Жемчуг
Шрифт:
– А он узнает?
– О, он узнает,- сумрачно кивнул хексахассер. Похоже, мысли о магистре не доставляли ему большой радости.
– тогда оставьте неподалёку отряд,- предложил Варг.- Синг будет приезжать к ним раз в два дня. Не явится - значит, нам нужна помощь.
– Звучит неплохо,- согласился охотник.- Но всё ещё рискованно.
– Какая вам разница? Вам и магистру?- Пёрышко не верила, что этот человек способен на заботу из благих побуждений. Не верила, что за ледяным и пугающим взглядом может прятаться что-то хорошее.
– Поделитесь результатами
– Вы похожи на профессионала. Почему не занялись?- она подозрительно разглядывала его. Он ей не нравился. Абсолютно.
– Потому что у меня полно других дел,- он со вздохом указал на бумаги вокруг.- К тому же, карнийцы не спешат делиться сведениями о своей жизни. С такими, как я,- он щёлкнул себя по чёрной одежде.- Каким бы учёным я не был бы, тут я уже показал себя солдатом. И в их головах это останется навсегда.
– Где вы учились?- она всё ещё ощущала что-то странное.
– Имперский Университет в Гросштадте.
– И вы обещаете, что не передадите результаты моего Поиска туда?- она позволила себе издевательскую, провоцирующую улыбку. Она чувствовала, что он чего-то недоговаривает.- Не присвоите себе мою работу?
– Обещаю - ваша работа в наших руках не покинет пределы наших архивов.
– Ваших?
– Архива Имперского ордена хексахассеров в Карне,- в его голосе промелькнуло раздражение.- Вы не верите мне?
– Не до конца,- призналась она.
– Ну так поверьте,- он улыбнулся ей холодной улыбкой.- Потому что я - единственный, кому в этих краях вы можете верить без оглядки.
– Да что вы говорите.
– Тириарес,- осторожно проговорил Синг.- Хватит. Она бывает резкой, господин Марек. Извините.
– Благоразумной,- поправил его хексахассер.- Всё в порядке. Я выделю вам сопровождение. Они будут двигаться отдельно от вас. Карты, деньги, провизия - что угодно. Если согласитесь.
Пёрышко задумчиво постучала пальцем по подбородку.
Ей казалось, что тут что-то не так. Она не могла просто так довериться ему. Хотя бы потому, что он убил человека и не выказывал никаких следов сожаления. Было в нём что-то странное. Ледяное.
Но отец всегда говорил, что личное отношение и глупые предположения не должны мешать делам. Вздохнув, она кивнула.
– Хорошо. Я согласна.
– Отлично,- улыбка Марека, всё ещё усталая, потеплела.- В таком случае... Ещё чаю?
Ветер раскачивал деревья со скрипом и шелестом листвы.
Отсюда, с холма, на Туманные Топи открывался отличный вид.
Жёлтая понурая трава, пятна болотной воды, островки с мёртвыми деревьями - пейзаж не самый жизнеутверждающий. И простирался он далеко - до самой тёмной полосы леса на горизонте.
А посреди этого всего - пятно деревни. Шумящее, галдящее, работающее пятно. И чуть дальше, в отдалении - ветхая громада особняка. Огромное, покосившееся
строение, выплывающее из болот. К нему, в отличие от деревни, не вела полоса гати.К нему, похоже, вообще не было пути.
И Пёрышко тянуло туда.
Разочарованно вздохнув, она оторвалась от вида. Она не за этим сюда пришла, в конце концов.
Старый, потрёпанный дневник лежал у неё на коленях.
– Старый друг,- с лёгкой улыбкой произнесла она, осторожно открывая его.
Такие знакомые и родные непонятные символы. Абсолютно невменяемая вязь через все страницы.
Она помнила, как корпела над этими страницами. В Коллегии, глубокой ночью, пытаясь убежать от какого-то гнетущего чувства. В поездках по делам семьи, в которые её постоянно брал отец. Дома, в поместье. А теперь и здесь.
Менялись места и время. Лишь две вещи оставались неизменными, ворчливо подумалось ей. Этот старый журнал- дневник.
И люди.
Демоновы люди. Их всегда были грёбаные толпы.
Пугающие, огромные толпы истерично визжащих людей. Рабочие, торговцы, благородные ублюдки на приёмах. И каждый считал своим долгом глазеть на неё. В огромном и тёмном Веспреме, в треклятом Лодбарде, в просаленном Вентрисе. Во всех демоновых городах было полно людей.
Раздражающе громких и эмоциональных людей.
Но тут, в Карне, всё по- другому. Тише. Спокойнее. А уж особенно в этой забытой богами деревеньке.
Уютнее для неё. Можно спокойно работать.
Она быстро пролистала страницы с вложенными листами. Её записи- расшифровки. Вечная игра против автора дневника, таинственного Ворлона де Клиса.
Каждый раз, когда она расшифровывала ещё один кусок, её пронизывали зависть и уважение к этому невидимому противнику. Он побывал в самых странных местах мира, изучил самые безумные и непонятные явления - и всему находил объяснение. Рациональные и здравые.
И, похоже, оставил после себя только этот дневник. Нашедшийся в её родовой библиотеке.
Она нежно провела пальцами по шероховатой бумаге и почувствовала, что губы сами растягиваются в улыбке.
Последние страницы были почти нетронуты. Были переведены лишь несколько слов. Карн. Туманные топи. Зелёный. Жемчуг.
Вздохнув, Пёрышко вновь подняла взгляд на деревню.
Горстка бревенчатых домов, убогая таверна, храм - вот и вся деревня. Люди - приветливые до безобразия болваны. И где же тут кроются ответы на её вопросы? Где?..
Откуда-то с болота взмыла стая птиц и с криком понеслась к лесу.
Жизнь кипит, демоны раздери.
А у неё должна кипеть работа.
Вздохнув, она приступила.
Символы плясали перед глазами, едва заметные завитки и отличия шли на её лист для записей. Пёрышко откровенно наслаждалась этой работой и чувством лёгкости. Как будто бы ты исчезаешь - есть только твоё дело и его детали, и ничего более.
Капля чернил упала прямо на её белую рубаху, но она не обратила на это внимание. Точнее, обратила, но не среагировала. В конце концов, так ведь делают учёные?