Аннотация
Шрифт:
И все же я шарахалась от каждой тени в замке - беспокоили неясные тревоги, а еще и болезненные воспоминания не давали покоя, но это длилось недолго. Через несколько дней после возвращения, когда были готовы мои новые комнаты, Алекс меня запер.
Просто вывел из прежней спальни и повел в свое крыло.
Новое жилище - кабинет, спальня и ванная, располагалось дальше от его покоев, но в одном коридоре.
Когда огляделась, не могла взять в толк почему нельзя было остаться в прежней спальне - и зачем мне собственный кабинет? На мой вопрос Мастер ответил, что я остаюсь тут надолго и выходить мне категорически запрещено. А потом вышел,
Окна выходили на юг - за ними о скалы разбивалось волнами море, а высота была такая, что я поняла - сидеть на подоконниках желания не возникнет.
В целом, жилище было уютным - три смежных комнаты. Кабинет заставлен всевозможными книгами - как научными, так и художественными. В дубовом, с красным отливом столе - широком, гладко отполированном и вкусно пахнущем лаком, нашлись инструменты для рисования и письма. Стол находился прямо по центру кабинета - у стены. Слева и права - окна, покрытые коричневыми занавесками. И пара мягких, высоких кресел - одно хозяйское, а другое гостевое по обеим сторонам стола. Книжные стеллажи - от пола до потолка, стояли у стен по периметру комнаты. Картину завершал пушистый светло-коричневый ковер с длинным ворсом. Как ни крути, а стол - красавец, в которого я сразу влюбилась, был центром интерьера.
Тут не было никаких милых сердцу вещей - ни картин, ни фигурок животных, что я так любила. Спальня не была роскошной - все такое же простое, в теплых тонах. Из меблировки кровать - широкая и мягкая, да шкаф - скромных размеров. Все вырезано из лучшего дерева, от чего кружилась голова - запах в комнатах стоял упоительный. Нагретые, лучащиеся светом - видно было, как пылинки плывут в воздухе, скромные, но уютные апартаменты стали моим жилищем.
Забегая наперед, скажу, что очень и очень надолго.
Дни летели, я сидела взаперти и много читала - книги заменяли мне все - воздух и развлечения. Еду приносил Мастер, а иногда Мэй. С поварихой удавалось немного поболтать - она рассказывала новости, но все больше шепотом. Тоже уловила переменчивость хозяина. Мастер же надолго не задерживался - порой не говорил и слова. Ждал, пока поем и уходил.
А однажды пришел с горящими глазами и повалил на кровать. Пыталась отвечать на его ласки, но он не давал, грубо сжимал мне руки над головой и делал все по-своему. С тех пор и поселилась в душе ноющая боль. Я стала заложницей у своего любимого. Была рабыней, которой нельзя проявить даже каплю воли.
Собственно, именно отсюда и следовало начинать рассказ, но очень уж увлекли меня воспоминания.
– Сколько я еще буду взаперти?
– ела ужин, и как бы между прочим поинтересовалась у Мастера.
Он ничего не ответил. Стоял, оперевшись о дверной косяк и смотрел, как я ем.
– Алекс, что происходит?
– отложила в сторону поднос и посмотрела в упор.
– Ничего не происходит, - сухой тон, вся та же пустота во взгляде.
– Вот именно! Я сижу тут уже почти второй месяц - когда-то же наказание закончится? Я хочу на улицу, прогуляться, потренироваться в магии - ты перестал меня учить! В конце концов, я просто хочу нормально жить!
– ведь не навсегда же он меня запер. Верно?
– У тебя есть все необходимое. Жаловаться не на что, - он пожал плечами.
– Ты серьезно?
– это все, на что меня хватило.
– Более чем. Тут ты в безопасности. У тебя есть книги, информация, развлечения.
– Но я хочу свободу! Определи
рамки наказания. Сколько я тут пробуду - еще месяц? Сколько?– вскочила с кровати, обхватила себя руками.
– Ты пробудешь тут столько, сколько мне захочется, - вот и весь ответ.
– Да что с тобой, Алекс! Мне хочется схватить тебя и встряхнуть как следует! Посмотри на себя - ты изменился!
– впервые я заговорила об этом. Раньше мне казалось, что все станет на свои места - стресс пройдет, волнение поутихнет, и Мастер просто станет собой. Но нет. Ничего не менялось. Он оставался таким же - равнодушным и пустым.
– Привыкай, - он шагнул ко мне, а я напряглась. Глаза прищурены - не разобрать эмоций. Они порой так быстро менялись, что не уследить.
– Что это значит? Ты осознаешь, что стал другим? Я не понимаю причину. Объясни.
Мне хотелось понять - разобраться с этой проблемой. Потому что я боялась нового Мастера.
– Слишком много вопросов, - он усмехнулся.
– Не понимаю, что тебе не нравится?
– Ты стал груб. Ты что, больше меня не любишь?
– это был откровенный ва-банк. Даже стыдно стало. Раньше я не задавала таких вопросов.
– Я тот, кто я есть и другим не буду. Придется терпеть. И разве я когда-то говорил, что люблю тебя?
– сунул руки в карманы брюк, а я резко от него отвернулась.
Болезненная судорога прошила сердце. Все верно - он не говорил, что любит, но я читала это в его глазах, впитывала его любовь через поры на коже. Это было до того, как он вернул меня с того света.
Какой же все-таки жестокий ответ. Но его это не заботит - ему вообще плевать на мои чувства. На все плевать с высокой горы. Что ж, придется принять новые обстоятельства. Но все во мне взбунтовалось против этой мысли. Не смирюсь. Никогда. Его слова все еще отдавали эхом в голове. Руки сделались холодными как ледышки, а по всему телу прошла волна жара.
– Я хочу уйти отсюда - из этого замка, из твоей жизни. Хочу обосноваться подальше от этого места. Может быть в другом мире. Отпусти меня - собственный голос показался чужим. Хриплый, отчаянный.
– Этого не будет никогда.
Резко обернулась к нему, когда до меня дошел смысл его ответа.
– Что?
– почти прошептала.
– Ты никогда не оставишь замок. Никогда не переселишься в другой мир. И если я захочу, никогда не выйдешь из этих комнат, - он говорил спокойно, без злости. Вообще без всяких чувств.
– Ты не можешь так поступить со мной, - вышло жалко.
– Ты не любишь меня и я не понимаю зачем вообще тебе понадобилась, - последняя фраза глухим отчаянием сорвалась с губ.
Мастер стоял посреди спальни все в той же позе - неподвижный, красивый как бог и равнодушный, как любая из стихий. Он не торопился отвечать - смотрел на меня золотыми тигриными глазами и медлил. Когда же все-таки ответил, я пожалела, что не закрыла уши руками.
– Но все это не мешает мне сделать так, как хочется.
Кровь отхлынула от лица. Я почувствовала, как сжимаются руки в кулаки. Вот она - спасительная ярость.
– Подумал ли ты хоть раз - чего хочу я?
– Ты еще не догадалась?
– он хмыкнул.
– Мне все равно.
Его слова что-то сломали во мне. Я даже услышала треск. Что-то с невероятной силой вырвалось и хлынуло в кровь. Очень медленно я подошла к Мастеру вплотную. Поднялась на носочки, чтоб достать губами его уха.
– Ненавижу тебя. Всей душой ненавижу, - губы коснулись кожи, и я отстранилась.