Проза

- Ты что ж это, Санкюлот, так долго возился, спал, что? - спросил Гременицын. - Как же, есть мне когда спать, целый дом на руках,- ответил дерзко Аркашка. - Смотри, брат, зубы выбью. - Выбивайте, мне что? Всё равно, не мои зубы, а ваши. - Как мои? Что ты мелешь, дуралей? Санкюлот, успевший…

После того, как Пирс выплеснул свои эмоции, в адрес Александры, они оба замолчали. Обиды не осталось ни у кого, поскольку каждый понимал и уважал психологические мотивы другого. Джонатан кричал, потому что боялся за нее, она пошла, потому что боялась за Джонатана. Та осторожность, с которой две тени…

Они были дружны какое-то время в Париже." Даниэль был завсегдатаем ночного клуба, одного из тех, куда женщина может попасть лишь по ошибке. Да и то переодевшись. Годы женитьбы кое-как волочились по ухабам. Он был урнингом, в классическом смысле, и, если бы в Изе было бы хоть немного мужественности,…

Двадцать девятого ноября, в среду, в два часа пополудни по Мещанской улице шел молодой человек. Роста он был маленького, а сказать что-либо еще о его внешности не представлялось возможным, поскольку ввиду морозной погоды молодой человек с головы до ног был закутан в меха. Добавлю еще, что он звался Владимир…

Наконец самолет вздрогнул. Всем нам знакомы эти тайные толчки, предвестники настоящей бури. Еще нет болтанки, ни бортовой, ни килевой. Самолет еще ни разу как следует не тряхнуло. Продолжается прямой горизонтальный полет. Но крылья уже получили первое предупреждение: редкие, едва ощутимые короткие толчки,…

Такие под личиной слуг смиренных Преуспевают. А набьют мошну Добудут и почет. Вот это люди! К таким, синьор, себя я причисляю. Да, да, синьор, Как верно то, что вас зовут Родриго, Я не Отелло, а неглупый Яго: Служа ему, я помню о себе. Свидетель бог - здесь нет любви и долга:…

Отец оставил сына у воды, негнущегося, как скелет, и прямого, как флагшток, а сам куда‑то ушел. Сид неожиданно вскочил, не отрываясь от этого зрелища. — Куда? — одернул я. — Мать честная, неужели он заставит ребенка стоять столбом?! — Не дергайся, Сид. — Да ведь это издевательство! …

Когда Ваня очнулся, было ещё сумрачно. За окном брезжило, очевидно, скучное раннее утро. Вчерашняя прелестница Рита-Римма лежала рядом, неподвижная, холодная, безгласная, слава Богу, что не бездыханная. Взгляд её был направлен в потолок, в одну только ей известную точку. Она даже не накрылась одеялом.…

А молодяжник сразу закричал: - Дезертиры, мазурики!.. Вон из нашего села! И прочие пристали, зашумел сход, - того гляди, зубы братанам выбьют. - Не желаем!.. Вон!.. Тогда братаны, как медведи, на дыбы: - Ах, вон?.. Благодарим покорно... Да мы вас!.. Единым духом! Контрреволюцию пускать? А?!…

— Нет. Мне опять гостей бог послал… — Из деревни? — Да-а… Моя фыркает ходит, а что я сделаю? Не выгонишь же. — А ты не так. Ты же Ожогина знаешь? — Из горкомхоза? — Да. — Знаю. — Позвони ему, он гостиницу всегда устроит. Я, как ко мне приезжают, сразу звоню Ожогину — и никс проблем. — Да…

— Возьми сорок, — сказал Арканя, подтолкнув коленкой Пикалова под верстаком, чтобы тот не начал торговаться и не портил бы картину. Любил Арканя, по-городски легко относившийся к деньгам, озадачить медленно зарабатывающего и медленно тратящего деньги деревенского человека. Лихость эта Аркане обходилась…

И наступило ничто, постепенно наполняющееся смутным бормотанием, и поначалу нельзя было угадать значение этого невнятного шума, который с каждой секундой нарастал, торжественно и властно возвещая что-то; и длилось это, быть может, минуты, а может статься, долгие часы, пока не сделалось ясным, что неизведанное…

- Принято,- N. загадочно оскалился.- Но вскоре развернулся третий сон: в нем я привязывал нитку одним концом к очередному зубу, а другим - к дверной ручке. Сел и начал ждать, когда кто-нибудь войдет. Вошел какой-то скелет, погрозил мне пальцем, и зуб, понятно, вылетел. А двумя неделями позже племянница…

Догорели светильники, побелели окна, птичьими щебетаниями засмеялся утренний сад,- и поняли Мудрые девы, что Жених не придет. Они склонились над столом и плакали долго. Чем ярче пылала заря, тем бледнее становились их щеки. Тогда сказала мудрейшая из Дев: - Сестры, сестры! Вот уйдем мы домой и потом…

Больной сидит, опустив голову. ГОЛОС. Разденьте больного. Санитары раздевают больного догола, бросая одежду на пол. Больной не сопротивляется. ГОЛОС. Снимите с больного "выпрямитель спины". Один санитар держит больного за руки, другой снимает у него со спины "выпрямитель".…

– А Крафта куда? – Крафт уходит. Не ладил он последнее время с нашими директорами. Рутинер был этот старик немец. Рутинер и упрям. И обленился под конец. Опочил на лаврах… Да ему что? У него двести тысяч состояния… Он да старуха жена… Уедут в свой Мекленбург и будут благоденствовать. Черенин, веселый…

Но учиться-то дальше надо было. Как профессию себе на будущее выбирать, если не учиться дальше? Не получится. Никак не получится. Эту элементарную истину Ксюша понимала хорошо. Весь вопрос – где и как учиться, если особыми такими способностями или склонностями она не обладала? Если ей, в принципе, было…

Подошла официантка, ставя графинчик, оценивающе оглядела Надю опытным своим взглядом бывалой женщины, чуть улыбнулась мне, вроде как своему. На миг и я увидел ее глазами Надю, стесненную непривычной ресторанной обстановкой, неуверенную в себе, косы ее жиденькие крендельком на затылке, запудренные прыщики…

Так и случилось со мной. Весна этого года была несомненно вершиной процесса совершенно определенного, привлекающего своей последовательностью и целеустремленностью. Она была, кроме того, завершением процесса и открывала новый. Все это было для нас так непривычно, что и сегодня, вспоминая, невольно думаешь…

Эти занятия в "Группе здоровья" в Институте для взрослых начались минувшей осенью. Тогда я ещё ничего не знал о Хогане. В программе Института значился курс утренних занятий для женщин. Моя жена выбрала занятия по вторникам и четвергам. Я не возражал. Я вполне одобрял её желание. В конце концов, это означало,…