Современная проза

— Ну, не надо расстраиваться. Его будут часто отпускать домой. Хотя эта школа находится далеко. Очень далеко. Гораздо дальше даже, чем тот закрытый интернат для преступников-прогульщиков-наркоманов, которого вы так боитесь. — А как же он будет добираться оттуда домой? – испугалась мама. — А там очень…

Когда лёд уже «не айс», праворульные «таун айсы» и «крауны», подобно торпедированным пароходам, уходят под лёд. Дно бухт, окружающих Владивосток, – стоянка (или парковка) человека новейшего времени, человека моторизованного. Иногда за выезд на лёд пробуют штрафовать, но это всё равно что штрафовать за…

И все же, слегка поразмыслив, я решился пойти на эту встречу. Прекрасно зная, что идти не стоит. Поскольку я давно не любил перемен, способных разрушить любое, даже среднестатистическое счастье. Встретиться мы договорились в небольшом старом кафе с ироничным названием “Лебединая песня”. Находилось…

Не то чтобы мы с ним соревновались. Да и откуда взяться соревнованию там, где все дело в простой привычке, в привычке и везении? У каждого своя жизнь. У каждого все складывается по-своему. И вместе с тем с какого-то боку моя работа, по всей видимости, вполне осмысленна. Недавно я осознал, что к тридцати…

В августе того же 1942 года я провел с Роланом Лауденбахом несколько дней в Вире, где изголодавшемуся парижанину предоставлялась возможность наконец насытиться вволю. Однажды мы заговорили о Корнеле, и Лауденбах вспомнил, что так называемый «Корнель» Тюрле выражал желание познакомиться со мной и расспросить…

Весна не преминула явиться в безлесый полевой край, дружная и стремительная. Того гляди утонешь в овражке, так закамуфлираванном осевшим снегом, что никогда бы и не подумал. Но уж кто захочет - пройдет. Прасковья проснулась ярким воскресным утром от грачиного гомона. Длинный солнечный зайчик лежал на…

Я расскажу вам, например, об идее, которая вертится у меня в голове много лет, и я подозреваю, что она уже почти нашла свою форму. Я расскажу о ней сейчас, потому что наверняка, когда я начну об этом писать, то не знаю, в какой момент вы обнаружите, что она стала совершенно другой, и в какой момент увидите,…

Захожу к Тасе с калькой, говорю нахально, что надо шесть (шесть!) строчек исправить, вот текст, а сам исподтишка красноречиво глазки щурю, улыбочка такая блядская на лице. Что она должна была сказать? «Пошли, мол, вы на хер, Георгий Николаич, это всё равно что весь лист перекопировать!» Нет. Она в лист…

Мне было семь лет, когда меня впервые назвали черномазым. Назвала меня так маленькая белая девочка с длинными черными локонами. Я не любил играть около дома и уходил бродить по городу. Девочка играла одна в мяч, я проходил мимо и увидел, как мяч закатился в канаву. Я достал его и бросил ей. — Давай…

Мы остановились на краю тротуара. Татьяна замолчала, сняла перчатку, сунула два пальца в рот и свистнула так громко, что штук двадцать машин притормозили, а на противоположной стороне остановилось такси. Она украдкой взглянула на меня, улыбнулась, как бы напоминая, что, кроме прочего, я научил ее и свистеть…

Человеку, сидевшему в автомобиле, на вид можно было дать лет пятьдесят пять — шестьдесят с хвостиком. Лицо у него было благообразное, чисто выбритое, с карими, небольшого размера, круглыми, птичьими, под необычайно подвижными кустистыми черными бровями глазами. Брови эти то разбегались в разные стороны,…

А славно было бы опять прокатиться по Мясницкой! Она сохранила в памяти народной, в отличие от иных московских улиц, свое старое название, наверное, потому, что ее так весело помянул Пушкин, она во многом удержала и свой прежний облик. Да вернется Мясницкая в честь Пушкина, благо рядом протянулся новый…

Катер ведет Наджиб. Ну да, обыкновенный Наджиб. Когда знакомились, Сергей чуть не переспросил: — А может, Наджибулла? Но воздержался. У русских начальников и у русских богатых людей, что сегодня почти одно и то же, появилась мода: заводить себе клевретов среди нацменов. Уже поманенечку опасаются…

50. Влюбленность — это либидо с сердечным приступом 51. Это для нас — надпись на заборе, а для них — энциклопедия русской жизни. 52. Мужчина прав, пока он лев. 53. Драка — наиболее зрелищное состязание интеллектов 54. Жалость не достойна любви 55. Политология — это прикладная схоластика 56. Бред…

Но эпатаж и внешний огонь (пусть даже в виде скандальной славы) мне не нужны, достаточно и внутреннего. Цель не противопоставить: вот я (псевдоним можно взять – «Алексей Нормальный»!..), а вот – вы , но – как не смешно это сегодня звучит – осветить круг проблем (что возвращает, особенно в 1-й части,…

Мужчина привычно опустил ладонь в карман, где всегда лежал тёплый прямоугольник мобильника, и — похолодел. Лицо его покрылось потом. Мобильника не было. Он предусмотрительно оставил его дома, чтобы жена не докучала. Мало приятного, когда в разгар интимных ласк “труба” вдруг начинает наигрывать призывную…

Розовая кровь шумно сочилась, потом стремительным потоком лилась из большой дыры в левом предсердии, текла в переполненные бутыли отсоса и хлюпала на полу. Я был доведен до отчаяния и парализован. «Черт! Это предсердие мягкое, как дерьмо, я не могу закрыть его, — ей конец», —  думал я. Попробовал прошить…

Как я добиралась до Окинавы, я, с вашего позволения, рассказывать пока не буду, это было не очень эпично. Эпично было выйти из аэропорта в Нахе (это административный центр префектуры Окинава) и увидеть пальмы! Настоящие зелёные пальмы! Надо сказать, что прилетела я налегке, с собой у меня был только…

Но грозная фигура страшного деверя стояла «денно и нощно» перед глазами царицы Прасковьи. – Молчи, дитятко, нишкни! Сам того требует, – давясь слезами, утешала она дочь. – Кто ж против его пойти может?.. И «политический» брак был заключен. Но этот «политический» брак известен в истории более…

— Это было, и прошло, и быльем поросло. С императором Австрии мы живем в мире и согласии. — Именно так, господин! — Едем! — повелел шах. — Уведомить министров двора! И все произошло, как им было велено. Сначала в вагоне первого класса, а затем в кормовой части корабля восседал, владычествуя над…