Чтение онлайн

– Ваша подруга Вивьен не объявлялась?

Лени помотала головой.

– Я вынужден попросить вас проехать со мной.

– Куда?

– В Айленау. Где вы сейчас живете.

В этот момент в дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, в кабинет ворвался герр Зеекамп.

– Что здесь происходит?

Лени наблюдала сцену, словно посторонний наблюдатель. Казалось, все происходит где-то в отдалении: Кернер представился издателю и объяснил, что фрау Фонтане должна проехать с ним. Потому что она для них важный свидетель, и нет, больше он ничего не может сказать, поскольку идет

следствие.

– Идемте, фройляйн Фонтане.

Кернер требовательно взглянул на Лени, но та не шевельнулась. С чего бы ей реагировать на картинку?

– Фройляйн Фонтане!

Настойчивый, сильный голос вырвал Лени из транса. Она поднялась со стула. Кернер пошел впереди, и люди в коридоре расступались перед ним, как море перед Моисеем.

– Что случилось? – спросил шепотом Зеекамп.

Лени раскрыла было рот, но Кернер взял ее за плечо и повел перед собой.

– Скажите, фройляйн Фонтане арестована? – спросил Зеекамп.

– Как я уже говорил, мы должны допросить ее в качестве свидетеля.

Перед входом стояли две патрульные машины. Кернер усадил Лени в одну из них и захлопнул дверцу. Лени слышала, как он обратился к людям в форме. До нее долетали слова вроде «обыск», «обвинение в убийстве» и «канал», и ей стало совсем не по себе. Что же она натворила!

Кернер сел рядом с ней на заднее сиденье. Впереди заняла место женщина в форме.

– Сейчас мы поедем в вашу квартиру на Айленау, – объявил Кернер. – По пути расскажите, пожалуйста, еще раз все, что вы рассказали нашему коллеге в участке. И как можно подробнее.

У него был очень пристальный взгляд, проникающий в самое нутро, и Лени задумалась, решался ли хоть один преступник ему соврать. И если решался, насколько это было успешно. Проблема заключалась в том, что ей пришлось бы соврать Кернеру, если она собиралась сдержать обещание, данное Фредерику.

Лени обливалась потом, пока пересказывала всю историю. Кернер молча слушал. По его выражению трудно было понять, верит он ей или нет.

Времени как раз хватило на историю. Машина остановилась, офицер с переднего сиденья вышла, но Кернер остался и продолжал смотреть на Лени. Догадывался ли он, что Лени рассказала не обо всем?

– Эта записка, которую Вивьен подсунула вам под дверь, она еще у вас? – спросил он.

– Да, наверху в моей комнате.

– Вы не могли бы показать последний пост Вивьен в «Инстаграме»?

– Да, я… ах, нет, мой телефон… ну… упал в воду.

– В воду?

Лени быстро закивала.

– Да, в канал, вчера вечером. Я… так волновалась за Вивьен, что пошла к плавучему дому, чтобы поискать, но ее там не оказалось. И при этом я выронила телефон.

Лени сама почувствовала, насколько неправдоподобно это прозвучало, и Кернер всем своим видом дал понять, что не поверил ей. Он сурово нахмурил брови.

– И в этом плавучем доме проживает герр тен Дамме?

– Во всяком случае, так он сказал.

– На приеме в издательстве?

– Да.

– Во время которого вы заметили, что у него недостает мизинца на левой руке, как у того человека, которого видели с Вивьен в ночном клубе?

– Именно!

– После чего Вивьен написала, что познакомилась с миллионером?

–

Об этом я и говорю!

Несколько секунд Кернер смотрел на нее, затем кивнул и вышел из машины. Офицер открыла дверцу со стороны Лени, и ей тоже пришлось выйти.

Особняк за номером 39б по Айленау теперь наводил на Лени страх. Хотелось сбежать подальше. Но вместо этого Лени вошла внутрь в сопровождении Кернера и двух патрульных.

Йенс стоял в комнате Лени Фонтане.

Комната, просторная и чистая, была хорошо обставлена и могла сравниться с номером в отеле. Она даже в чем-то превосходила его, потому что имела определенный шарм в отличие от безликих гостиничных номеров.

– Вот, записка от Вивьен.

Лени протянула ему сложенный пополам листок. Йенс развернул его и пробежал глазами несколько строчек:

Эй, Простушка-Лени, прости, виновата! Увидимся сегодня вечером? Ты не поверишь, познакомилась с миллионером!!! Живет на лодке!!!!

Йенс посмотрел на девушку. Она вновь отвела взгляд. С чего бы? Была ли она просто напугана или лгала ему? Йенса не покидало ощущение, будто девушка что-то недоговаривала. За долгие годы службы и многочисленные допросы неизбежно просыпалось седьмое чувство.

– Миллионер? – спросил Йенс. – Что это значит?

– Ну… Вивьен хочет подцепить богатого мужчину, за этим она и приехала в Гамбург.

«Да, Гамбург подходит для этого как ни один другой город», – подумал Йенс, но не стал произносить это вслух.

– И этот миллионер – герр тен Дамме? Это он живет на лодке?

– Думаю, да. Ничего другого мне в голову не пришло. В том числе из-за его мизинца.

Йенс признал, что девушка весьма наблюдательна и произвела верные выводы из своих наблюдений. Но это еще не значило, что тен Дамме что-то сделал с ее подругой. Конечно, Вивьен могла поехать с ним в Амстердам, в этом была логика. Во всяком случае, в плавучем доме тен Дамме не оказалось, коллеги это уже проверили.

Розария Леоне сменила комнату в пределах города.

Яна Хайгель отправилась в Берлин.

Вивьен – в Амстердам.

У двух последних в социальных сетях были фотографии, которые это подтверждали.

Закономерность была очевидна. Других доказательств Йенсу не требовалось: полиция явно имела дело с серийным убийцей, который похищал и убивал молодых путешественниц и, как в случае с Розарией Леоне, топил в каком-то из многочисленных каналов. Открытым оставался вопрос, кто это был, где он скрывался и как добирался до своих жертв. И какое отношение имел к этому застреленный санитар.

– Кроме вас, кто-нибудь еще трогал эту записку? – спросил Йенс.

Все-таки Лени вела себя странно. Уже раскрыла рот, но помедлила, посмотрела в пол, затем подняла на него взгляд и лишь тогда ответила:

– Нет, не думаю.

– Хорошо, позже в участке возьмем у вас отпечатки пальцев.

Йенс сложил листок и убрал в пакет для улик. После чего попросил Лени показать комнату, где проживала Вивьен.

Она провела его по коридору и указала на дверь.

– Вот ее комната.