Алекс
Шрифт:
Валонсио глубоко вздохнул и стал объяснять своему боссу элементарные вещи:
– Ну, во-первых, они сами не рискнуть выпустить такой материал в эфир, у них есть своя голова, и они понимают, чем это грозит. Во-вторых, можно позвонить на студию и намекнуть им, какой материал нам не угоден. Уверяю, там с радостью нас выслушают и согласятся. Ну а в-третьих, я думаю, что подобный материал лучше показать.
– Это почему?
– опешил Гихилиан.
– Не каждый же день полиция лупцует сильных мира сего. Должен и народ иметь свои радости.
– Гм,- хмыкнул губернатор, - ладно, твоя взяла.
– Лучше медаль дать и чисто символическую премию. Нечего их баловать.
– Медаль..., - как-то неопределенно произнес Гихилиан.
– Не ценишь ты мою жизнь, Вано. Они можно сказать почти, что вырвали меня из костлявых рук смерти, а ты им железку на ремень. Жмот ты натуральный.
Валонсио улыбнулся, но ничего не ответил.
– Ладно, черт с тобой - медаль так медаль, - неожиданно сдался Гихилиан.
– Но не простую, а "За особые заслуги перед Народом".
– Это золотую что ли?
– Именно. Если уж ты мою жизнь не ценишь, то я совсем наоборот. Очень даже дорожу ею.
Когда этот вопрос был решен, они немного подумали и отправились ждать помощника министра в кабинет начальника космопорта. Там тоже было уютно, стояло пара диванов, кресла. При случае можно было даже вздремнуть. Так же там имелся небольшой бар и очень качественная аппаратура связи.
Войдя в пустой кабинет, Гихилиан сходу упал на одно из кресел и закрыл глаза. Валонсио же приземлился на диван и включил стоявший напротив телевизор.
Через десять минут в кабинет ворвался сам начальник порта. Увидев отдыхающих первых людей планеты, он одернул на себе модный кургузый пиджачок и как настоящий вояка щелкнул каблуками. Губернатор приоткрыл один глаз.
– Пасети?
– удивленно спросил он.
– Да, господин губернатор. Как узнал что вы прибыли, так сразу же поспешил вам на встречу. Я не застал вас в общей комнате отдыха и потому предположил, что вы можете находиться здесь. Я не ошибся!
– Надо же, проницательный какой, - ехидно заметил Гихилиан и снова закрыл глаза.
Пасети так и остался стоять, не поняв что, хотел этим сказать губернатор. Валонсио же, заметив его недоумение, небрежно махнул рукой, - не обращай, мол, внимания. Пасети расслабился.
– Так что у нас там с прибывающим транспортом?
– спросил секретарь.
– В данный момент транспортное судно стоит на приколе на орбите и проходит перегруз. Первый орбит-тягач прибудет примерно через полтора часа, - доложил начальник порта, косясь на губернатора.
– Всего должно быть около сотни рейсов, чтобы доставить весь груз на поверхность планеты. Выгрузка займет чуть более суток.
– А сопровождающий груз человек, когда прибудет?
– Я полагаю, что на первом рейсе. Как же иначе?
– То есть уже через полтора часа?
– Да.
– В таком случае, этот тягач нужно посадить как можно ближе от нас. Это возможно?
– Конечно, господин секретарь, это не проблема. Посадим его на ближайший пятачок.
– Вот и отлично. Скажите там кому надо, пусть они готовятся к встрече. И за пятнадцать минут до посадки предупредите нас, а пока мы отдохнем.
Ночь, знаете ли, была совсем короткой - дела спать не дают.Начальник космопорта заверил, что все будет в самом лучшем виде, козырнул, хотя он был совсем не военным, и спешно вышел из кабинета.
Валонсио приглушил звук телевизора и последовал примеру своего босса, то есть тоже закрыл глаза и попытался расслабиться. Работающий телевизор в этом деле совсем не мешал, наоборот, с некоторых пор секретарь без его звука никак не мог уснуть. Такие вот были нервы. А вот губернатору хоть бы хны, сопит как младенец.
Похоже, Валонсио все же заснул. Он не услышал, как постучали в дверь и не услышал тактичного покхекивания осмелившегося зайти Пасети. Он открыл глаза только тогда, когда его легонько толкнули в плечо. Открыл глаза и увидел прямо над собой смутившегося начальника порта.
– Э-э, извините.... Орбит-тягач приземлится через пятнадцать минут. Вы просили предупредить.
– Конечно..., - зевнул Валонсио.
– Сейчас мы спустимся.
– Я подожду вас снаружи.
Пасети тихо вышел, а Валонсио встал, потянулся и не очень вежливо растолкал своего босса.
– Пора идти встречать дорогого гостя.
Вдвоем они неспешно спустились вниз, и на выходе их встретил начальник Пасети.
– Нам вон туда, господа. Всего сто метров, - он показал направление.
Гихилиан с Валонсио посмотрели туда и увидели, что там уже находились все приглашенные. Съемочная группа стояла чуть в стороне и фиксировала все происходящее. Там же стояли два лимузина и танкетка, ствол пушки которой стоял строго вертикально.
– И что, нам надо пешком топать?
– А что?
– не понял намека Пасети.
– Де нет, ничего, - встрял Валонсио.- Расстояние не столь велико чтобы требовать машину. Можно и пешком пройти, так ведь?
Гихилиан испепелил своего секретаря взглядом и согласно кивнул. А затем наклонился и шепнул ему на ухо:
– Я тебе это припомню, сволочь. Я, по-твоему, кто - губернатор или так, чирей на интимном месте? Могу я покапризничать или нет?
– Можешь, - шепнул в ответ Валонсио, - но не сейчас. Нас снимают.
Губернатор выпрямился и заулыбался во все свои тридцать два искусственных зуба.
– Кстати, - вспомнил он, - как хоть этого помощника зовут?
– Лиза О`Нил.
– Баба!?
– Гм..., скорее бабец. Он трансвестит.... Или транссексуал - не знаю как правильно. Короче - сиськи с членом.
– Да ты что!
– ошалел Гихилиан.
– Куда катится мир - они уже в правительстве!
– Ну, это еще не самое страшное. Там еще парочка гермафродитов какие-то должности занимают, - добил Валонсио и губернатор серьезно загрузился.
К посадочному пятачку они подошли молча. Встали в сторонке, и рядом пристроилась охрана.
Орбит-тягач показался в небе буквально через пару минут. Сначала он показался маленькой точкой высоко в небе, так что даже общих очертаний судна было не различить. Прошли секунды, и точка увеличилась настолько, что стало понятно - тягач просто падает. Падал он, правда, как-то странно - не так быстро как полагалось при свободном падении, без раскаленных газов вокруг бортов и... вполне управляемо.