямо в глаза.

– Клаудия не моя родная дочь, - выдохнул он.
– Я взял ее на воспитание, когда ей было шесть лет по просьбе ее отца.

– С ними что-то случилось?
– Клод ощутил, как к горлу подступает ком. Выходит, Клаудия совсем как он не помнит матери. У них нашлось что-то общее.

– Не с ними. С ней.

Абрам замолчал снова, и на этот раз пауза тянулась куда дольше. Клод пытался додумать, что же такого могло произойти, но не мог. Поэтому он с интересом изучал потолок и стены, с которых исчезла вся паутина, а мириады трещин в штукатурке куда-то пропали. Будто бы дом тоже погружался в воспоминания и молодел на глазах.

– Клаудия никогда не была обычным ребенком - она всегда могла видеть и чувствовать куда больше, чем другие дети. Отец ее рассказывал, что она могла сидеть целый день и смотреть в одну точку, а потом начать говорить разными голосами. Когда она сильно злилась или обижалась, обязательно в доме что-то разбивалось и падало, а иногда ее обидчик мог внезапно где-нибудь пораниться. Будто бы вместо кукол она играла людьми: если ей было весело, то все непроизвольно начинали смеяться, если ей было грустно - нельзя было и шагу ступить, чтобы не наткнуться на плачущих слуг. Дети боялись ее, а вскоре стал бояться и собственный отец. Поэтому он решил, что ее воспитанием лучше заняться кому-то другому.

– Но почему Вы?

Абрам неопределенно пожал плечами.

– Многие люди верят, что мой народ хранит такие тайны, которые недоступны простым смертным. Не знаю, так ли это, но за свою жизнь я видел много странных и таинственных вещей, поэтому запугать меня не так-то просто.

Теперь старик улыбался открыто и искренне. У Клода сразу потеплело на сердце.

– Мы с девочкой быстро нашли общий язык. Я не боялся ее, а ей необходимо было хоть кому-то верить. Вскоре она даже начала звать меня отцом - я хочу верить, что это искренне. Я научил ее всему, что знаю сам, но до сих пор не могу понять, что происходит в ее голове, когда она остается одна или подолгу смотрит в одну точку...

– Так почему Вам пришлось уехать? Неужели невозможно было остаться? А, кстати, откуда вы приехали?

– Из Анриса, - нехотя поделился Абрам.
– Там у меня и так сложилась не лучшая репутация, чтобы примешивать еще и Клаю...

Клода будто пронзило молнией.

– Постойте, как вы ее назвали? Вашу дочь?

– Клая, - в голосе старика была смесь смущения и удивления.
– Я всегда зову ее так. Помню, в первую нашу встречу, когда я спросил, как ее зовут, она сказала: "Клая" и протянула мне ручку, - Абрам рассмеялся.
– Совсем как взрослая. Потом она мне рассказывала, что так ее называл самый дорогой человек.

Внутри Клода что-то перевернулось - теперь он понимал ту смесь отвращения и презрения на ее лице, когда он осмелился так ее назвать. Но откуда ему самому это прозвище пришло на ум?

Ветер, врывавшийся во все еще открытое окно, становился холодным. Клод поежился и решил, что

пора закрыть ставни, чтобы сквозняк не продул девочек, хоть они и спали на верхних этажах. Пока Абрам предавался воспоминаниям, юноша подошел к окну и посмотрел на улицу. Перед его глазами снова кружились голубые огоньки. Теперь они не танцевали, а вполне определено двигались вверх-вниз. По инерции Клод посмотрел вниз, под окна, и увидел там Лиса.

– Абрам, - тихонько позвал Клод, чтобы не услышал Лис, но тут в его голове уже знакомый голос отчетливо произнес:

"Он тоже должен услышать".

И Клод готов был поклясться, что Лис кивнул ему.

Абрам подошел к Клоду и вслед за ним посмотрел вниз. Увидев Лиса, он встряхнул седой головой и потер глаза, но животное никуда не пропало. Голос в голове Клода сказал:

"Это срочно, поэтому я должен сказать вам обоим. Времени почти не осталось".

– Ты тоже можешь слышать его?
– тихо спросил Абрам у Клода. Тот кивнул.

"Черная лихорадка вернулась в город. Пока часы стоят, жизнь не пойдет вперед. Черное сливается с белым, и души не могут обрести покой".

– Что это значит?
– прошептал Клод, но Абрам шикнул на него, призывая молчать.

"Она голодна и разгневана. Времени мало".

– Но что нам делать?
– тихо спросил Абрам.

"Спасите невинных, пока не стало поздно. Найдите ее".

– Стоит ли...
– Абрам кивнул в сторону Клода.

"Он знает все, что нужно".

– Кого найти? Как спасти?
– паниковал Клод, едва Лис растаял, прихватив с собой и голубые огоньки. Абрам закрыл окно и уселся снова за стол. Клод же нетерпеливо мерил шагами кухню.

– Надо что-то делать! Вы сами слышали - времени мало! А что, если умрет Эмиль? Или, чего хуже, заразит семью? Почему этот Лис просто не скажет, как остановить болезнь?

– Потому что он не знает, - выдохнул Абрам.

– А кстати, - Клод остановился на полпути и повернулся к старику.
– Вы же говорили, что Лис - это миф, легенда, Вы никогда его не видели. А сами, оказывается, и слышать его можете?

Абрам опустил голову.

– В первый раз он пришел ко мне перед пожаром и попросил помочь, - сказал он едва слышно.
– Но я ничего не сделал. Он всегда говорит загадками, и даже я не могу его понять.

– С чего мне верить Вам?

Абрам поднял голову и посмотрел Клоду в глаза.

– А с чего мне лгать?

Молчание. Клод смотрел в окно, пытаясь понять, что еще важное он мог упустить.

– О ком он говорил? Кто она?

Абрам не торопился отвечать. Минуты шли медленно, воздух в комнате будто сгустился и тяжестью осел на плечах. Клод все еще смотрел в окно, боясь обернуться и посмотреть в лицо старика, будто одно его выражение откроет ему какую-то страшную и ненужную тайну. На карниз села ворона и пронзительно каркнула. В унисон с ней Абрам произнес:

– Ведьма.

Клод вздрогнул и обернулся.

– Что? Как?

Абрам пожал плечами. Клод обошел стол и сел на стул напротив него.

– Это единственное, что я смог понять. Я не знаю, кто она, откуда взялась. Она питается душами: прошлая эпидемия и пожар дали ей достаточно, чтобы затаиться на несколько лет, но сейчас она вновь голодна. И она пойдет на все, чтобы утолить голод.

– Разве ее возможно остановить?
– прошептал Клод в ужасе. Все происходящее казалось ему чем-то ирреальным.