Элантида
Шрифт:
– А я не извожу, он прросто бледнеет, когда прро крровь говоррят...
– А ты не говорри. И перрестань опрравдываться, - бросила она через плечо, деловито снуя по комнате, развешивая по стенам амулеты.
– Не ругайте его, он очень хороший, - подал голос Вальдос.
Орчанка обернулась. Вальдос замер. Он никогда не думал, что орки, а тем более, женщины этого народа, могут быть... красивыми.
Она была высокая, почти с него ростом, и довольно крупная. Но в ней не чувствовалось грубости или неуклюжести, скорее, какая-то животная грация. Может, конечно, плечи ее были несколько широки, да и талия не такая хрупкая, как у многих дам из высшего
Он не мог оторвать от нее взгляда, хотя понимал, что пялиться на юную девушку так долго просто неприлично, но ничего не мог с собой поделать, и смотрел, не мигая, как завороженный.
Орчанка улыбнулась.
– Кажется, пациент идет на попрравку...
– проговорила она мягким, чуть хрипловатым, грудным голосом.
Вальдос почувствовал, что щеки у него начинают пылать от смущения.
– Простите...
Она рассмеялась.
– Забавный ты, маг... Как же тебя угорраздило?
Вальдос неопределенно пожал плечами, а потом все ей рассказал - то есть, почти все, за исключением того, что касалось поручения Лотара.
Орчанка очень внимательно слушала, а когда история закончилась, задумчиво поджала губы.
– Это... почти невозможно, - проговорила она чуть слышно.
– Почему?
– не понял Вальдос.
Орчанка вздохнула.
– Потому что... это место прроклято. Не так давно недалеко от этого места жил инквизиторр, неспрраведливо казнивший мага Стихий. И маг наложил прроклятие на своего палача... Все, что ты видишь вокрруг - следствие этого. Только вот инквизиторр умерр, а прроклятье осталось, - грустно фыркнула девушка.
– А снять никак нельзя? Ведь есть же некроманты...
Она покачала головой.
– У нас - нет. А снарружи сюда никто не попадает. Иногда только - вот как ты, напримерр... только вот выйти нельзя. Точнее, нельзя было. А сейчас, когда сокрровища найдены, госпожа Пелегррюн сможет с этим спрравиться. Недели черрез две. Так что, маг, скажу пррямо, не повезло тебе...
– Да при чем здесь я, - поморщился он, - а как же вы живете?
Она развела руками.
– Вот так... Впррочем, это не так давно случилось. Ничего, спрравимся.
– Я могу чем-нибудь помочь?
Девушка, посмеиваясь, поправила ему волосы, налипшие на лоб.
– Выздорравливай, помощник... Да, кстати, ты какой маг - светлый или темный? Чем занимаешься?
– Я... маг Стихий, Воды и Воздуха, - выдавил из себя Вальдос, багровея от позора, - только...
– Только это здесь не действует, я знаю, - перебила его девушка.
– Что?!
– чуть не вскочил с кровати Вальдос.
– А ты что, не знал?
– улыбнулась она.
– Поскольку маг был светлым, да еще и со Стихиями рработал, кстати, тоже, как ты уже заметил, Воды и Воздуха - из-за его прроклятия здесь не действует ни один из видов магии, которым он владел. Вот с чем это связано, не знаю, вррать не буду, а за сказанное могу порручиться - госпожа Пелегррюн сказала.
Вальдос чуть не сиял от радости. А он уж было, собрался уходить из Гильдии, чтобы не позорить ее присутствием такого никчемного мага!
– Однако, сегодня очень стрранный день...
– задумчиво пророкотала
– Никогда у нас еще не было столько гостей...
Вальдос непонимающе захлопал ресницами.
– То есть как это - столько? А что, к вам сегодня еще кто-то попал?
Девушка кивнула.
– К твоему счастью, маг. Ты чуть не умерр от потерри крови, да и без ноги мог остаться... Конечно, наши знахаррки сваррили снадобья, но их было бы недостаточно, чтобы ты смог так быстро попрравиться - люди очень хррупкие, а все наши лекаррства ррассчитаны на оррков. Это оррк может почти заново рродиться после одного обрряда госпожи Пелегррюн, а на тебя прришлось бы все зелья извести, и то... Но тебе очень повезло. Женщина, которрая прришла вслед за тобой, подаррила нам волшебный камень, он усилил действия зелья, и теперрь ты уже завтра сможешь ходить, а через парру дней и следа не останется.
– Женщина?
– переспросил Вальдос.
– Какая женщина?
Орчанка неожиданно поджала губы.
– А то ты не знаешь!
– обиженно усмехнулась она.
Маг удивленно распахнул глаза.
– Я... я действительно, не знаю. А что, должен?
Бровь девушки резко взметнулась вверх.
– Ты даже не помнишь своих женщин, маг?
– зло фыркнула она.
– Что?! Моих женщин?
– искренне оторопел Вальдос.
Орчанка, увидев его изумление, немного смягчилась.
– Ну ладно, может, ты и пррав... Это точно не твоя женщина?
– Да конечно, не моя!
– А вот она сказала, что очень хоррошо тебя знает. Даже по имени назвала. Ты ведь Вальдос Ррейнгаррд?
– прищурилась она.
Вальдос пожал плечами.
– Да, это мое имя. Но его знают не только мои женщины, - улыбнулся он.
– У меня очень много знакомых, разве это плохо?
Орчанка засопела, немного помолчала, видимо, раздумывая, но затем облегченно вздохнула и тоже улыбнулась.
– Пррости, маг, не знаю, что меня рразозлило... Но она тебе очень помогла, ее надо поблагодаррить.
– Конечно, обязательно поблагодарю... А где она?
– У госпожи Пелегррюн. Как освободится, зайдет к тебе.
Вальдос неопределенно кивнул.
– А кто такая эта госпожа Пелегрюн?
– Это - шаманка. Она у нас главная. Вся дерревня ее слушает. Она добррая. Заботится обо всех. Своих детей у нее нет, но мы все - ее дети.
– Понятно... Ой, прости, я совсем не знаю, как тебя зовут...
Брови орчанки удивленно поползи вверх.
– Меня? Уррфис...
– Как?!
Вальдос начал стремительно краснеть. Так, значит, тогда, в лесу...
– Эй, маг, ты чего?
– нахмурилась девушка.
– Урфис, так это ты меня... несла всю дорогу?
– спросил маг, оглушенный неожиданной новостью.
– А кто ж еще?
– насмешливо фыркнула девушка.
– Не по воздуху же ты летел! Ветер, конечно, сильный был, но не до такой степени...
– Просто я думал, что ты... то есть...
– замялся Вальдос.
– Что я - мужчина?
– в лоб спросила орчанка.
– Да ладно, говори, не стесняйся. Тебе, наверное, очень тяжело разговаривать с такой уродиной.
– Нет, Урфис!
– горячо возразил маг.
– Можешь мне не верить, но я никогда... никогда не видел такой красивой женщины, как ты... Правда!
Орчанка неожиданно улыбнулась, обнажив блестящие клыки.
– Ну почему же - не веррить? Пррежде меня ни один мужчина обмануть не мог, и вовсе не из-за того, что язык не поворрачивался... просто я чую, когда непрравду говоррят - у волков, наверрное, научилась...