Проза

— Я знаю, я знаю. Я сама виновата. — Крошечный носовой платочек Беатрисы-Джоанны был мокрым насквозь. — Но я думала, что его можно спасти. И мой муж думал так же. Но похоже, что человеческая жизнь вас больше просто не заботит. Никого из вас. О, бедный мой мальчик! — Мы заботимся о человеческой жизни, —…

Наркоманов можно излечить или изолировать – то есть, посадить на рацион морфия под минимальным надзором как носителей тифа. Когда это будет сделано, мусорные пирамиды мира рухнут. Насколько мне известно, Англия – единственная страна применяющая этот метод к проблеме мусора. В Великобритании около пяти…

— «Ты у нас такой дурак по субботам или как?», — (Это выскочило совершенно наперекосяк и ниоткуда)… — По субботам, по субботам…. Понимаешь, тут проблема… Брата моего, мента, знаешь? — Ну… — (Я не знал. Или знал? Или не знал… Ну, хуй с ним, с Марсом… А вот, скажем, на Юпитере?..) — Они там, на соседней…

Тут состоялись общие учения на несколько дней – «выход». Вся бригада покинула расположение, остались в опустевших землянках дневальные да освобожденные по болезни, – часто эти категории совмещались. Мы шли по узкой лесной дороге, не умещаясь даже в шеренгу по четыре, ноги наши вязли в сухом, перетертом,…

– Раздевайтесь, пожалуйста, только обувь не снимайте. – Но у вас такая чистота… – Ничего, грязь с полу вытереть несложно, а мужчин в носках я терпеть не могу. – Позвольте ваше пальто… Он взял у нее пальто, повесил на вешалку, потом снял куртку. – Розы безнадежно испорчены? – смущенно спросил…

– Куда же вы? – Догонять милорда. – Какого милорда? – Того самого, форму которого пришлю вам. Он не изящен, предупреждаю; но череп чудо, просто чудо! – С этим словом Крозель пожал мне руку, дал слово непременно быть у меня завтра и, позвав собаку свою, пустился бегом вдоль Корсо. «Что за шут!» –…

– Что надо, ребята? Откинулся на сидении и стал смотреть в глаза бородатому перехватчику. Тот жевал резинку и молча глядел на водителя. Нагнулся к машине и сказал, похлопывая рукой по длинному пистолету. – Что надо? Догадайся с трёх раз. – Я не гадалка. Рыжий, что надо? – Пароль. Нам нужен от…

Заместитель кивнул. Мистер Уилберфлосс его утомлял. Иногда очень утомлял. А в эту минуту все в нем просто ныло от утомления. Намерения главного редактора были наипохвальнейшими, он думал только о благе газеты, но имел привычку обсуждать подробно каждую мелочь в третий и в пятый раз… Он был мастером повторять…

– Я? Нет. – Что так? – Мне это ни к чему. – Что ж, по мне, ладно, но только так никто из нас не узнает, – обиженно говорит Оле Иоган.– Только уж очень ты стал важный, тебе ни до чего нет дела. Ларс Мануэльсен плюет и отвечает: – Я тебе что-нибудь должен? Оле Иоган собирается уходить, но вдруг замечает…

Наталья, жена Егора Михайлова, вынесла из дома своего новорожденного Митьку и положила его на дороге. Егор подъехал к ней, стегнул ее плеткой, спрыгнул с коня, подобрал копошащийся сверток и переложил его на обочину. Отряд двинулся мимо надрывавшегося от крика Митьки, заглушая его вопли лихой казацкой…

Маленький всадник так резко остановил свою лошадь, что конь каноника ткнулся мордой в её круп. Отец приор испуганно вглядывался в лесную чащу, словно увидел в кустах жимолости страшное чудовище. – Что с вами, отец приор? – повторил свой вопрос каноник, убедившись, что ни справа, ни слева от дороги…

Мы все чаще ссорились. После выставки современного дизайна она увлеклась японской архитектурой, стала подолгу занимать мой компьютер. Постепенно наша квартира покрылась фотографиями металлических насекомых Андо и Курокавы. Следующим этапом стало закаливание. Она перебралась с кровати на пол, неделю…

Так что кризиса у меня не было. Как и жанра. Вдобавок я умудрился получить аванс за новый исторический роман, но радости от этого не испытывал. Потому что деньги закончились – сразу же после эпиграфа: «Тебе, дорогой издатель, я посвящаю этот труд!» А дальше мои исторические римляне увязли в сибирских…

На улицах свет газовых фонарей кое-где чуть маячит сквозь туман, как иногда чуть маячит солнце, на которое крестьянин и его работник смотрят с пашни, мокрой, словно губка. Почти во всех магазинах газ зажгли на два часа раньше обычного, и, кажется, он это заметил – светит тускло, точно нехотя. Сырой…

Иван Петрович слыл в классе лидером. Тогда уже это был карьерист – с самого почти детства его то выдвигали, то избирали на какие-то должности. То он занимал совершенно загадочный и непонятный для меня пост Председателя Совета Отряда, то, волею комсомольского собрания, становился Комсоргом. Может, существовало…

Совет сорока всегда тщательно ограждал Нюрнберг от пришлых. Даже отпрыск патриция, не родившийся в городе, не мог с уверенностью рассчитывать, что он когда-либо займет место в Совете сорока. О других и говорить не стоило. Древний закон был строг: чужим не место среди нюрнбержцев! Правда, в последнее…

*** – Завтра вечером, – сказал Хуан. – Решающий экзамен, испытание. Ну, конечно, пообедаем. И на концерт пойдем, разумеется. Экзамен поздно вечером, времени хватит на все. Едва он повесил трубку, злясь, что было плохо слышно и что уже так поздно, как тут же увидел Абеля: тот вошел в бар через дверь,…

– А как мы его сузим? – спросил инспектор Хост, которого это неукраденное изобретение заинтересовало больше, чем украденное, хотя это противоречило его профессиональному интересу. – Здесь все описано, – сказал Н. Ютон и похлопал по папке, на которой было крупно выведено: «Н. Ютон. Это долгое, долгое…

Король. Ха-ха! Это приятно. Ну, открывай ворота! Довольно чистить. И так красиво. Привратники поднимают с травы огромный блестящий ключ, вкладывают в замочную скважину и поворачивают его в замке. И ворота, повторяя ту же мелодию, с которой раздвигался занавес, широко распахиваются. Перед нами…

К тому же, мы были писателями. Талантливыми писателями, может быть, даже на грани гениальности. Нас было трое: Сережа, Валерик и я. Все трое тайно вздыхали по Жене – немногословной, неулыбчивой, с челкой почти до самых глаз, а-ля Лиа де Путти, и на наш взгляд, тоже полной загадок. Собирались мы у нее…