Проза

Елена категорически отвергала от самой себя подозрения, что на ее отношение к Владу хоть в какой-то степени повлияли анекдоты про новых русских. Все эти малиновые пиджаки, золотые цепи, шестисотые Мерседесы в ее сознании оставались всего лишь атрибутами зачастую неумных шуток, имеющих к действительности…

Ей нравилось жить вот так, в морских глубинах. Половина ее тела пряталась в расщелине между скал, десять щупалец были вытянуты вперед и слегка колыхались. Ее тело было одето блестящей, клейкой кожей, но кожа эта не была уязвимой, как у людей или, например, у лягушек. Прочная, пластичная, с металлическим…

— Это дедан ее, — прошептал Длинный и громко, все тем же противно-умильным голосом, сказал:-Доброе утро, Лявон Силивоныч! Как пчелки ваши поживают? — Здравствуйте вам, люди добрые! Господь милует, скрипим помаленьку. Ась? Пчелы-то? Бунтуется пчела у меня, сынки, никак быть беде… Глянь-ка,…

Она встала и направилась к двери. Он окликнул ее: — Нина! Она повернулась. В ее глазах, еще минуту назад полыхавших гневом, он увидел ужасающий холод. — Что еще ты хочешь мне сказать? — спросила она. — Чего ты хочешь от меня?.. Как я должен поступить?.. — Как?.. — она сделала три шага ему навстречу…

Когда я повесила трубку, мне показалось, что улыбка высокого официанта исчезла с лица, и мои щеки покраснели и стали горячими. При выходе из ресторана садомазо игрушки в моей большой черной сумке зазвенели, и этот звук напомнил мне звук собственного голоса, когда меня во время любовных игрищ заставляют…

— Кампари? — спросил хозяин дома. — Пожалуйста, — ответил Трапс и опустился на стул, в то время как длинный, худой рассматривал его в монокль. — Господин Трапс, вероятно, примет участие в нашей игре? — Конечно. Игры забавляют меня. Старые господа улыбаются, качают головами. — Наша игра, может…

– Что в пути? – недовольно поднял бровь Мочалов. – Ну… задержка какая… Сами знаете, ведь бывает с вами… – Бывает, – вздохнул Мочалов. – Но вот видишь – бог миловал. Порфишка-то жив? – Что ему делается, окаянному! И прогнать бы впору, да уж больно гример хорош… Художник! – Так за…

И еще, было дело, я отсосал. Нет не хуй, но соленый ствол АКМ оказался в моем рту. Но я выжил. Я давно мертв душой и рассудком, но живу. И спрашиваю себя — зачем? Так сложно найти ответ, но знаю одно — живу для того, чтобы пока я жив, пока есть еще порох в пороховницах, пока трубит трубач Гаврош и бьется…

Я не знаю, что такое ядерное оружие. Но я знаю, что такое ядерное яйцо. Это то, что в нашей планете. Скажите мне, кто самый первый напал на нашу страну — американцы или немцы? Ну, самые первые наши враги — немцы были или американцы? Скорее всего, немцы. В нашей стране не начнется война, потому что…

Письмо и статьи отосланы. С этой минуты болезнь ожидания овладевает молодым человеком… Перед выходом книжки журнала он начинает чувствовать лихорадку и биение сердца. Книжка вышла… Толкая и сбивая с ног всех встречающихся, бежит он в книжную лавку. Его узнать нельзя: он без очков, пот льется ручьями…

Мой отец, недовольный обучением в школах монашеских конгрегаций, взял меня из коллежа Пон-ле-Вуа, чтобы поместить в парижское учебное заведение, находившееся в Марэ. Мне было тогда пятнадцать лет. После вступительных экзаменов ученик класса риторики коллежа Пон-ле-Вуа был допущен в третий класс пансиона…

В передней раздался звонок. Петр Васильевич пошел открывать. Он шел и уже видел Ивана Михайловича. — Здравствуй, Петр Васильич! С праздником тебя… — Здравствуй, Ваня! И тебя с праздником. Петр Васильевич и Иван Михайлович обнялись и троекратно поцеловались. Иван Михайлович был невелик ростом и…

— Красивая у тебя сестренка… Много женихов будет! В пятом классе преподавательница пения Маргарита Петровна, консерваторка, несостоявшееся сопрано, заглядевшись на сидящую за партой всю залитую весенним светом малышку, вдруг отбросила свою всегдашнюю чопорность, всплеснула руками и, молодо, звонко…

Чтобы отомстить за смерть сестры, Брунхильда побуждает своего мужа Зигебера начать войну, которая продлится пятьдесят лет и в ходе которой погибнут почти все потомки королевской династии Меровингов. Предисловие Фредегонда…. После ее смерти мне рассказали, что всю последнюю ночь она что-то…

В самом конце восьмидесятых ко мне позвонил незнакомый голос. Не представился и сразу попросил назначить ему время, когда он может придти… я уж хотел было выругать секретаршу, но он предупредил меня: очень, мол, нужно, и при встрече всё объясню, почему не назвался, не ругайте своего секретаря, а то,…

– Анна. – Анна. Да. Какая красота. У нее есть кавалер? У них всегда есть кавалеры, у таких девушек. Мама отодвинулась назад, как делала всегда, когда хорошо проводила время, оперлась на локоть и поднесла сигарету к лицу. Она затягивалась, прежде чем сделать какое-либо замечание. – О…

Как и в предыдущих сборниках, в этом опубликован «Странный, Ни На Что Не Похожий» рассказ, — в этом случае — «Эмоциональный ответ», написанный для моей подруги Салли, которая сказала: «А ты не мог бы раз в жизни написать милую историю любви, ну, для разнообразия?» Салли, я сделал все, что мог. Рассказ…

Старик вздыхал, но не роптал. — Пусть только «Господи помилуй» (так звал он Россию) будет крепок; все поправится. Пусть только вагабонда -Наполеона прогонят, да варвара Агу спровадят туда, откуда принес его сатана за наши грехи... тогда и торговля будет, и порядок, и мир, и согласие, и все хорошее…

Шли годы. В огромных размерах увеличивался канадский экспорт. Вена процветала. Строевой сосновый лес распиливали на бревна, грузили на шаланды и по реке Оттер направляли в Порт-Барвелл, откуда его на судах отправляли в Англию. Процветали и Эдисоны. Их гостеприимная усадьба, стоявшая на берегу реки, была…

Баннерсон нахмурился. — Теперь я понял. Адмирал читал доклад? — Разумеется, — нетерпеливо ответил Антонен. — Но он не желает ничего предпринимать. Ягерхорн и его шайка убедили адмирала в том, что докладу не стоит доверять. И теперь русские сидят в городе в полной безопасности.…