Детская проза

Ну, их-то, во всяком случае, можно было не бояться. Подумаешь, четырехлетние клопы! Тем не менее Петя сделал шаг назад. Правда, очень маленький шаг. Скорее полшага, чем шаг. Но все-таки... И вдруг забор застонал и пошатнулся. Казалось, огромные столбы, врытые в землю, сейчас согнутся и лягут набок…

— Разумеется. По мне, так пусть играют сколько угодно, — сердито сказала дама. — Но после обеда я ложусь отдыхать, и если я ещё услышу хоть один звук, я пойду и пожалуюсь хозяину. Я только хотела вас предупредить. — Что же, ладно, — вздохнула мама, — сделаем как обычно. Детям было хорошо известно,…

В одном из углов «аптечки» была маленькая скамеечка, известная под названием «скамьи подсудимых». Дело в том, что папа-доктор считал стояние детей в углу негигиеничным и не ставил нас в угол, а сажал. Мы сидели на позорной скамье. В «аптечке» синели тюремные сумерки. Оська сказал: — Это он про цирк…

Слон прошел мимо нас: смотрим, сворачивает с дороги и попер в кусты. Кусты плотные, колючие, стеной растут. А он — через них, как через бурьян, — только ветки похрустывают, — перелез и пошел к лесу. Остановился около дерева, взял хоботом ветку и пригнул ребятам. Те сейчас же повскакали на ноги, схватились…

– Легко, – кивнул тот. – Меня, кстати, зовут Пал Палыч. Ане фильм тоже очень понравился. Но она была почти уверена: все эти штучки не для нее – тяжело и страшно. Однако они зашли с Ваней еще раз и еще, потом стали появляться в клубе каждую неделю. Им нравились люди, кэп Пал Палыч, все то, чем в клубе…

Тогда где она? Может, вон та белоголовая толстушка в шортах и топике? Опять нет, дурочка клещом вцепилась в сухощавую старушку и закружила ее по платформе, вот-вот уронит. Вагон быстро пустел, перрон тоже, глаза Риты испуганно округлились: похоже, о ней забыли. Рита сморгнула выступившие слезы и с отчаянием…

Папа уволок маму. Я завизжал. Клава вошла в комнату. Она была красавица. Её большие чёрные глаза и длинные ресницы с той самой минуты снились мне всю жизнь. — Чего ревёшь? — спросила меня Клава, и я мгновенно перестал плакать. — Пойдём во двор. Сейчас мы там будем жёлуди собирать. — Зачем? — спросил…

Солнце светило, небо синело, на берёзах трепетали первые курчавые листочки, всё вокруг было так чудесно, как может быть только в Смоланде, в пасхальный день. Но Адам Энгельбрект злился. На забор влез малыш Калле, сопливый крестьянский мальчишка из Смоланда, всего лишь семи лет от роду. — Адам Энгельбрект, —…

Заглянула в соседнее помещение. История города, послереволюционный период, фотографии, документы, в углу «максим», рядом длинная красноармейская шинель, вся истрепанная. Девятнадцатый год, двадцатый, двадцать первый… На снимке группа худых оборванных людей. Три-четыре старика, несколько старух, с десяток…

Сначала Алёша лыжи и санки на порог вытащил. Огляделся: кругом вода разлилась, негде на них ездить. Пришлось санки и лыжи обратно в сени затаскивать. Взял лопатку, начал по лужам ходить в сапогах своих новых и в снегу колодцы делать: засунешь ногу в снег, вынешь, а ямка уже полна воды снеговой! Самая…

Все трое были довольны. Они не заметили, как в стороне, из-за толстой осины, высунулся и опять спрятался загорелый мальчуган с быстрыми внимательными глазами. Он был в одних трусах и держал в кулаке подобранного где-то сорочонка. Сорочонок резко вскрикивал, вертел головой и уже несколько раз ухитрился…

— Это куда же это ты нацелился, обезьянские твои глаза? Вижу! Вижу, как ты маешься! Ну, ступай, да попробуй у меня — не приди к обеду! Обмани наши надежды! И уж лучше ты тогда совсем домой не показывайся! Возьму скалку… а уж что отец с тобой сделает, то я прямо не знаю!.. Чего «ладно»? Да не «ладно»,…

Приходили даже двое метизов, но чулки их не допустили к осмотру мочалки. Сначала все шло хорошо, и куст вытянулся выше самого Мишки, и Мишка усердно за ним ухаживал — поливал, удобрял то квасом, то прокисшим молоком, то кофейной гущей, то супом, и все же в один прекрасный день мочалка пожелтела и засохла.…

— Пожалуйте, доктор, мы уже давно вас ждем. — Как чувствует себя больная? — Плохо, — ответила она. — Наш постоянный доктор и его помощница в тревоге. Но мы надеемся на вас. Она пропустила его вперед и плотно закрыла двери. Молодой человек остался один. Он подошел к двери и прислушался. Оттуда, из…

На самой же станции, прямо возле колёс платформ, возле танков, прямо на сверкающих от мазута, от весеннего света путях — ликование похлеще нашего. Тут — пляс, музыка, гармонь! Лица плясунов из-под танкистских шлемов — как солнышки! Шпалы, рельсы, путевая гулкая земля так под каблуками ходуном и ходят.…

— Я уже выиграл у бабушки больше ста партий! Я могу выиграть у нее с закрытыми глазами! Толька усмехнулся и сказал: — Сегодня вечером бабушка сразится с папой. Вот это будет баталия! — Какая баталия?! — пожал я плечами. — Бабушка продует, и все. Как пить дать. После ужина бабушка с папой сели за…

Октябрь положил конец переизданиям «Фаунтлероя». В 1918 году он еще вышел в последний раз в товариществе И. Кнебель — в старом правописании, с ятем, фитой и пр. — но на том все и кончилось. В течение семидесяти трех последующих лет «Маленький лорд» не переиздавался, и, казалось, был прочно забыт. В редких…

А с немцами тоже все скоро кончилось, — наверное, из-за меня. Я дежурил в тот раз на чердаке вместе с одной девочкой, с Люсей Мольер, а был вечер, и немцы работали при электричестве. При электричестве и так плохо видно, а тут еще эта Люся. Она мне просто покоя не давала, хватала за шапку и вертела мою…

— Должно быть, и вы участвуете в играх? — ласково спрашивает капитан, оглядывая их костюмы. Он не мог выбрать более удачной темы для разговора. Мальчики мгновенно оживляются. — Как же, мы участвуем в беге для младших, классов, всего в сто ярдов, — отвечает один из них. — Вы поспели как раз к последнему…

— Вот так, — сказал парикмахер. — Теперь готово. Неужели и правда было так страшно? Саша засмеялся. Парикмахер снял белую простынку, и Саша пошёл на улицу. — Я уже не хвостатый, — сказал он Маше. — Вижу, — ответила Маша. — Хвостик был очень, очень смешной! И они пошли играть в камушки. …