Аннотация
Шрифт:
Отмахивался, все на потом откладывал. Потом семья. На первом месте - работа. Власть.
И вот.
Смотрел, как она ест все подряд, и глупо улыбался.
– Ты будешь?
– указала на пирог с мясом.
– Нет, - отмахнулся. Не стал говорить, что потребность в еде и сне отпала вместе с большим куском заложенной души. Жидкость иногда пил, но скорее по привычке.
– Алекс, как определить стихию? Мне кажется, я уже готова, - меняет тему, видя, что я нахмурился. Маленький котенок. Многого не понимает, но все чувствует.
– Есть определенный ритуал. Учитель вводит ученика в круг Амира. Там
– А твоя стихия?
– она кладет голову мне на колени, а я перебираю золото ее волос. Пропускаю их сквозь пальцы, наслаждаясь игрой света.
– Огня, - легко щелкаю ее по носу. Любопытный котенок.
– Значит ли это, что сгореть тебе не суждено?
– глаза ее округляются. Глупышка, все азы магии забыла. Хотя, после такой голодовки - простительно.
– Огонь меня любит. В любом из миров не причинит вреда.
– И я хочу твою стихию, - сонно бормочет Наама и потихоньку засыпает.
Чувствую себя скверно - довел девочку до истощения. Лечу магией, пока спит. Иначе не позволит - скажет, что все в порядке.
После заклинания лицо ее разглаживается, она крепко обнимает меня. А я расслабляюсь остатками души. Что будет, если придется пожертвовать еще одной?
Наами.
Мне было по-настоящему хорошо. Глупая и наивная детская мечта вдруг сбылась. Мастер
разглядел во мне женщину. Он был заботливым и нежным, с ним было весело и легко. Как можно стесняться человека, которого знаешь с пеленок?
Я летала от счастья.
До тех пор, пока не нашли изуродованное тело Рейярда.
Он не смог далеко уйти. Буквально в нескольких часах езды от замка его загрызла пума.
Выдающегося охотника, владеющего стихией воздуха - загрызла пума!
Тело оставили у погребального зала. До прибытия родственников.
Я шла к нему - попрощаться, по дороге утирая слезы. Как нелепо - умереть от лап животного, которое можно обездвижить простым заклинанием!
Мастер отправился в восточный лес - оповестить родных моего покойного друга.
Шла не торопясь, оттягивая жуткий момент.
Не проститься с умершим - значит плюнуть на его жизнь. Я не могла поступить так с Рейем - как бы тяжко не было, я должна посмотреть в его мертвые глаза и сказать, что буду его помнить.
В зале было холодно и тихо. Звук шагов эхом покатился по комнате и срикошетил по стенам. В воздухе застыл запах сирени и еще каких-то цветов. Рейярд лежал на каменном возвышении в центре зала. Тело было накрыто белой простынью. Сквозь нее просвечивались синеватые руны - заклинание от разложения.
Я все замедляла шаги. А в метре от возвышения вовсе остановилась. Спину покрыл холодный пот, а жалость жаром прокатила по телу. Я жалела, что умер мой друг. Что погиб молодым и так нелепо.
Второй волной сердце сжало от чувства вины. Что стоило мне тогда поцеловать его - задержать на минуту?! Быть может он тогда не лежал бы тут. Мертвый.
Сглотнула ком, что застрял в горле.
В два шага подошла к телу. Сдернула простынь и зажала рот руками.
Пустые
и холодные глаза смотрели в потолок, навсегда утратив всякое выражение. Волосы сбились в колтун. Кожа стала серой, черты лица неприятно заострились.От подбородка до пупка шли глубокие рваные борозды - следы когтей.
Я отвернулась. Сердце колотилось где-то в горле. Заставила себя повернуться, вдохнула поглубже, пытаясь замедлить пульс. Легкие забил противный цветочный аромат - такой неуместный в этой мрачной комнате. Руки казались чужими - непослушными. Заледеневшими пальцами схватила простынь, чтоб снова накрыть тело Рейярда.
И тут заметила еще кое-что.
Почему боги в тот день не отвлекли меня? Жизнь стала рушиться в тот момент, когда я поняла, как умер Рейярд.
Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю, что никакой свободы воли не существует в принципе. Мы идем по пути предначертанному. Кем или чем уготованному для нас - не знаю... Знаю только, что едва мы делаем первый вдох - путь начинается. И не остается ничего иного, кроме как пройти его до самого конца. Но философски мыслить я научилась совсем недавно - с тех пор, как стала рабыней для своего любимого. А тогда, наивная и глупая - я слепо шла по дороге прямиком к капкану, что поставили на меня боги, даже не пытаясь свернуть на какую-нибудь неприметную тропинку.
На правой руке Рейярда, у основания ладони - на запястье остался посмертный след чужой хватки. Отпечатались даже пальцы.
Точно такой же след только на днях сошел с моей руки. И я знала единственного человека с такой цепкой хваткой. Он мог ломать людям кости чуть не рассчитав силы. Потому что магическая энергия переполняла его. Он мог превращаться в любого зверя и свободно гулять по мирам. Мог телепортироваться в любой уголок планеты за считанные секунды. С легкостью плел узоры рун любой сложности, мог рушить чужие щиты и барьеры. Как от назойливой мухи отмахивался, отбивая смертоносные заклятья. Он был единственным, кого считали всемогущим. Кого обходили десятой дорогой. Услуги его стоили сумасшедших денег, а его норов отпугивал даже самых зарвавшихся. Он родился около тысячи лет назад. И он по сей день остается молодым.
Я наклонилась к телу Рейярда, провела рукой по спутанным, жестким волосам.
– Прощай, мой друг. Я тебя никогда не забуду.
Накрыла его простынью и, торопясь, вышла из зала.
Слезы высохли. Кровь пропитал адреналин.
Велела запрячь Азура и собрать еды в дорогу. Наскоро переоделась - накинула плащ с глубоким капюшоном и обула высокие сапоги для верховой езды.
Вскочила в седло и погнала во весь опор. Куда - сама не знала. Только бы подальше отсюда.
Глава девятая.
Я была в пути уже несколько часов. Гнала Азура, что было сил. Ветки порой до боли хлестали по лицу, а соленые слезы жгли поврежденную кожу. Но я не обращала на жжение внимания. В голове билась только одна мысль - Мастер убил Рейярда.
Когда лес сгустился до такой степени, что мчать, не разбирая дороги, стало невозможно, я
осадила коня, а после и вовсе спешилась. Еще через некоторое время показалась небольшая поляна. Отпустив Азура пастись, сама устроилась у дерева, прислонившись к нему спиной. Руки мелко дрожали, а спину ломило от долгой езды.