Современная проза

Я бежал несколько лет. Бежал в сторону Ближнего Востока. По дороге мне шесть раз предлагали участие в военных действиях за «правое дело». В пяти случаях отказаться было невозможно, отказ был равнозначен самоубийству. И я снова надевал какую-то военную форму, получал какое-то оружие и в очередной раз…

— Ты сам чей будешь? — Ничейный,— пожал плечами. — Мамка твоя где живет? — Там, в доме... — Почему ты здесь? — Меня оставили. Мамка сказала, что я совсем плохой и мешаюсь ей как хвост собачий. — Она привезла и оставила здесь? — С дядем Мишем. Они уехали туда! — показал рукой на дорогу.…

Скалы, деревья, вода, снег. Все это, постоянно меняясь местами, проносилось утром за окном поезда полгода назад, в промежутке между Рождеством и Новым годом. Скалы были большие, иногда они выдавались вперед, а иногда были гладкие, как валуны, темно-серые или совсем черные. Деревья шли, в основном, вечнозеленые…

Я прибыл из очень медлительных краев, где плавное и теплое преобладают над прямым, стремительным и резким. Я смутно догадывался о том, что вас тяготит. Все в этом городе казалось вам жестким, холодным, параллельным. Земля, расчерченная на длинные проспекты, тротуары, площади, где прохожие встречаются…

Его слова заставили меня задуматься. Сначала я решил, что Венделл просто спятил. Но после того как я проводил его до лифта и заявил, что он мне больше не нужен, меня осенило: а все-таки в том старом деле могла бы обнаружиться какая-то фишка! И если бы я сумел разгадать ее и написать книгу, у меня появилось…

— Это же Валерка! Ты че?.. Однако, что же я завтра Шурику скажу?.. Лучше вообще ничего не говорить. Уйду утром пораньше, и все… Тут я услышал стук в окно и вскочил с постели. Наша квартира на Третьем этаже; я понял, что в полусне капли дождя показались мне такими громкими. Капли застучали чаще,…

Проявившись очень быстро и нагло, реальные стукачи, сексоты Первого отдела, завершили период гадательного беспокойства. Политически чистый, но бездуховный Лавруша лишился внимания со стороны наших интеллектуалов (впоследствии почти поголовно отчисленных), которые стали называть его за глаза Станичник.…

Потом школа. Почему это сейчас так назойливо вспоминается? В школе было два этапа, которые сделали его пребывание в ней невыносимым. Первый этап – до третьего класса, а именно до девяти лет, когда он писал в штаны стоило его хорошенько рассмешить. Одноклассники знали про это его позорное недержание и…

Рыжая морда Сокола потемнела, он напряженно скреб задними лапами землю, а передние висели в воздухе и судорожно били по пыльным лопухам. Яка заторопился к плетню, бросил ружье и дернул на себя кол с веревкой — он с треском сломался, и Сокол упал на траву. Он был еще жив и, дрожащий, пополз к хозяину.…

– Ассы-ма-какассыма? – Ага. Запыхаюсь я. У меня у одного со всей школы астма, – сказал толстый не без гордости. – А еще я очки с трех лет ношу. Он снял очки, протянул Ральфу, моргая и улыбаясь, а потом принялся их протирать замызганной курткой. Вдруг его расплывчатые черты изменились от боли и сосредоточенности.…

Высокий индиец смущенно поднимает глаза. — Вы откуда, девушка? Он не посмел бы задать этот вопрос француженке с крашеными волосами, итальянке с массивным браслетом в форме змеи. Но встревоженные глаза напротив располагают к вопросам. — Гамукх. — О-о… Слово подобно заклинанию.…

…Когда вождь приказал долго жить, ему было шесть. События тех нескольких дней посеяли в мальчишке ростки будущей взрослой жизни. Он будет часто вспоминать их, стремительно разменивая десятилетия короткого людского века. Все началось утром, в детском саду, перед завтраком. Чернявенький армянский парнишка…

На бюро что-то щелкнуло. Оуэн посмотрел на часы. Было уже два сорок три ночи. Ну ладно. Он пожал плечами и отправился спать. Завтра будут очередные пять страниц, очередная смена на игрушечной фабрике. Минуло год и семь месяцев, и ничего не происходило. Но однажды утром Оуэн проснулся, вышел к…

Первое, что увидел Егор, открыв дверь, — Катю с улыбающейся Лизой на руках. И сразу дрожь из пальцев выпала, отлегло. Но лицо у жены? Разве… Он выхватил у неё дочку, уже спокойнее стал осматривать, ощупывать. — Что же случилось? Лизука… Катя тоскливо покачала головой: — Нет, Егор, наша Лизука…

А ведь еще три дня назад мы вместе с Сашей выбирали мебель для нашей будущей квартиры. Правда, ничего не купили, но внимательно рассматривали инкрустированных жирафов для прихожей и образцы фигурного паркета с коронами из темного тика, с затейливыми геометрическими узорами из мореного дуба, по которым…

Звук — как он понял потом, вспоминая эту ночь, оставшуюся в его памяти на всю жизнь, — противоречил всякому здравому смыслу. Потому что, когда он нашел эту птицу, она не издавала вообще ни звука. Он кинулся в спальню и лихорадочно оделся: штаны и куртка на голое тело, ботинки на босу ногу.…

– Рассказывай. – Чего рассказывать? – Все рассказывай. Как дела? Как Потапыч? – Дела хреново. Потапыч в лагере. Через неделю возвращается. – В каком лагере? – В спортивном. Третья смена. – Мы теперь спортсмены? – Да, самбисты. Я же тебе говорила. – Правда? Не помню. А почему дела хреново?…

- Ну, что у тебя нового-веселого? - Слышь, Мишка, ты новую версию ВК установил? - Да на кой она мне? - Ты че, знаешь, какой импульс идет от оповещений! - Так это ж нужна «Корона»! - Так купи себе. - Да она ж, наверно, как бемеве стоит. - Слушай, я тут недавно дилером заделался, продаю по…

Хорошо, что она уже праздновала Рождество раньше. Сесилия считала, что единственное в мире, что никогда не меняется — это Рождество в Скотбю. На протяжении нескольких дней люди делали одно и то же из года в год и даже не задумывались о том, почему они это делают. «Так принято», — говорили они. И…

Полина Сергеевна закашлялась, потому что испугалась, не произнесла ли последний вопрос вслух. Опасения были напрасны. — Сеня может меня встретить? — спокойно спросила Юся. — Рейс из Нью-Йорка. — Арсений в командировке, — зачем-то соврала Полина Сергеевна. — Сама доберусь. Вы по старому адресу?…