Чтение онлайн

Автомобиль мчался по ярко освещённым улицам Сызрани, а я с облегчением откинулся на сиденье и смотрел, как за окном проносятся шокирующие меня картины. Впрочем, что описывать, всё происходящее на вокзале будто перенеслось за его стены. Кучки людей, испуганно бегущие рысцой вдоль фасадов зданий; много солдат, кого-то арестовывающих; парочка парней, бьющих стёкла.

На лице Серого читается лёгкий шок, Стёпка вроде чуть напуган, но в глазах вечная задумчивость. Тишину салона нарушает голос тёти Марины.

– Так!
– говорит она.
– Давайте разберёмся.

–

Да... мне бы тоже хотелось, - осторожно произносит Серёга.

– Что ты хочешь понять, мама?
– устало вздыхает Стёпка.

И только Арнольд молчит. Когда перестрелка осталась позади, он снял очки и теперь я постоянно ловлю его взгляд в зеркале заднего вида. Ему интересен я. Только я.

– В прошлом году, двенадцатого октября, оппозиционеры взорвали школу, погибло три-ста детей. Среди них - вы. Ваши тела нашли под обломками. Хоронила вас я. Мы с отцом долго не могли найти себе места, но сейчас, когда жизнь более-менее встала на рельсы, по-являетесь вы. Как, чёрт возьми?

Стёпка вздыхает.

– Это долгая история, и, мне кажется, тебе не обязательно знать всё до последнего факта. Боюсь, ты можешь не понять.

Взгляд Арнольда снова мелькает в зеркале заднего вида, но смотрит уже на Стёпку.

– Скажи только одно, - тётя Марина оборачивается, я замечаю пистолет, который она всё ещё сжимает.
– Ты - мой сын или не мой?

– И да, и нет, - отвечает Стёпка.

– Не может быть либо ДА, либо НЕТ, когда речь заходит о материнстве!
– выкрикивает тётя Марина и вновь откидывается на сиденье.

– В нашем случае может, - кивает Стёпка.
– Нас родила ты, но другая ты. Из другого мира.

– У меня голова взорвётся сейчас!
– восклицает тётя Марина.

– Можно сказать, у нас две мамы, или даже больше, - говорит Стёпка.

– Ещё раз повторю, такого быть не-мо-жет!

– Ну тут вы ошибаетесь, - наконец произносит Арнольд.
– Вы пока не представляете, с чем столкнулись.

Тётя Марина возмущённо хмурится, дескать что это за насекомое тут пищит, а вслух спрашивает:

– А вы вообще, кто такой? Мозг террористической банды?

– Меньше всего нам хочется вникать в ваши террористические банды. Мы - организация разряда повыше.

– Вы только скажите мне: вы правые или левые?

Арнольд наивно улыбается и произносит:

– Мы средние, мадам.

Восхищение этим парнем достигает невероятных высот.

– Никакая я не мадам. Просто объясните мне, что здесь происходит?

Взгляд Арнольда вновь скользит по мне, и я читаю в его карих глазах вопрос: кто будет всё рассказывать?

Ох, кто угодно, только не я. Это мама Стёпки, вот пусть он и отдувается. С безразличным видом я отворачиваюсь к окну, а Стёпка вздыхает.

– От тебя, мам, нам тоже нужна кое-какая информация. И давай ты начнёшь первой.

– Ну уж дудки, - тётя Марина оборачивается.
– Мои дети погибли. Кто такие вы, я не знаю. Поэтому не собираюсь, поддаваясь только лишь материнскому инстинкту, рассказы-вать военные тайны...

– Никто не просит

рассказывать военные тайны, - вздыхает Стёпка.
– Скажи просто, что вокруг происходит? Почему люди друг в друга стреляют, что за военное положение?

– Вы что, телевизор не смотрите...

И Арнольд вдруг вздыхает.

– Даааа, - протягивает он.
– Если я не вмешаюсь, эта белиберда будет продолжаться ещё очень долго, а мы уже скоро, между прочим, подъедем. Ребята, думаю, вы догадываетесь, что попали в одну из шизогоческих реальностей.

– Мы поняли, - отвечает Стёпка.
– Вы от Шамана?

– От него, - кивает парень за рулём.
– Думаю, он рассказал вам дальнейшие наши дейст-вия. Вы же попали в ту связку миров, где введено особое положение. В стране введено положение КТО. Сначала были бунты против существующего правительства, пытались уладить дело внутренней дипломатией канонерок , не получилось и ввели режим КТО.

– А это как?
– спрашиваю я.

– Контртеррористическая операция. В общем, сражаются тут против повстанцев. За проведение операции следит особый правительственный отряд оранжевой бригады. Или, в народе, просто оранжевые.

– Что по мне, так они вылитые СС, - ворчит тётя Марина.

– Короче, у нас гражданская война, - вздыхает Арнольд.
– Есть вопросы, молодёжь?

Мы молчим, наверное, сложно переварить ситуацию, тогда наш спутник обращается к тёте Марине:

– По сути, это и ваши сыновья и не ваши сыновья. Они пришли из параллельного мира, где нет вот такого вот положения. У них своя цель.

– Чего?
– хмурится тётя Марина.
– Что за лапшу вы мне на уши вешаете?

– А вы думаете, ребятам из мира, где солнышко светит и никто никого не убивает, легче осознать ужасы окружающего их нового мира?

Как бы в подтверждение слов Арнольда, кто-то швырнул на асфальт бутылку, и та разлетелась зелёным фейерверком почти у колёс машины. Арнольд резко вильнул вправо, отбрасывая нас друг на друга.

– Господи, что за день, - взмолилась тётя Марина.
– Расскажите подробнее об этом, пото-му что пока плохо верится.

– Не расскажу, - отвечает Арнольд.
– Потому что дальше вам будет вериться ещё хуже.

Несколько минут тётя Марина зависает, а потом вздыхает:

– Нет, ну творящийся вокруг хаос, конечно, изменил моё мировоззрение, но чтобы на-столько.

– Я попробую вас сейчас познакомить с людьми, которые объяснят вам получше, - гово-рит Арнольд.

– А куда мы, собственно, едем?

– В нашу штаб-квартиру. Нам нужно провести операцию над одним молодым человеком.

– Мой сын?!
– восклицает тётя Марина, даже не уточняя, какой из.

– Нет-нет, успокойтесь. Это я про другого молодого человека.

Лицо тёти Марины просветляется, она будто вспоминает про меня и оборачивается.

– Да, кстати, а ты кто вообще такой?
– спрашивает она.

– Я...
– теряюсь и не нахожу ответ, но Стёпка меня выручает.

– Это наш друг из нашей реальности, - выпаливает он.