ФАНТОМ
Шрифт:
"Теперь, получив все то, что вы мне дали, я могу лишить Ричарда Рала его силы, его земли, его народа, его друзей, его любимых. Во имя Братства Ордена я могу забрать у него все."
Джегань вытянул вперед крепко сжатую в кулак руку, и стиснул зубы. "За сопротивление нашим праведным целям, я намерен сокрушить его до всех глубин его души, и потом, когда я вытрясу из него все, заставлю испытать его всю боль, какая только есть в этом мире, я, загашу пламя его души. И вы дали мне эту возможность."
Сестра Улиция кивнула, как бы оплакивая все то, что теперь было для нее потеряно. Казалось, она нацелилась на свои новые задачи.
"Ваше Превосходительство,
Джегань поднял со стола книгу и повернул так, чтобы они ее видели. "Книга Сочтенных Теней. Книга, которую вы собирались здесь найти. Пока я ждал, когда вы доберетесь до конца вашего путешествия, мне вздумалось поискать ее."
"Вы даже доставили мне средства проверки." Его беспокоящий взгляд переместился на Кэлен. "И вы надели на нее ошейник, с помощью которого я могу управлять ею." Он повернулся, снисходительно улыбаясь Сестре Улиции. "Видишь ли, находясь в твоем сознании, я могу направлять твои мысли, и через тебя могу контролировать каждое ее движение с той же легкостью, что и ты."
Надежда Кэлен на возможное избавление испарилась. На что уж Сестры были жестокими хозяевами, но этот человек был чем-то намного худшим. Кэлен до сих пор не догадывалась о его намерениях, но она не питала никаких иллюзий, что в них не было ничего, кроме мерзости.
Подозрение вновь стало подступать к ней. По какой-то причине для Сестер она представляла ценность и теперь являлась такой же ценностью для Джеганя. Как она могла оказаться средством проверки какой-то древней книги, спрятанной тысячелетия назад? Ей всегда говорили, что она была никем, рабыней, и больше ничем. Она стала понимать, что Сестры лгали ей. Им только хотелось, чтобы она считала себя никем. Вместо этого, оказалось, что для всех их она имеет главнейшее значение.
Джегань резко указал на Джиллиан. "Помимо ошейника, убедить Кэлен делать то, что ей будет сказано, мне поможет она. Скажи-ка, милочка, у тебя когда-нибудь был мужчина?"
Джиллиан выскочила из-за Кэлен. "Вы сказали, что освободите моего дедушку. Вы сказали, что, если я сделаю все точно так, как Вы сказали, и приведу сюда Сестер, Вы освободите и его и остальных тоже. Я сделала то, что Вы мне сказали."
"Да, ты сделала. И ты сыграла свою роль весьма убедительно. Находясь в их мыслях, я все это время наблюдал за твоей работой. Ты безупречно следовала всем моим инструкциям." Его голос, как и его взгляд, наполнился угрозой. "А теперь отвечай на вопрос или твой дедушка вместе с остальными к завтрашнему утру станет пищей для стервятников. У тебя когда-нибудь был мужчина?"
"Я не совсем уверена, что Вы имеете в виду," тоненьким голоском проговорила она.
"Понятно. Итак, если Кэлен не будет делать все, что я прикажу ей, тебя отдадут моим солдатам для забавы. Им нравится, когда им в руки попадают такие молоденькие вроде тебя, не испытавшие…, ничего похожего на их желания."
Джиллиан вцепилась пальцами в сорочку Кэлен. Задохнувшись от рыданий, она уткнулась лицом в руку Кэлен. Кэлен обняла девушку за плечо, пытаясь упокоить ее, дать ей понять, что если только сможет, то не позволит ничему плохому случиться с нею.
"У Вас есть я," сказала Кэлен. "Оставьте ее в покое."
"Третья шкатулка находится у Тови," сказала Сестра Улиция. Как поняла Кэлен, она пыталась протянуть, выигрывать время, а так же снискать расположение Джеганя.
Он уставился на нее. "Ее у нее украли."
"Украли? Тогда… Я
могу помочь Вам найти ее."Джегань сложил свои громадные руки и прислонился задом к столу. "Улиция, когда ты, наконец, поймешь, что я не только стою здесь, перед тобой, но и нахожусь в то же время в твоем разуме. Я ведь знаю все, что ты думаешь. Так что продолжай выдумывать свои планы. Они довольно находчивы.”
"И как только тебе в голову приходят такие грандиозные планы," придвигаясь ближе, произнес он со вздохом удовлетворения, "они гораздо глубже, чем то, на что ты, как мне казалось, способна."
В его голосе прозвучало торжество, от которого Кэлен до самого хребта проняла дрожь. "Так посмотрите, что я получил, благодаря своему терпению" сказал он, поворачиваясь к ней, и остановив на ней взгляд своих жутких, темно-синих глаз. "Вы хотели знать, почему я позволял вам свободно разгуливать, делать то что вам хотелось? Вот ответ. Позволив тебе думать самостоятельно, Улиция, я в результате получил награду из наград."
Теперь Кэлен знала, что была права. Была какая-то причина, почему она представляла собой ценность. Знать бы только, почему. Ей хотелось понять, кем же она на самом деле является.
Кэлен оставалось только наблюдать, как Джегань приближается к ней. Бежать было некуда. Как только эта мысль пришла ей в голову, она сразу ощутила, как удар боли ожег ей спину до самых ног, приковав их к месту. Она знала, что эта обездвижившая ее боль вызвана ошейником, потому что Сестры проделывали такое с ней и раньше. Должно быть, он знал, как это делать, потому что находился в их мыслях тогда, когда они это делали. По беспощадному выражению его лица она поняла, что, на этот раз, боль ей причинил именно он.
Джегань подошел и запустил свои толстые пальцы в волосы Кэлен. Ей не хотелось, чтобы он ее трогал, но она никак не могла это предотвратить. Уставившись на нее, он, казалось, позабыл обо всех остальных, находившихся в комнате.
"Да, Улиция, Вы действительно преподнесла мне награду наград. Ты привела мне Кэлен Амнелл."
Амнелл.
Итак, теперь она знала свое второе имя. После того, как оно было произнесено, ей почудилось какое-то колебание, как будто к ее имени должно было быть добавлено еще что-то.
Джегань наклонился ближе, в его грубой улыбке было выражено намерение, о котором ей не хотелось даже думать. При том, что у нее все равно не было выбора, Кэлен, собрав свою волю, не отступила. Мощное, мускулистое тело Джеганя притиснулось к ней. Чувство было такое, словно на нее своей массой наваливается бык.
Мужчина одним пальцем сдвинул с шеи ее волосы. Он склонился к ее уху, и его щетина ободрала ей щеку.
"Но Кэлен не знает, кто она такая, даже не догадывается об истинной природы той ценности, которую она на самом деле представляет."
Впервые, Кэлен захотелось стать невидимой, чтобы этот человек не мог видеть ее так же, как все, кроме Сестер и Джиллиан. Это был не тот человек, в видимости которого ей хотелось бы находиться. Ей хотелось никогда не быть рядом с ним.
"Ты просто не можешь представить," с намеком в голосе прошептал он, и жар ужаса иссушил все внутри нее, "какой исключительной неприятностью это для тебя обернется.”
"Ты стоишь того, что я стерпел все что я вынужден был терпеть от Улиции. Нам с тобой еще предстоит поближе познакомиться, тебе и мне. Если ты думаешь, что самое худшее я уготовил для Лорда Рала, то тебе даже и вообразить невозможно, какие у меня планы на тебя, дорогуша."