Душа Воина
Шрифт:
– Карах?
– Да, госпожа.
– Мари. Меня зовут Мари.
– Улыбнулась я, хотя, он, наверное, не увидел моей очень доброжелательной улыбки, так как было довольно темнота, а я была закутана по уши!
– Простите, госпожа, но я не могу называть вас по имени. Я не благородного рода.
– И что?
– Не поняла я.
– Простой люд не имеет право обращаться к правителю просто по имени, необходимо упоминать все его титулы и звания. А ваши мне неизвестны, поэтому я и использую общее обращение - госпожа.
– Глупость какая!
– Фыркнула я, - можешь называть меня по имени. Считай
– Я не могу, госпожа. Это неудобно.
– Хорошо. А госпожа Мари - тебя устроит?
– Госпожа Мари?
– Он отвлекся от расседлывания моего коня. Глаза в темноте сверкнули.
– Да!
– Да, госпожа. Устроит.
– Я удовлетворенно кивнула - этот раунд за мной!
– Вы что-то хотели, госпожа Мари?
– Я его не видела, но была убеждена в том, что он улыбался. Это просто было слышно...
Ну... не знаю как, но слышно!
– Да. У меня вопрос, насчет конюшни...
– Я замялась.
– Конюшни?
– Удивление так и плескалось в голосе молодого человека. В этот момент, Фанар принес откуда-то факел, и сразу же стало светло и почти уютно. Я удивленно посмотрела на него, так как не знала, что он вообще куда-то уходил, и не слышала, чтобы он зажигал факел. Подумав, я щелкнула пальцами, и попросила, взмахнув рукой с кольцом:
– Свет!
– В конюшне вспыхнули факелы, укрепленные на опорных столбах. Стало очень светло. Фанар сплюнул, загасил свой факел, что-то ворча о глупых, не способных что-либо сделать вовремя, людях. Я предпочла не услышать его недовольство, перенеся все свое внимание на Караха, лицо которого мне теперь было видно. Вернее, мне было видно самого юношу, споро распрягающего наших лошадок. Фанар занялся санями. Я же стояла и бездельничала.
– Конюшня?
– Напомнил он о себе интонацией.
– Да....
– Подтвердила я, - мне бы не хотелось тут ночевать.
– Ночевать?
– Он даже остановился, с удивлением глядя на меня, держа на вытянутых руках тяжеленное седло.
– Зачем госпоже ночевать здесь?
– Ну...
– Замялась я, - ведь хозяев, похоже, нет дома, и...- Договорить он мне не дал, весело рассмеявшись.
– Нет - нет, госпожа. Это - гостевая изба. Она специально поставлена у дороги, чтобы торговые караваны и просто путники, которых ночь застала в дороге, смогли переночевать, не опасаясь ни разбойников, ни зверья, ни нечисти.
– Вот как?
– Удивилась я.
– удобно. А почему этого всего не нужно опасаться, здесь что, такие надежные стены? Заборов-то я, вроде, не видала...
– Да нет, усмехнулся он, взваливая на плечо тюк с едой, а другой, подхватывая бурдюк с вином, - просто гостевки специально зачарованы магами, так что ни зверь, ни нечисть к ним не подходит.
– А разбойники?
– А разбойного люда у нас почти нет, все же князь знает всех в лицо. Да и кроме того, у нас за это очень строго карают. Опять же, наши разъезды, да и стража населенных пунктов патрулирует гостевки, чтобы так сказать - предотвратить...
– Ясненько.
– Я смотрела, как он направляется к двери в избу. Она была точной копией той, что мы видели снаружи. Это хорошо. Хорошая, надежная дверь всегда внушает мне море оптимизма. Особенно по ночам. Особенно,
– И как же ты войдешь?
– поинтересовалась я. В ответ он показал мне ключ, торчащий в двери.
– Я взял его с той стороны. Они у всех избушек лежат в одном, укромном, месте. Изнутри же, дверь отпирается заветным словом. Но и простым ключом - тоже можно.
Я смотрела, как они скрылись вместе с вещами в избе. И, хотя мне очень бы хотелось переместиться внутрь и отдохнуть (все же слабость давала о себе знать. Такая кровопотеря - это вам, не фунт изюма!), но я продолжала упорно стоять у саней, в которых спал Стефан, не желая оставлять его здесь одного. Был и еще один момент, державший меня в конюшне не хуже цепей - у меня еще с детства был пунктик насчет закрытости и запертости дверей. Мне, чтоб заснуть, нужно было самой убедиться в надежности запора, а главное - его запертости!
Вот и сейчас, я смотрела на ворота, буквально изнывая от желания их закрыть. Потом, в моей светлой головке мелькнула мудрая мысль, несказанно порадовавшая меня простотой решения. Сама-то я к воротам опасалась (уж и не знаю почему...) приближаться, и, возможно, что у меня был вполне устраивающий меня выход из положения. Следовало проверить мою догадку.
– Ворота. Закрыть!
– Взмах рукой и большие (хотя и не такие массивные и огромные, как в княжеской усадьбе), створки заскрипели, и сошлись, закрываясь.
– Запор - запереть!
Здоровенное бревно взмыло в воздух и со стуком брякнулось в железные скобы. У меня прямо сердце отпустило. Вдруг осознала, что, оказывается, все то время, что я смотрела в темноту ночи за воротами, у меня от напряжения буквально сводило тело! Сейчас побаливала шея, и это была явно не заслуга седла!
– Что случилось?
– Выскочил из избы Карах, - что за грохот?
Узрев меня, спокойненько стоящую все на том же месте, он слегка притормозил, крутя головой, и пытаясь найти что-то достаточно большое, чтобы произвести столько шуму. Я, видимо, по его мнению, на эту роль явно не годилась.
– Ворота!
– Подсказала я.
– Сейчас закроем.
– Кивнул он.
– Уже!
– Улыбнулась я и, глядя в его изумленные глаза, помахала рукой с колечком.
– Понятно. А вы молодец, госпожа. Мы тоже зря время не теряли. Печь уже топится и вода на плите.
– Он заглянул в избу, - Фанар, давай князя занесем.
Пока шум да дело, я подошла к саням поближе. Стефан беспокойно заворочался, но не проснулся. Я потрогала его лоб. Температуры вроде бы нет. По словам Караха, вампиризмом ни он, ни я заразиться не могли в принципе, так как эти твари созданы искусственным путем. Таких в их мире умеют изготовлять всего пара- тройка магов! Да и то - только из самоубийц! И не всех, а умерших определенным образом!
Значит, оставалась лишь кровопотеря. Но, на сегодняшний вечер, это была и моя проблема! От слабости я с трудом стояла, словно закрывала эти ворота не магией, а ручками! Ребята подхватили нашего болезного и аккуратно перенесли внутрь. Я тоже поучаствовала - подержала им дверь.
– Госпожа!
– Голос Караха был самую капельку дразнящим, - не забудьте выключить свет...
Пришлось послушаться....
+ + +