Бессердечные
Шрифт:
— А вам, разве не хотелось, бы вернуться на родину? — ответил Томас вопросом на вопрос, чего Воланд совсем не ожидал. — Если бы вам был дан шанс, изменить свою жизнь и вернуть назад то, что вы потеряли, вы бы воспользовались им?
Вопрос Томаса привёл Воланда в небольшое замешательство, и он с минуту просто, молча, стоял, отвернувшись от собеседника к окну.
— Если бы мне дали такой шанс двадцать лет тому назад, то я ещё мог бы им воспользоваться, а сейчас он мне уже не нужен. И ещё не родился тот, кто мог бы разбрасываться такими шансами. Кстати, вы не ответили на мой вопрос, — быстро перевёл разговор на другую тему Воланд.
— Мой ответ такой же, как и ваш. К тому же, я больше не могу смотреть на солнце, вы же мне не
— Так значит, вы отказываетесь от моего предложения. Ну что ж, вижу, вы ни в какую не желаете со мной сотрудничать.
— Если бы вы не подстраивали все свои предложения только под себя, с вами легче было бы договориться! — возмущёно воскликнул Томас.
— Я очень надеялся, что ваш Мастер научил вас слушаться старших, но вижу, вы не запомнили этот урок и теперь ваше непослушание приведёт к беде, — отчеканил Воланд, подойдя к мальчику, стоящему возле стены. — Раз вы не желаете со мной ладить, то я окончательно объявляю вам войну.
— Я вовсе не хочу с вами воевать, но и становиться демоном из-за какой-то ведьмы тоже не желаю. С меня хватит чудовищного дара, которым она меня наградила, — заявил Томас, уже направляясь к выходу. — Если вы хотите так воевать с нами, то я приму вызов, но знайте, эта война настоящие безумие. У нас одна сущность и мы будем сражаться до самого судного дня, пока не уничтожим друг друга.
С этими словами он стремительно выбежал из зала и поспешил к лестнице, так как эльф подала ему какой-то неясный знак и теперь больше не появлялась. Только преодолев длинный коридор, Томас заметил, что как-то тихо вокруг — не было слышно музыки и голосов гостей. Когда же он подошёл к лестнице, то увидел, что нет и самих гостей, зал был совершенно пустой, словно праздника и вовсе не было. Томаса это очень удивило и одновременно насторожило. Он быстро спустился вниз и направился к выходу, пытаясь дозваться своих друзей, но в ответ он слышал только собственное эхо.
Томас с облегчением вздохнул, когда увидел их сидящих на крыльце. Они задумчиво сидели на ступеньках и не сразу заметили, как он вышел. Дети резко подскочили на ноги, как только Томас приблизился к ним, и тут он увидел, что кое-кого не хватает. Томас ещё раз окинул всех взглядом, а потом вопросительно посмотрел на Нору, которая стояла впереди, тогда, как другие немного отошли назад.
— Томас, я сейчас всё тебе объясню, ты главное не нервничай, — сразу начала успокаивать его Нора. — Вообще ты немного задержался, и Марианн решила подняться наверх, посмотреть, как ты там. В итоге она не вернулась назад, а словно сквозь пол провалилась. Мы разделились и попытались её найти, но вокруг были толпы гостей, и разыскать её было просто невозможно. В итоге мы решили подождать на крыльце, но как видишь, появился только ты.
— Это точно проделки старой карги, ведь Луара нас предупреждала, что она что-то задумала, а ты же знаешь, братан, какая у тебя неуправляемая сестра. Она совершенно игнорирует указания, — добавил Джонатан.
Томас только глубоко вздохнул, и сев на каменные ступени, обхватил голову руками, о чём-то усердно думая, а друзья, молча, присоединились к нему. Не прошло и минуты, как к входу в замок тихо подъехала тройка дивных лошадей, которая и привезла их сюда. Дети удивлёно переглянулись, но без колебаний забрались в салон кареты, которая повезла их к Луаре.
Как только дети ступили на порог её замка, то сразу поняли, что Луара была в плохом расположении духа. По её хмурому лицу было видно, что она явно чем-то недовольна.
— Я очень надеялась, что вы сможете договориться по-хорошему, а получается, вы больше предпочитаете войну! — в негодовании воскликнула она, усаживаясь в своё чёрно-белое кресло.
— Я не хочу с ним воевать, но и танцевать под его дудку тоже не собираюсь, — твёрдо заявил Томас. — Кстати, ты случайно не в курсе, куда Патриция забрала Марианн?
— Случайно не знаю, что касается Патриции я вам не помощник.
Если я буду ей мешать, то она выставит меня из Авалона, это в лучшем случае.— Да что вы её так тут боитесь! Кто она такая, просто негодный ангел! — возмущённо произнесла Нора.
— Вот в этом вся и проблема, что она ангел и даже вы со своей силой не можете её убрать, потому что боитесь стать демонами, Воланд же марионетка в её руках, а большая часть представителей высшего круга Авалона поддерживают её, так как она стремится завоевать Вильяреаль.
— А разве Воланд к этому сам не стремится? — удивлёно спросил Томас.
— Единственное, что хочет Воланд, так это освободится от Патриции. Она заставляет исполнять его свою волю и управляет им, как хочет, как и камень. Многие демоны не знают этого и почитают Воланда, как своего предводителя, который поведёт их на войну с ангелами, а Патрицию считают его союзницей, хотя на самом деле, это она желает войны.
— Интересно, что же Патриция такое забрала у Воланда, что он вынужден подчиняться ей? — поинтересовалась Луисана.
— Она забрала его настоящее сердце, вместо того чтобы уничтожить его, как того требует закон демонов и ангелов. Ведь правитель Авалона должен иметь собственное сердце, через кровь живого сердца здесь передаётся власть и только в таком случае его никто не сможет подчинить себе, но Патриция поступила очень хитро, — с презрением заявила Луара. — Можно сказать, что она через императоров управляет всем Авалоном и хочет добраться до Вильяреаля, так как Селина на её стороне по доброй воле, а Воланд не может ей полностью сопротивляться, потому что на него давит ещё и камень.
— Да, серьёзная ситуация, ты нас просто просветила, но ведь даже, если получится как-то убрать Патрицию и вернуть сердце, это же не значит, что Воланд станет добрым и хорошим. Он всё равно будет демоном! — подметил Томас, который никак не хотел принимать Воланда за жертву обстоятельств.
— А есть гарантия, что через пару лет ты тоже не станешь демоном?! В его груди такое же каменое сердце, как и у тебя и вместо того, чтобы враждовать, вы должны быть заодно, но так как это сейчас невозможно из-за Патриции, вы можете попробовать примириться в будущем. А пока, я как стороница нейтралитета прошу вас помочь. Вы единственные, на кого Патриция не наложила свои лапы, и кто может противостоять камням. Вы одни можете не допустить войны с ангелами и убрать эту ведьму. Я постараюсь придержать Воланда, чтобы он не сильно вам вредил, но с остальными разбирайтесь сами. И помните, Воланд с самого начала возлагал на вас надежды, только вы можете разрешить эту проблему, у вас не связаны руки!
— Мы бы с радостью помогли вам, хоть сейчас, но не знаем, как это сделать, — немного помолчав, заявил Томас. — Возможно, пройдёт время, прежде чем мы сможем разрешить эту ситуацию.
В полной растерянности и отчаянии дети отправились на поиски Марианн. Они сильно переживали за неё, так как сумасшедшая Патриция могла сделать с ней всё, что угодно. А дети знали, как легко Марианн вывести из себя, что может привести к беде.
Тем временем Марианн наконец-то открыла глаза. Она почти не помнила, что с ней произошло, и не знала, сколько времени она пробыла без сознания. Первое, что девочка почувствовала, так это холодный камень под собой. Приподняв немного голову, Марианн поняла, что её руки и ноги прикованы тяжёлыми цепями к каменной плите, на которой она лежала, а вместо её одежды на ней была какая-то тряпка. Когда её глаза привыкли к полутьме, Марианн увидела, что находится в какой-то мрачной пещере, в которой к тому же было очень жарко. Но, когда она посмотрела вверх, ей стало совсем не по себе. Прямо над ней с потолка свисало огромное, остроконечное копьё. Испугавшись, девочка резко дёрнула руки, чтобы освободится, но едва она пошевелилась, как копьё рывком немного опустилось вниз. Замерев на месте, Марианн поняла, что ей лучше не двигаться.