Беглец
Шрифт:
— Милая, — зевнув, ответил я. — Малолетками я не увлекаюсь, а потому спи. Завтра рано вставать!
Гномка облегчённо вздохнула и завозилась, укладываясь поудобнее. А я, засыпая, подумал, что у меня уже есть подруга, которая всегда приходит ко мне по ночам… Вот и сейчас темнота возникла рядом со мной, ласково провела рукой по волосам и накрыла тёплым чёрным одеялом, погружая меня в глубокий спокойный сон без сновидений.
Глава 14
Жизнь или честь?
На рассвете меня поднял дикий звук будильника, буквально взорвавший мой мозг! Я судорожно подскочил и начал лихорадочно искать свои шлёпанцы, думая, что опять проспал первую пару в институте.
Я моментально спрыгнул с лежака, подхватывая мечи и стряхивая с них ножны. Оглянувшись, я магическим зрением заметил в утреннем мареве шагах в пятидесяти группу людей, считающих, что они тайком пробираются по лесу. Нагнувшись, я потряс Алону за плечо:
— Солнышко, вставай!
— Ну, пап, можно ещё чуть-чуть… — сонно забормотала она и повернулась на другой бок.
Я отметил, что группа, прячась за деревьями, подходит к нам всё ближе.
— Алина, просыпайся, нас сейчас убивать будут!
— Ага… — сквозь сон ответила та. — Что?! И подскочила на лежанке.
Я не дал ей встать и шёпотом объяснял, сам глядя на приближающихся личностей и пытаясь определить их точное число:
— Сейчас ты незаметно прошмыгнёшь в карету, достанешь свой арбалет, а потом будешь в щёлочку наблюдать за тем, что будет твориться тут на поляне. Если мне вдруг понадобится помощь, я тебе крикну. Двигай! — я толкнул её в сторону кареты.
Когда гномка пригибаясь кинулась к карете, я увидел, как незваные гости, что шли впереди наткнулись на мою третью защиту и остановились, недоумевая, что же мешает им пройти. Я хмыкнул, вчера я постарался на славу, прямо как знал! Защита получилась крепкой и мощной. Они такую не пробьют, а я тем временем смогу спокойно их расстрелять издалека, как в тире. Я подбежал к луку и, кинув рядом мечи, принялся натягивать тетиву. Гости, поняв, что обнаружены, уже больше не таились и открыто подошли к моему защитному куполу, пробуя его на прочность мечами, пытаясь продавить всем телом. Я тем временем наложил стрелу и отправил в полёт.
Первый незваный опрокинулся на землю со стрелой в глазнице. Ещё выстрел — и второй опустился рядом. Но остальные шустро разбежались и засели за деревьями. Блин, теперь придётся сидеть и ждать, пока кто-нибудь из них высунет свой нос. Выйти за купол мне нельзя, я его должен буду сначала снять, а этого делать нельзя — нападающие могут просто зайти с разных сторон и достать Алону. В её защитный амулет я не слишком верил. Чтобы проделать в куполе отверстие, не разрушая его, мне нужна была энергия, причём не меньшая, чем когда я его устанавливал, а мой магический резерв за ночь не заполнился и на треть. Короче, пат. Они не могут достать меня, а я не могу завалить их. Одно радует, что их всего десять осталось. Интересно, эта группа как две капли воды похожа на ту, что атаковала карету на дороге. Подкрепление? Подстраховка?
Пока я гадал, нападавшие совещались. Я услышал, изо всех своих сил напрягаясь, конец разговора:
— … нам их не достать. Ты сможешь снять защиту?
— Я постараюсь, но после этого потеряю много сил, это рискованно!
— Ничего, ты главное убери эту стену, а мы потом сами справимся…
Блин! У них есть маг! Настоящий маг, а не я — недоучка!
— Песец! — выругался я в сердцах. — Пора читать молитву.
Но так как молитвы я не одной не знал, то принялся наблюдать, как нападающие расходятся в разные стороны, по одному перебегая за деревьями. Ага, окружают, сволочи! Это мы поправим! Я прицелился в одного, спрятавшегося за деревом и принялся ждать. Почти минуту перебегали другие, а этот всё сидел за деревом и не подавал признаков жизни. Но, когда я уже было решил сменить цель, он коротким рывком метнулся к следующему укрытию, но рухнул на землю со стрелой в груди, хорошо приложившись о дерево. Ещё минус один!
Внезапно, я почувствовал, как моя защита начинает плыть, на куполе появляются трещины, затем дыры, а потом купол со слышным только мне хлопком расплылся бесформенным облаком энергии. Я постарался впитать её, сколько успею,
чего добру пропадать? Но маг, силён, чертяка! Когда я изучал эту защиту, про неё было сказано, что магов она не пропустит, а тут всего один хлыщ легко вскрыл её, как консервную банку! Может, в книге просто забыли упомянуть, что эта защита взламывается на раз?— Готово! — прокричали из-за дерева.
Тут же ко мне с разных сторон бросились воины. Два из них покатились со стрелами по земле, но остальные не дали бы мне выстрелить, потому я отбросив лук, схватил свои клинки и начал танец. Движение вперёд, разворот, свист разрезаемого воздуха, и первый самый резвый нападающий лишается головы. Возврат назад, лёгкая блокировка, и два клинка проносятся мимо меня в миллиметрах от тела, снова разворот и резкий выброс сразу двух своих клинков в стороны. Двое нападающих получают порцию холодной стали себе в брюхо. Вытащить клинки, развернуться, уклониться от просвистевшего мимо моей головы меча, (а вы и не думали, что человек может так изогнуться?), взмах клинков, срубающих руку одному и полосующих по шее другого воина. Хорошо, что они без доспехов, кольчуг и всякого другого металлолома, так работать легче!
Остались всего двое, остальные уже валяются на земле, мёртвые или сильно покалеченные. Я встал напротив них, мимоходом пронзив человека без руки. Кто же недобитых противников сзади оставляет? Оставшиеся были очень умелыми воинами, теперь понятно, почему они не лезли в схватку. Другие образовали свалку, набежав ко мне с разных сторон, а эти — наоборот, мастера одиночного боя. Теперь их два клинка против моих, и ещё неизвестно, кто победит.
Первый мой выпад был неудачным — я атаковал одного, вынудив того отбить один мой клинок, а вторым хотел пропороть ему бок, но второй заставил меня самого защищаться, напав с другой стороны. Я отбил его атаку, и снова был вынужден уходить от первого. Так мы и танцевали — они вокруг и я посередине. Они нападали, не давая мне атаковать самому, а я только защищался, пытаясь отследить перемещения сразу двух противников с разных сторон. Но я не был хамелеоном и вскоре получил сначала один порез на спине, а затем второй, лишь чудом не прорубивший мне ногу до кости. Всё, теперь им остаётся только подождать, пока я не истеку кровью.
Отчаяние захлестнуло меня, оказывается, я не такой искусный воин, каким себя считал. Видно мастер был не самым лучшим, а всего лишь одним из середнячков. За долгие века эльфийского затворничества искусство боя на мечах шагнуло далеко вперёд, а лесной народ всё варился в собственном соку, не встречая достойных противников! Обидно, блин, падать с небес на землю. Что же делать? И тут меня осенило, я маг или не маг? Путь недоучка, но разве на этих воинов меня не хватит?
Я ушёл в глубокую защиту, незаметно смещаясь к краю полянки, и выждал момент, копя силу и формируя её в воздушный кулак, а затем взвинтил восприятие, тратя на него последние крохи энергии, и внезапно прыгнул в сторону, разрывая дистанцию и вынуждая противников повернуться ко мне лицом, став боком друг к другу. Но я не зря отошёл к краю, мне нужно было только одно дерево. Прыгнув от нападавших, я тут же оттолкнулся от ствола, стоящего ко мне ближе всех и совершил обратный прыжок с перекатом, не давая противникам опомниться и оказываясь с ними в одной линии. Только теперь крайним был я! Не вставая с земли после переката, я послал воздушный кулак в ближайшего, от удара которого тот приподнялся над землёй и отлетел на второго. Тут же я прыгнул в третий раз, не давая противникам опомниться, и, приземлившись на их кучу-малу, с размаху всадил клинки им в грудь. Но тут же отправился в полёт, подстёгнутый жестоким ударом в спину.
Маг! Про него я и забыл совершенно! Оказывается, он тоже умел формировать воздушные кулаки и наградил меня одним из них, вынудив стартовать от земли. Мой полёт закончился крайне неудачно — впереди было дерево, о которое я шмякнулся, как муха о лобовое стекло. Что-то во мне хрустнуло, лицо стукнулось о ствол, разбивая в лепёшку нос и губы. В глазах закружились звёздочки, а рядом со мной сгустилась темнота, спеша унести меня прочь.
— Нет, не время, — прохрипел я, неимоверным усилием раздвигая беспамятство и возвращаясь к боли.