Проза

Дней семь передавал Андреев «хозяйство». Ходили возле собачьей клети, вместе варили пищу и кормили овчарок. Не сразу признали собаки нового хозяина, и вовсе не безопасно Мисюреву обращаться с ними. Кусать не кусают, но землю нюхать приходится. Особенно вредничает Джек. Два месяца служит Мисюрев собаководом.…

— Памятуйте: есть над нами господь! — Пардон, — ответил я, — вы принесете не три, а пять фунтов свечей. Был ясный октябрьский день. Ударил крепкий морозец и сковал проклятую бугульминскую грязь. Улицы начали заполняться людьми, которые спешили к храму. Торжественно и величаво звонили колокола в городе…

Мне не хотелось браться за такую тему, и я чуть было не ляпнул: кому это теперь нужно, – но вовремя прикусил язык, вспомнив, что шеф как-никак был видным оппозиционером и такого нахального выпада мог и не простить. Я лишь позволил себе ядовито рассмеяться, когда мне сообщили, что героиня моего репортажа…

Когда у Рысека умер отец, все приняли это близко к сердцу, во всяком случае: Зося, секретарша директора; Томек, корректор; рекламщики Алек и Януш; и даже наша начальница, которую все звали Шефиня, ибо она сама так пожелала. Мы опубликовали некролог, приготовили к похоронам огромный венок от Фирмы, словом…

Садясь в Колобжеге в поезд, я понял, что мне повезло: в спальный вагон, видимо, не продали всех билетов, и у меня был шанс провести это путешествие в одиночестве. После двухнедельного отпуска – в месте давних каникул – я должен был утром явиться на работу, свежий и отдохнувший, готовый к переговорам…

На столе бьет паром в крышку чайник. Глазуревые крынки полны медом, сметаной, земляничным вареньем. В протвишке зажаристая картошка с выпущенными из яиц цельными желтками. А посреди стола — горячий хлеб. Возьмешь кусок— ладонь греет. Капнешь меду, мед растает и в мякиш утечет. Еще капнешь — опять утечет.…

У родников, где в глубоких воронках, как в ладонях, тихо плескалась вода, Павел с ребятами устраивали отдых. Ели бублики с повидлом, которые брали из дома. Запивали их родниковой водой. И потом снова в путь. Снова звезды, луна и дорога. На Ангарском перевале было холодно. Начинался рассвет. Блекли,…

Он не остановился. С отчаянием, граничившим с безрассудством, не обращая внимания на боль, он спешил по направлению к холму, за которым исчез его товарищ. Его фигура выглядела еще более нелепой и странной, чем облик ушедшего путника. Снова в нем поднималась волна страха, и преодоление его стоило ему…

— Нет, — возразил Эббитс серьезно, как бы желая восстановить справедливость. — Верно, что нас обидели; но белый человек не хотел нам зла. — Где Моклан? — спросила она. — Где твой сильный сын Моклан и рыба, которую он постоянно тебе приносил? Старик покачал головой. — И где Бидаршик, твой крепкий…

— Слушайте меня! — крикнул он. — Никогда больше не буду я выступать на Совете, никогда, пока вы сами не придете ко мне и не будете упрашивать: «Киш, говори! Мы хотим этого!» Так вот вам мое последнее слово. Бок, мой отец был великим охотником. Я — его сын — пойду и стану также охотиться,…

Между первым романом и его продолжением «Игра с огнем» прошло одиннадцать лет. Это были годы потрясающих событий в истории родины писательницы. Мюнхен и фашистская оккупация. Незабываемый май 1945 года — советские солдаты на улицах ликующей, освобожденной Праги. Напряженная политическая борьба между…

Марта не смогла сдержаться, подошла к отцу и со всей храбростью, на которую способен четырехлетний ребенок, выдала ему прямо в лицо. – Я ненавижу тебя, ненавижу тебя, – крикнула она. – Ты… ты, – она заколебалась на мгновение. – Ты мудак, папа. Время остановилось, когда Преподобный Брайан обрушился…

Здесь, во сне, на грани мыслей и чувств я делаю удивительные открытия. С благодарностью отпуская «вчера», позволяю «сегодня» плавно перейти в «завтра». Тревоги прошедшего дня уходят на цыпочках. И я начинаю слышать неповторимую живую музыку жизни. Цветок сирени с пятью лепестками Сокровенные…

Когда будете смотреть в первый раз, увидите того, кто стоит у вас на пути… Он вскочил с места и торопливо зашагал по моему кабинету. – Вот здесь, – он указал на текст документа, – черным по белому все написано! Направьте зеркальную поверхность на Луну, будто ловите лунный зайчик. И поток мысленной…

Море людей, море снега, море разложенной на снегу, клеенках и одеялах рухляди. В одном месте, где кончается толпа, гусиная голова растет на высокой шее из туго набитого рюкзака. — Додержали! — говорит кто-то сверху. — Старый, кто его купит теперь? Мишка протискивается между взрослых. Теперь в его…

Трое суток длились эти издевательства, но оказалось, главные испытания впереди. Мне сделали проверку, то есть изготовили карту вымышленного участка фронта, показали издали, убрали, а затем предложили воспроизвести ее на чистом листе ватмана. Результаты привели офицеров в сильное смущение, но они не сдавались…

— Но он же у вас не в семье, он в интернате живет, — опять говорит ей директриса. — Вы же и сами со мной не спорите: ваш сын живет в интернате! На полном государственном обеспечении. — Вот-вот! О чем спорить-то здесь… — женщина снова оглядывается на очередь, точно призывая народ в свидетели. — Сын…

— Посмотри, Лайонелла сегодня или нет? — говорит мне Виктор, когда в обед мы вместе выскакиваем перекусить на автовокзале. У нас не так много буфетов. Я заглядываю и вижу ее лиловую головку в кружевах. У нее новая наколка на парике. Виктор отчего-то думает, что Лайонелла сходу узнает его. А узнав, заговорит,…

Бывает так, что уже пора уходить, чего сидеть, надо идти, да, все уже обсудили или все гости разошлись или просто время уже, пора, пора идти, а человек понимает, что пора уходить, но что-то медлит, то ли сказать что-то еще надо, недоговоренность какая-то, или просто хорошо и не хочется уходить, еще бы…

Или если ковш не сорвется, а просто что-то не сработает, и струя металла польется мимо вагона, прямо на пол, ох, искр будет, салют прямо наверное, а там люди, горячо… Вспомнилась статья в случайно подвернувшемся научном журнале о технологии изготовления каких-то огромных стальных болванок. На определенной…