Проза

— Понятно. И тогда, стало быть, он остался у родных на попечении? Хармон помолчал, сосредоточенно передвинул языком табачную жвачку под другую щеку и наконец изрек: — На попечении, говорите… Кто о нем когда пекся? Все только он о них. Хотя Хармон Гау изложил мне основные события с той степенью вразумительности,…

Таким дамам позволяли появляться с их адъютантами, где можно, в общественных местах, и это никому не вредило, потому что от этого шел хороший говор: «Вот-де князь NN надувает графа ZZ». А совсем никакого надувательства ни с чьей стороны и не было – все было с общего согласия, но только через хорошего…

Далее были прочтены скрепы сановника Назария и дьяка Захария. Когда посадник окончил чтение этой грамоты, несколько минут народ хранил молчание ужаса, затем уже послышался глухой ропот: — Это все бояре да посадники мудрят; якшаются с москвитянами, одаряются ими и тайком от нас обсылаются вестями да…

...Станция орала гудками паровозов. Колчаковцы отступали по всему фронту. Красные давили, давили, давили. Везде. Каппелевцев перебрасывали из Перми на другой участок разваливающегося фронта. Усталые, изможденные, почти без патронов. Они сидели в 'столыпинах' и безучастно смотрели на беснующуюся толпу,…

Я не грустен и не весел; здешний воздух наполняет смутным восторгом и приводит в состояние, которое кажется столь же далеким от веселья, как от печали; быть может, это счастье. Мы здесь подле Мишеля: мы не хотим оставлять его; ты поймешь, почему, если захочешь прочитать эти страницы; здесь, в его доме,…

«Наша пицца самая пицциатая!» Реклама на строительной ярмарке в Подмосковье: «Всегда в продаже у нас прекрасный пол. Помогаем уложить за те же деньги». Реклама окон в Тольятти: «Убил бобра — спас дерево. Поставил пластиковое окно — спас дерево и бобра». На Дмитровском…

– По хлебу, значит, – успокоился он, сложил на животе руки и, отвернувшись, беззвучно зажамкал губами, словно жуя. – Как? – спросила старая монашка, думая, что старичок обращается к ней. – Своя своих не познаша! – хихикнул в ладошку старичок. – Своя своих… тетери-ятери… – Дал бы господь, чтоб они…

– - Но они и без того принадлежат мне. Осмелюсь напомнить вам, сударыня, что срок выкупа давно прошел… – - Итак, вы решительно отказываете? – - Как можно! Принесите заклад -- и возьмите сколько угодно… – - Можно ли поступать так безжалостно! А мы еще считали вас своим благодетелем. – - Гм! благодетелем!…

— Слушаю. Но, Юнас, ты ведь знаешь, как это делается, чистое ремесло: получаешь дерьмо, а потом из этого дерьма получается конфетка… — Получаешь, получается, — сказал Юнас. — Это повтор. — Конфетка, понимаешь, — продолжал Экка, — твоя конфетка, не его. Сколько ты уже сделал? — Я позвоню, — ответил…

– Будто ясно, – и отступил. – Так его, Дзюбин! – закричали в траве. – Под натиском пехоты артиллерия в панике бежала, бросая материальную часть. – Ну, ну! – закричал артиллерист хорохорясь. – Ты, Дзюбин, не очень… А то, знаешь… как бы мы с тобой не стукнулись. – Пожалуйста, – сказал Дзюбин гостеприимно, –…

— Вы что-то сказали, mademoi elle? — Здесь глубоко, вы этого не знали? — сказала она, продолжая смеяться. Она подняла обе руки вверх, погрузилась в воду и мгновенно поднялась на поверхность. Вода шумела и булькала вокруг ее. — Вы видите, я не достаю дна. Вы из Парижа? — Да, — сказал Роберт, улыбаясь. —…

И даровитому Фидиасу, и тяжелому Протагору, известному философу, который дружелюбно приветствовал своих коллег, очень доставалось от афинского демоса, но никого так не язвили в Афинах, как Сократа — и на улицах, и на агоре, и даже на сцене. Комический поэт Эвполис прозвал его «болтливым оборванцем».…

Тогда Шкот выписал три пароконные плужка Смайля и, чтобы ознакомить с ними пахарей, взялся за один из них сам, к другому поставил сына своего Александра, а к третьему - ловкого и смышленого крестьянского парня. Все они стали разом на равных постатях, и дело пошло прекрасно. Крестьянский парень, пахавший…

Нет, принявши мой образ и лик, образ инока по прозванию Клементий Ирландский, дух повествования сохранил изрядную долю бестелесной отвлеченности, позволяющей ему звонить одновременно со всех титулярных базилик города, и я сейчас поясню это двумя примерами. Читатель моей рукописи, чего доброго, и не обратил…

В "Метафизике музыки" у Шопенгауэра сказано, что в музыке нам еще раз явлен целый мир. Все можно сказать через музыку, этот "...всеобщий язык, отчетливость которого превосходит даже отчетливость видимого мира". Только на этом языке возможно полное взаимопонимание между людьми. - Если бы этот великий,…

Мимо бежали березовые перелески, золотистые скирды сена и русские села с колодезными журавлями. Поезд набирал скорость, пролетая мимо полустанков, дощатых перронов, вагончиков-времянок, меж которыми сушилось белье. Что она там притихла за его спиной? Читает? Или легла отдохнуть? Ей, наверно, вовсе…

Правда, пренебрежительные отклики, которыми были встречены и "Святилище", и "Реквием по монахине", отчасти совпадали с суждениями самого Фолкнера. Он себя явно недооценивал. Или был сверх всякой меры требователен к тому, что выходило из-под его пера. О "Притче" он, впрочем, говорил с чувством уверенности…

Отец Истомы двенадцать лет собирался бежать, да все не было случая и удачи. Так и умер, и кости его остались лежать в подневольной земле. Истома знал лес и лесные тропы. Еще когда был крепок и не так стар отец, Истома мальчишкой по зимам ходил с ним на лыжах за дичью; они уходили, бывало, верст за…

— Мне куды с моим тарантасом? — Вас-то где носило?! — возмутился старший лейтенант. — До ветру, сынок, ездил. А чего? Старший лейтенант беспомощно посмотрел на безногого и сказал: — Становитесь... В смысле — поезжайте в конец строя. — Это какого же хрена я должен…

– А Винус почти все время проводит на стене. Веселая семейка. Джули вздернула бровь: – Их девять. Девять детей. Почти все от разных отцов. – Винус тоже занимается по программе специального обучения? – Разумеется. Она не от мира сего. – Джули усмехнулась. – Скоро увидите сами. Она будет в вашем классе.…