Дикие
Шрифт:
– Ну я же с тобой, - хмыкнул, глуша двигатель.
– Это-то и настораживает.
В лифте мы снова поднимались в тишине, Кристин прятала от меня глаза, а я, наблюдая за ней, старался не морщиться и удержаться от того, чтобы зажать нос рукой.
– Пентхаус, Конард? – Кристин повернулась ко мне, стоило кабине лифта замереть на последнем этаже. – Я так и знала, что простой расчлененкой тут не обошлось.
– Поймала, - покаянно склонил я голову, бросая ключ-карту на столик, - на самом деле я правда торгую оружием и дурью.
– Так и знала, - победно улыбнулась девушка.
Я
А, твою-то мать!
Чтобы как-то отвлечься я записал голосовое для Люка и только после этого тоже ушел в ванную в спальне. Хотелось смыть с себя бесконечный день и… немного остудить пыл. Интересно, Хэнсон вообще понимает, насколько рискует? Одна, в квартире такого подонка, как я… Но почему-то пришедшие в голову мысли больше забавляли, чем раздражали.
Когда я вышел из спальни, волчица уже сидела за кухонным столом, обнимая руками кружку с чаем. Вторая дымилась на столе.
– Мне не нравится то, как ты выглядишь, - покачал головой, садясь напротив. – Это из-за Сэм?
– Даже если так, это бы что-то изменило?
– Крис, у тебя еврейские корни, что ли? – нахмурился я.
– Наверное, - легко, но коротко улыбнулась она. – Такие же, как и у тебя. Ты тоже отвечаешь вопросом на вопрос, Макклин.
– Поймала, - сдался без боя. – А теперь серьезно, это из-за Сэм?
– И да, и нет?
– Крис…
– Конард, вот на кой оно тебе надо?
– Люблю грязные подробности? – поиграл я бровями, а потом уже серьезнее продолжил: - Я кое-что знаю о ниптонгах. Слышал. Но никогда не слышал о том, чтобы кто-то страдал от бессонницы после. Это как-то связано с тем, что ты недоученная?
– Да.
– Почему Джефферсон…
– Ты ведь не отстанешь? – перебила меня Хэнсон, поднимаясь, ножки ее стула скрипнули по кафелю, с громким глухим звуком кружка опустилась на стол.
– Я просто хочу понять, могу ли как-то исправить то, чему стал виной, маленькая. Ты права, я не поступил бы по-другому, даже зная о последствиях. Но возможно… попытался бы как-то их сгладить.
– Хочешь сгладить их, Конард? – повернулась она ко мне, отрывая взгляд от ночных огней за окном. Глаза пылали гневом и… почти отчаяньем. Ее волчица сильно волновалась.
– Да, - кивнул осторожно.
– Тогда трахни меня на мое новолуние. Будь моим первым волком, - выплюнула девчонка.
Я подавился чаем. А Крис вдруг успокоилась, взяла себя в руки и села на место, подперев подбородок кулаком.
Два и два в голове я сложил быстро. Всегда был хорош в математике, только…
– Почему не щенок-Джефферсон?
– Уверен, что твое самолюбие выдержит правду?
– А ты испытай меня, - не повелся я.
– Его я люблю, тебя нет, - легко пожала она плечами, не отводя от меня взгляда. –
От тебя я смогу уехать, от него – нет.– Есть риск, что…
– Пф, - наморщив нос, перебила меня Крис. Эта ее бесячая привычка перебивать… - Макклин, серьезно? Ты считаешь, что есть хоть минимальный шанс на привязку?
– Шанс есть всегда, - улыбнулся.
– И вот оно тебе реально надо? – скептически выгнула бровь девушка.
– Нет.
– Вот и договорились, - победно улыбнулась Крис.
Я хотел было ответить, но меня перебил звонок мобильника. Казалось, что больше, чем за этот день, меня еще ни разу столько не прибивали. Странное чувство. Новое. И странное. Я поднял трубку и уже собирался послать звонившего, когда понял, что это один из поставщиков.
– Мы не договорили, - бросил я Хэнсон. – Дождись меня. Девушка махнула рукой, давая понять, что на этот счет я могу быть спокоен.
С директором пекарни ругаться я закончил только через полчаса. И все это время прислушивался, не хлопнет ли входная дверь. Прислушивался сам, не осознавая до конца почему. Отчего-то важно было, чтобы девчонка не ушла. Не сейчас. Не так.
И Кристин не ушла, но меня все-таки не дождалась. На горизонте уже занимался рассвет, и край неба из насыщенно черного превратился в грязно-серый. Я постоял какое-то время, всматриваясь в неаккуратные разводы на небесном своде, вертя в руках мобильник, а потом все же вздохнул и повернулся к Хэнсон.
Уснула девушка на диване, все еще в идиотской форме. Грудь медленно поднималась и опускалась, распущенные волосы почти высохли и струились по плечам. Ее запах вдруг забрал все мое дыхание. Запах молодой, сильной, горячей волчицы… Дикий.
Я осторожно поднял Хэнсон на руки и отнес в спальню.
Помоги мне этой ночью, волчий бог.
На удивление спал я крепко, а отрубился быстро. Неделя была сумасшедшей, а поэтому, видимо, даже присутствие Хэнсон под боком не смогло ничего изменить. Зато пробуждение вышло чертовски приятным.
Она жалась ко мне во сне, сопела в ключицу, а длинная ножка была закинута на мое бедро. Вот только в отличие от Крис ее волчица не спала. Она была у самой поверхности, я чувствовал зверя так, будто Крис уже перекинулась. Она присматривалась, принюхивалась, оценивала, и, кажется, животное внутри меня отнюдь не было против.
Довольная улыбка растянула губы.
Но… пора было заняться делами.
Я осторожно выбрался из кровати и отправился в душ. В очередной ледяной душ, чтобы хоть немного унять каменный стояк. Помогло, конечно, так себе. С другой стороны, подействовало достаточно, чтобы я смог переключиться на работу.
Звонок телефона настиг, когда в чашку упала последняя капля кофе. Я вздохнул, но трубку все же поднял.
– Конард, - на том конце провода висел Рой. – Мы нашли еще двоих пропавших.
– Что-то стоящее?
– Пока непонятно, просматриваем контакты и возможные пересечения. Но есть и хорошие новости.
– Выкладывай.
– Они никогда не были в «Берлоге».
– Так уж и никогда? – не поверил я. О «Берлоге» не слышал, пожалуй, только слепоглухонемой оборотень из пещеры на Аляске. Уж я в свое время позаботился.