Алекс
Шрифт:
– Это самая ранняя "мотыга" - первой модификации. Такие остались только в глубоком тылу - на них, наверное, ваши двоечники практику проходят. А мы здесь летаем уже на третьей-четвертой модификации, вот так.
– Четвертая это "Анод", - с ходу определил Алекс.
– А "Скво" пятая?
– Нет, "Скво" сама по себе. У нее предков нет. Но только она более или менее может противостоять "Пило". Хотя все равно команиксовый истребитель на порядок лучше.
Место, где они находились, было что-то вроде небольшого спортзала. Вокруг стояли тренажеры, и свободные от дежурства люди поддерживали здесь свою спортивную форму. Вдоль стены стояло
Через какое-то время в помещение вошел Леви Стохордон. В ближайшем автомате он взял себе бутылку с водой и сделал большой глоток. Затем подошел к их троице и риторически спросил у Боппарта:
– Обучаешь?
– Угу, - отозвался лейтенант.
– Пока время есть надо его использовать.
– Завязывай - шеф прибыл. Нас к себе вызывает.
– Кого нас?
– Всех четверых - тебя, меня и молодых. Говорить есть дело.
Лекция была немедленно прекращена. Боппарт собрал со стола все схемы, свернул их в рулон и Ксиу быстро убежал, отнеся бумаги на место. Так что через четверть часа они вчетвером находились перед дверью рабочей каюты Андерсона. Перед тем как постучать Леви критично осмотрел курсантов и приказал им застегнуть верхние пуговицы рубашек и перецепить по уставу подтяжки. Сам же при этом остался быть одетым совсем не по уставу. Впрочем, как и Боппарт.
Затем Леви Стохордон тихонько постучал по стальной двери каюты и тут же раздался командный голос Андерсона:
– Войдите.
Они вчетвером вошли. Первым в каюту просочился Леви, следом Боппарт, а уж за ним скромно вошли и Алекс с Ксиу.
– Здравия желаю, господин капитан-лейтенант, - весело поздоровался Боппарт.
– С прибытием на борт.
– Спасибо, Боп. Рад тебя видеть.
Андерсон подошел к нему и по-свойски пожал ладонь. Затем потрепал по плечу и сказал:
– Проходите, рассаживайтесь, где удобно.
Пилоты охотно уступили предложению и развалились на мягком диване. Курсанты же остались стоять, понимая, что приглашение к ним не относилось.
Андерсон сел за свой рабочий стол с мощным командным терминалом и только сейчас пристально рассмотрел незнакомого курсанта.
– Так это и есть Ксиу Тапиока?
– Да, он самый, - кивнул Боппарт.
– Отличник академии, один из победителей турнира и все такое...? Это так курсант?
– Так точно, сэр, - охотно подтвердил Ксиу.
– Сам изъявил желание проходить практику на нашем корабле или направили?
– Сам, господин капитан-лейтенант. За другом потянулся.
– Да?
– спросил у Алекса Андерсон.
– И ты сам напросился?
– Так точно, сэр.
Андерсон на время удовлетворился ответами и жестом пригласил курсантов сесть на жесткие металлические стулья. Алекс с Ксиу подчинились и сели.
– Ну, и как у нас сегодня готовят нашу смену? Все также хреново?
– Все так же..., - покачал головой Леви.
– Чему их там учат непонятно, приходят к нам, зная только азы. Так что нам их приходиться обучать практически всему.
– А эти двое как?
– Да так же. Кой-чего, конечно, умеют, но в бой пускать нельзя.
Хоть и отличники, но летают как курицы. Чувствуется академичность. Хотя, за те две недели, что они здесь находятся, мы смогли натаскать их до среднего уровня. Летать теперь они могут, но надо ставить их кому-то в пару. А лучше всего в тройку хвостом. Тогда можно будет рискнуть их выпустить в небольшую заварушку.– Вот!
– утвердительно кивнул Андерсон.
– Ты, Леви, словно знаешь все наперед. Я потому вас и позвал, что необходимо решить к кому поставить новичков в пару. Тройку, к сожалению, мы сделать не можем - машин и так мало. Мы же не авианосец чтобы позволить себе дробить силы. Какие у вас по этому поводу есть идеи?
Идей у Леви и Боппарта, конечно, не было. Они понимали, к чему клонит Андерсон.
– Ну, раз у вас сказать нечего, то скажу я, - капитан-лейтенант выдержал легкую паузу.
– Вот, скажи мне, Леви, сколько вы с Боппартом уже летаете в паре?
– Около года, - осторожно ответил Леви.
– Даже чуть меньше, а что?
Андерсон понимающе усмехнулся, но, тем не менее, безжалостно пригвоздил:
– Год и четыре месяца! День в день. Я тут удосужился поднять ваши дела и уточнил срок.
– Неужели?
– удивились пилоты.
– А вроде и года не прошло.... Ну и что?!
– А то, что хватит вам вариться в собственном соку. Пора передавать опыт следующему поколению.
– Так мы и так передаем, в чем проблема-то?
– эмоционально всплеснул руками Боппарт.
– Мы их, можно сказать, сутками гоняем на тренажерах, учим, исправляем ошибки.... этого мало?!
– Мало, Боп, очень мало. И сядь, не маши у меня перед носом своими руками, а то заденешь еще.... Сядь, я сказал! Сядь!
Когда подчинившийся, но не успокоившийся Боппарт сел на свое место, Андерсон продолжил.
– Так вот..., то, что обучение курсантов ведется практически без перерывов - очень хорошо. Но этого катастрофически недостаточно. Им нужен настоящий, боевой опыт, и дать им его сможете только вы.
– Не понял, - опять возмутился Боппарт, - а чой-то сразу мы? Других что ли нету?
– Кого, других?
– вздохнув, спросил Андерсон.
– Дать их тем же недавним курсантам? Или отдать их Безумному Максу и в первом же бою они погибнут? Не-ет! Они должны летать с вами и только с вами. Других вариантов нет, а если и есть, то они крайне неверные.
– По живому режешь, начальник. Не разбивай нашу пару, сукой будешь.
– Боп, перестань давить на меня своими уголовными штучками. Я так решил и вам остается только со мной согласиться. А если вы не согласны, то я могу издать письменный приказ с подшивкой в личное дело. Вам это надо?
Боппарт угрюмо промолчал и Леви отрицательно мотнул головой.
– Вот и хорошо, с этим вопросом разобрались. В-общем, все остается, как вы решили до моего прибытия. Курсант Дронин будет летать ведомым у Леви, а Тапиока у тебя, Боп. Вы уже вроде слегка привыкли друг к другу, так что особых проблем быть не должно. И не надо делать такое недовольное лицо - это не смертельно.
– Это, смотря с какой стороны посмотреть...,- заметил Леви.
– Елы-палы, ну ты-то хоть не начинай все с начала! Не навечно же это, только на несколько месяцев, пока практика не закончится. И потом, я не сказал самое главное. Хоть я и разбил вашу пару, но порознь работать в космосе категорически запрещаю. То есть фактически я сделал из вас боевой квадрат. Надеюсь, это вас устраивает?