Чтение онлайн

— Угощайтесь, — я протянул мясо священнику.

— Я не приму еду из рук нечестивого! — с жаром сказал мне в ответ святой отец.

— Как будет угодно, — пожал плечами я и принялся дальше уплетать мясо.

Алона, посмотрев на меня с неуверенностью, тоже оторвала кусок от своей порции и собиралась протянуть его священнику, но я сказал тоном, не терпящим возражений:

— Сестрёнка, не нужно разбрасываться едой. Святой отец всё равно не так голоден, как мы, так что просто не оценит такой жертвы. Ешь, следующий привал будет ещё нескоро!

Алона смущённо посмотрела на меня, но больше не пыталась протягивать мясо священнику. Когда дети справились со своими порциями, я разделил

то, что ещё не успел доесть на три части и поделился с ними, понимая, что их растущие организмы нуждаются в калорийной пище. Так мы и жевали под завистливыми взглядами священника, давившегося хлебом, после чего вытерли жирные руки о траву, попили воды из фляжек и снова забрались в сёдла немного отдохнувших лошадей. К моему неудовольствию, священник тоже поднялся и с трудом забрался в седло. Я уже надеялся, что он оставит свою затею путешествовать с нами, так как его болтовня уже стала порядком меня напрягать. Я-то надеялся на мирное убеждение, интересный рассказ о всяких чудесах и прочие сказки, а он только поливает меня своим презрением и грубо пытается сбить с истинного пути! Да-а-а, плохо учился ты, батюшка. Наши попы тебе сто очков форы дадут, да ещё и в христианство обратят мимоходом, причём особо не напрягаясь. Если у вас все тут такие, то мне жалко этот мир.

— На чём мы остановились? — уточнил священник, пристраиваясь сбоку от меня.

— Мы остановились на том, что Единый виноват во всех бедах, что приключались с нами, — напомнил я ему.

Священник поморщился:

— Не искажай мои слова, сын мой! — укорил меня он.

— Так, давайте договоримся, святой отец. Я ещё могу называть вас так, но попрошу запомнить, что у меня только один папа и это точно не вы, поэтому не обращайтесь ко мне со словами «сын мой». У меня есть имя — Алекс, если очень трудно его произносить, то можете просто на «вы», — милостиво разрешил я.

Священник только ещё раз поморщился. Ну, что поделаешь, не могу я терпеть хамства по отношению к себе. С кем только можно, я стараюсь перейти на «ты», завязывая приятельские отношения. Но чтобы первый встречный «тыкал» тебе, да и ещё требовал уважения — на это у меня терпения просто не хватало. Если раньше я ещё мог просто молчать в тряпочку, не обращая на это внимания, то после попадания в этот мир у меня такого овечьего смирения явно поубавилось.

— Хорошо, Алекс, продолжим, — с явным неудовольствием ответил священник. — Я лишь просил не искажать мои слова. Я ведь не говорил, что все беды посылает Единый, я лишь сказал, что всё происходит по его воле. А не задумывался ты, что он посылает тебе только испытания, чтобы ты мог стать сильнее, крепче духом?

— Знакомая песня, — пробормотал я. — Всё, что не убивает нас сегодня, завтра сделает сильней!

— Именно, сын… Алекс! Ты всё правильно понял! Единый просто испытывает, чтобы ты совершенствовался для того, чтобы однажды сделать то, что угодно ему.

— Хорошо пели, святой отец, — усмехнулся я. — Но под конец дали такого петуха! Я не раб Единому, чтобы угождать ему. Я поступаю, как нужно мне, как нужно моим близким, а на его замыслы мне просто нас… начхать! И не нужно при этом говорить, что так и задумано Единым, всё равно не убедите, — я хитро прищурился. — Ведь может быть, Единым и было задумано, чтобы я вышел таким вот неверующим, а, святой отец?

После моей тирады священник надолго заткнулся и я наслаждался получасом тишины, снизошедшим на меня милостью Единого… Тьфу! С кем поведёшься, так тебе и надо!

Дорога, по которой мы ехали, стала оживляться. Нам всё чаще попадались встречные путники на лошадях, повозках, которые неизменно останавливались и просили священника их благословить. Посмотрев

один раз на представление, я больше не задерживался и оставлял святого отца благословлять в одиночестве, уезжая с детьми вперёд. Однако, несмотря на все мои надежды, священник оказался настойчивым и неизменно нас догонял, хотя заговаривать больше не пытался, видимо, ещё не придя в себя от моего последнего аргумента.

Вечерело, солнце, скрытое за облаками стало садиться и на дороге вскоре стало темнеть. Встречные повозки стали попадаться всё реже и вскоре движение замерло, только мы скакали всё дальше в Вернар. Я прикинул, что завтра к вечеру мы достигнем города, а поэтому решил протопать по дороге столько, сколько возможно, устроив привал только с наступлением ночи, решив выгадать несколько нужных часов. Святой отец всё-таки решился и начал опять пытаться склонить меня в свою веру, приводя, как ему казалось железные аргументы, типа чудес или исцеляющей силы веры. В ответ на это я только хмыкал, так как таких чудес мог ему устроить сколько угодно. Меня стала уже порядком утомлять его трескотня, когда вдруг спереди ощутимо повеяло опасностью. Я тут же остановил лошадь и начал сканировать окрестности, думая, неужели ещё одна кашна попалась? Но почему на дороге?

Впереди своим магическим зрением я увидел больше дюжины человеческих аур, расположившихся в трёхсот шагах от нас по обеим сторонам дороги. До меня донеслись их эмоции — азарт, напряжение и ненависть. Похоже, что мы вляпались!

— Приплыли! — сообщил я выжидательно смотрящим на меня Алену с Алоной. — Впереди ждёт засада.

Алона охнула, но затем взяла в руки арбалет и сосредоточенно стала его взводить. Ален глядел на нас с растерянностью, у него даже оружия нет, вспомнил я. Теперь главный вопрос: бежать или перебить?

— Почему ты так решил? — спросил священник, но я лишь поднял руку, заставляя его замолчать, и просчитывал варианты.

Это не та группа, что преследовала нас, здесь сидят люди, а гномов вовсе нет, как и магов, если только они не скрывают свои ауры. Если это профессиональные воины, то ввязываться с ними в бой рискованно только для детей, ведь их могут задеть ненароком, я же должен с ними легко справиться, применив пару магических штучек. Если же это средней подготовки наёмники, как в первый раз, то для меня это будет отличной тренировкой. Короче, будем надеяться на лучшее, но приготовимся к худшему.

— Сейчас мы полезем в драку, — начал я инструктировать Алону. — Твоя задача — как только я крикну, спрыгиваешь на землю, берёшь Алена за шкирку и тащишь его к ближайшим кустам слева. Только смотри, не перепутай, так как вдруг что, я буду по правую сторону бить магией, так что должен быть уверен, что вас там не задену. Дальше — ты с Аленом прячешься в кустах и стреляешь из арбалета в тех, кого сможешь достать, а если на тебя навалятся слишком много, сразу зови меня. Приказ понятен?

Алона чётко кивнула, только пальцы немного побелели на руке сжимающей арбалет. Ален, посмотрев на неё, тоже решительно кивнул, хотя я ему указаний не давал. Теперь разберёмся с балластом.

— Святой отец, вам такой совет — падайте на землю и не пытайтесь вставать, пока всё не кончится!

— Но…

— Если хотите умереть, можете не принимать мой совет близко к сердцу, — ехидно сообщил ему я и тронул лошадь, медленно продолжая движение.

Расстояние неумолимо сокращалось, я уже отчётливо слышал напряжение и дикую радость, охватывающую тех, кто сидел в засаде. Вот до неё осталось сто шагов, пятьдесят… Вот мы поравнялись с крайними людьми, сидящими за густыми кустами, вот… Большое ветвистое дерево рухнуло на дорогу, перегородив нам путь, а на дорогу выскочили люди.