Современная проза

— В путешествие? — Ну да. — Нет, в этот раз нет. Предки ее не отпустят. Я должен поехать один, бродить где хочу, спать где придется, чувствовать себя целиком свободным. Но я сказал ей, что в это путешествие я отправляюсь и ради нее тоже, чтобы найти дом, куда однажды мы могли бы перебраться…

Надо сказать про мистера Шеффера, что за всю свою жизнь он сделал только одну действительно плохую вещь: он убил человека. Обстоятельства этого дела не важны, важно только, что тот человек заслужил свою смерть и что за нее мистера Шеффера осудили на девяносто девять лет. Очень долго — много лет — он…

– Мне нужно время хорошо подумать. Давай не будем торопиться. – Ты передумал? – Я ещё не знаю. Просто мне нужно время подумать хорошо одному. И в этот раз он заморочил голову хорошей, умной шаше. Она и не думала напоминать о недавних, почти необратимых событиях в их отношениях. О том, что они несколько…

Диксону все это было известно, причем лучше, чем Уэлч мог предположить, однако он чувствовал себя обязанным сказать что-нибудь вроде: «Понятно. Уверен, проживание в вашем доме, Профессор, под опекой вашей супруги, много способствовало скорейшему выздоровлению Маргарет». И сказал. — Да, вероятно,…

Я вышел на трибуну, в зал, Мне зал напоминал войну… Грохотал, сдвигал к переносице брови и представлял вытянувшиеся лица членов комиссии, и уже будто слышал шелест-шепоток: «Вы-ыдал!.. Дерзкий товарищ!.. Откуда он это откопал?.. А чье это вообще?.. Симонов!.. Обращение к врагам!.. Да-а?! Но такие…

— Хочешь еще яблоко? — предложила Гортензия. Мартен отрицательно мотнул головой и встал из-за стола. — Ты идешь туда? — по привычке спросила она. Он так же привычно ответил: — Угу. Потом в бистро загляну, к Каниво. Вернусь не поздно. Прохладное майское солнышко с трудом…

Комнату. Надо очень четко представить чертову эту комнату, ну же! Ок, ок: в центре — внушительных размеров ложе (излишество как непременное условие), покрытое белоснежным пледом. Окно распахнуто: ветер колышет шторы. Можно и так: тончайшие невинные шторы . Что, конечно, еще хуже. Но — пусть, пусть!…

Она перелистала книгу, задерживаясь взглядом на некоторых страницах. Книжка, хоть и небольшая, делилась на главы. А всякую главу приходится начинать с новой страницы, и для этого автору необходимы веские причины. Начать или кончить книгу всегда сложно, но то же самое относится и к каждой главе. Автор,…

Я выглянул в окно. С мостовой, задрав к луне голову, невозмутимо пел арбатский прихвостень: – Ах, Арбат, мой Арбат, ты – моя религия… Увидев меня, он спросил: – Чё надо, урод? И услышав: «А те чё, козел?», удовлетворенно кивнул и побрел в свое арбатское логово. А я окунулся (нырнул,…

В эту ночь Шехерезадой буду я. Отшельник [2] 1 Не смотрите на меня так – это невыносимо! Вы думаете, как сильно я изменился. На картине вы видите молодого человека, у него чистый бледный лоб, темные кудри, спокойные глаза. И вы спрашиваете себя: неужели он – это я? Надменно выпяченная…

Сегодня дорога была похожа на водосточный желоб. Дождь несся им навстречу, поглощая свет фар, метался между дворниками. Конечно, дождь в апреле — обычное явление, но этот был необычным. Если бы дорога возле дома Мэган была такой же, Дебора ни за что не пустила бы Грейс за руль. Но девочка попросила,…

— Зачем они тебе? — Для потасков. — Для чего!? — Для потасков. Капканы ставить. — Еще один наряд вне очереди! — Есть! — сказал Михайлин, в душе радуясь, что, во-первых, старшина, судя по всему, не обнаружил банку с рыбками, а во-вторых, что старшина не лишил…

Кто знает! Но он долгие часы простаивал у своего окна. Уже и птицы улетали в лес или возвращались в свои гнезда на скалах, а он все стоял и стоял в немом восторге перед открывавшимся ему прекрасным видом. И даже зимой, когда горы окутывала плотная пелена облаков и тумана, маленькое, посиневшее и съежившееся…

— Риск невелик — меня вряд ли выберут. Но это для меня единственная возможность познакомиться с хозяином дома. Сатурнина не стала задавать вопрос, которого от нее ждали; эта сплетница ее раздражала. А та знай тараторила: — Дон Элемирио из дома никогда не выходит. Никто не видел даже его…

— Час назад видел бабушку, — произнес он и достал штрудл. — Ещё горячий… Бабушка моя, Неся Печальная, умерла лет пятьдесят назад. — Как она себя чувствует? — поинтересовался я. — Неплохо, — ответил дед, — ничего не болит. Вот уже лет пятьдесят… Бабушку, как и деда, я…

Тебя нет. Тебя нет, а жизнь-то есть, никуда не делась. И все так же хотят есть, пить, спать, покупать хорошую обувь и ездить в далекие страны. Только хотят они всего этого без тебя. Ты – только помеха, докучливая, лишняя, утомительная. С тобой надо еще разобраться. Что-то решить. Нет! Не надо со мной…

Скупка изделий из золота и серебра — Здравствуйте, я бы хотел кольцо сдать. Из кармана так. Мол, так вот чье-то, мало ли кто, мало ли чего. Мужик вроде ничего. Что это, определитель золота? А нет, это весы такие, электронные. Как у них все это… кольцо, наверное, тысяч на сто пятьдесят потянет…

– Мне бы твою память, Кеней! – восхищённо произнёс Деимах. – Ты и про другие чудеса всё знаешь? – Конечно! Вот, например, пирамида Хеопса в высоту достигает… – Вернёмся к храму. Давай посетим с тобой это чудесное здание! – Это невозможно, – осторожно сказал Кеней, понимая, что начинается главное.…

В 1979 году выходит «Кунсткамера» [13] , где читателю предлагается проследить за головокружительной «историей одной картины», включающей сотни других картин (и их историй), и ознакомиться с запутанным механизмом фальсифицированной фальсификации [14] . В начале восьмидесятых Перек пишет книгу об американском…

— Как там на улице, Мик? — спрашивает он, натягивая кожаную куртку. — Кошмар. Льет как из ведра. — Серьезно? — Уилл останавливается. — Мотоцикл отменяется? — Увы, сэр, — качает головой Мик. — Если вы не хотите поставить его на поплавки. Или разбиться.…