Современная проза

Когда кончалось время долгой полярной ночи, волшебные очки ещё и помогали не ослепнуть на поверхности от солнца. В первый раз попав туда и увидев всё в их новом, фиолетовом свете, Чоп ужаснулся той голой безграничности, что предстала его взору. Голова его закружилась, и он упал, почти потеряв сознание…

Первой по лестнице скатилась товаровед Нина Иванушкина, навалилась на дверь, дергая кольцо кодового замка, который всегда почему-то заедало, и выскочила в торговый зал. Электричество горело тускло, и в помещении оказалось сумрачно, несмотря на то, что лето и середина дня. В магазине было странно тихо,…

В дверях кухни я столкнулась с Галей. Увидев меня, она раздулась от негодования. Посуда на подносе, который она держала в руках, возмущённо зазвенела. Её и без того пышная грудь поднялась и расправилась, брови сошлись на переносице, а глаза загорелись праведным гневом. – Саша! Ты где пропадала? Я тут…

– Мне придется встать. Вон как он возмущается. В этот момент дверь в гостиную распахивается и входит Диего с планшетом в руках. – Смотрите, смотрите, что люди придумали! – с энтузиазмом говорит он и усаживается рядом с нами на диван. «Ой, ну зачем он пришел и все нарушил?!» Привычное чувство неприязни…

В основном же, обоз вёз обычный для того военного времени груз: боеприпасы, фураж, продукты, разнообразное оружие и конечно ценные трофеи из разорённых дворянских и купеческих домов, подмосковных помещичьих усадеб и церквей. На каждом из возов зарывшись в сено, а то и просто сидя на поклаже обняв ружья,…

– Ура-а-а! – рявкнул банкир, и, не отрываясь, выпил игристый напиток до дна. Лица всех присутствующих на импровизированном банкете осветились улыбками радости. – Кира, а где Серега? Ему сообщили? –вдруг всполошился Артем Валентинович. Супруга Александра Петровича успокаивающе похлопала его по рукаву…

– И что?! Неужели она родила?! Наркоманка?! – восклицание одной из сидевших впереди женщин оторвало Полину от вновь нахлынувших грустных собственных мыслей и вернуло к интересному разговору. – Вот уж не знаю, – тётка пожевала губами, досадуя на себя за такое упущение. – Не буду говорить, не знаю. …

– Дела… – промолвил Лёнчик. – Давай «по-маленькой» что ли? Посидим, обмозгуем. С того вечера, Макарыч стал чувствовать себя лишним в своём доме. Нет, конечно, у него и до того было ощущение, что «молодым» он в тягость. Уж больно натянуто улыбалась Моника, и вообще была чересчур вежливая, фальшивая.…

Я не хотела читать чужих писем. И села читать чужие беседы в «Одноклассниках». Вениамин не пользовался фейсбуком – говорил, что там неудобная навигация. Я подобрала пароль (дата рождения Венчика, конечно) и вскоре нашла переписку с Катериной «Котик» Х., 115 лет, Милуоки. Я вспомнила, что до меня у моего…

Она тщательно следила за внешним видом и часто перекрашивала ногти в разные цвета с перламутровым оттенком, а еще любила завивать и наращивать ресницы, чтобы сильнее подчеркнуть глаза, но теперь, перед отпуском, избавилась и от лака на ногтях, и от искусственных ресниц. Девушка не носила практически…

Марсель старался сосредоточиться и от усердия высовывал язык, передвигая пальцы по грифу скрипки и медленно водя смычком в другой руке по струнам. С высунутым языком у него получалось гораздо лучше. – Спрячь язык! – кричала Раиса Аркадьевна. Марсель убирал язык и начинал снова фальшивить. Кончалось…

Ещё один человек этой ночью, можно сказать, умирал со страху, но всё же продолжал откапывать тело молодого водоноса, похороненного днём. Этим человеком был сторож кладбища, который прекрасно знал, что родственники водоноса разорвут его на мелкие кусочки, обнаружив за этим страшным занятием, но, несмотря…

– Простите, Татьяна Ивановна, а не могли бы вы открыть нам церковь? – спросила, улыбаясь, Марина. – Там, говорят, фрески сохранились… – Да, конечно, с удовольствием! Через сорок минут у меня обеденный перерыв, тогда я вам всё и покажу. Понимаете, наша церковь – памятник архитектуры, и наш долг её охранять,…

Так прошел год. Чтоб я хоть раз вспомнил о Свете за это время! Несколько раз заходил к Юрию. Раз пили водку. Другой раз – чай. Она промелькнула как-то из-за двери. Сказала, что голова болит, что она не выйдет. Как-то просидела с нами до глубокой ночи. Резались в покер. Ставки были смехотворными. Часов…

Значит ли это, что сейчас, в третьем трамвае (среди редких людей, которым он точно не видим), его плавит и буравит медленная страсть? Значит ли это, что страсть – это когда тебя так много, что ты перестаешь вмещаться в тулово, отведенное тебе для обыденного существования. Вот и раздваиваешься, точно…

Господи, они были такими сладкими, что казалось почти невозможным не прижать ее к двери и не просунуть бедро между ее ног, чтобы ощутить жар, исходящий от ее промежности, пусть и сквозь джинсы, и не впиться в ее губы с жадностью. Именно это я и хотел сделать с ней. Раствориться в ней и потерять рассудок,…

Но что там «пожалуйста» Варя не расслышала. Её внимание привлек лифт, который открыл свои двери и выпустил в холл несколько человек, одетых в дорогие костюмы. Но только один из них вызвал любопытство у пятнадцатилетней девчонки. Она не знала, кто он. Не знала, сколько ему лет и что он тут делает. Но…

– Э, брат, много! Это много, и открытка себе оставь, – сказал пожилой, разрывая один пакетик и высыпая на ладонь десять семян. Глянцевую упаковку с изображением этого «волшебного» огурца и очень подробной инструкцией, как его выращивать, он отбросил в сторону. Я вежливо заметил, что, хоть…

«Что-то быстро». Один из собеседников мистера Желтого портфеля тем временем присел и прятался за его машиной. Другой кинул взгляд на окна отеля и посмотрел, казалось, прямо в лицо телохранителю. Но вдруг задрал голову и стал изучать крышу. У служебного входа охранник оглянулся: – Не волнуйтесь,…

– Петенька, а что тебе подарили на день рождения? – Мне приставку сони-плейстейшен! – А тебе, Мишенька, что? – Мне машинку. – А тебе, Катюша? – Мне парень подарил незабываемый секс. – А тебе, Сашенька, что подарили? – А мне подарили конец света, мать его! Так, что ли? Не очень это вязалось…