Затишье перед Бурей
Шрифт:
– От этого сносит голову, правда?
– спросил он, укусив молодого эльфа за тонкую ключицу.
В ответ Анто лишь неуверенно кивнул.
На небе уже давно всплыли подружки-луны, когда Малборн подошел к общему залу. Уже доносились звуки пиршества, крики слуг, которых ради забавы до смерти забивали. Пахло жаренным мясом, отчего рот эльфа наполнился слюной.
Ночь в Саммердоре была не долгой, а опускалась незаметно. И они были светлыми. На столько, что Антанто даже читал свою книгу на улице.
Мал легким движением руки открыл двери общего зала. Внутри уже собралась вся орда клана
– Малборн! Друг мой!
– расхохотался Мудаш.
– Иди сюда!
Малборн, покачиваясь из стороны в сторону, пересек зал и оказался около тронов. Каггар вел беседу с Хурагом, которому Мал не дал прикончить Антанто. Орк покосился на него и огрызнулся, в ответ получил то же самое. Мудаш приблизился к нему, прищуриваясь.
– Что между вами с Хурагом произошло?
– спросил он. Сквозь шум орды Малборн плохо слышал слова Мудаша.
– Не дал убить ему мальчишку эльфа в деревне, - отмахнулся Малборн.
– А где этот эльф сейчас?
– У меня дома, - усмехнулся Малборн.
– Стирает вещи, прибирает, топор наточить должен. Не думаю, что он умеет, но посмотрим.
– Тебе других слуг не хватало? Многие из них умеют топоры натачивать.
– Понравился, - хмыкнул Мал.
Из головы до сих пор не выходили закрытые глаза эльфа, его чуть приоткрытые губы и неровно вздымающаяся грудь.
– Ты как всегда шутишь свои шутки, - с усмешкой прорычал орк. «Не шучу», - За тебя, друг мой, - он поднялся с трона, подняв вверх рог и проревел.
– За Малборна, за эльфа, который стал нам собратом! Ngross!
– Ngross!
– отозвалась орда.
– И за тебя, Мудаш, - улыбнулся Малборн и отнял у проходящего мимо слуги рог с выпивкой.
– Ngross!
Время шло, Малборн уже достаточно выпил, чтобы влезть в очередную драку. Он привык приходить с пиров в тумаках и с шишками. Когда он был слугой, то его били просто ради развлечения, бывало, ломали кости. Какие-то срослись неправильно и до сих пор болели. А теперь и сам занимался избиением новеньких молодых эльфов, которые пищали и кричали, ползали на коленях в ногах и в слезах молили прекратить.
Когда орда разогревалась, когда кровь уже кипела в венах, они начинали драться между собой. И вот тут начиналось все заново: переломанные кости, вывернутые руки, выбитые зубы... И все остальное, что мог из боя вынести проигравший. Малборн не годился в ровню оркам, пусть топором он владел и более умело, и мог использовать пространство вокруг себя, чтобы постоянно передвигаться. Но в рукопашном бою, где двое противников окружены плотным нешироким кругом, не было места, чтобы уворачиваться от огромных кулаков. Иногда Малборн незаметно применял стихийную магию, чтобы хоть как-то повысить свои шансы на победу.
Никто и не думал униматься, продолжали лупить друг друга по лицам, выворачивать
конечности. Без смертей не обошлось, как и всегда, в прочем. Несколько негожих погибших пленных были выброшены в леса на растерзание диким зверям. Ничего нового.Малборн ушел, набившись вдоволь. Он с пренебрежением наблюдал за старым вождем, и потягивал эль из своего рога. Они были тут только благодаря Малу, они будут королями всего мира только благодаря Малу. У Каггара лишь одна заслуга: он дал эльфу шанс выжить. А он мало того, что выжил, он начал жить. Но никто не обращал на это внимания. Все благодарили и чтили лишь старого вождя. Мал знал: правление Каггара подходит к концу.
Гарон I
На Хитфилд опустилась ночь. Факелы бросали на стены крепости зловеще тени.
Сиру Гарону было четырнадцать лет, когда он покинул родной дом и отправился на запад - королевство колдов - в Нордберд. Бучу наследником трона отца, короля Снорре Эленстоуна, Гар предпочитал короне шлем, мантии - доспех, а величественному сиденью, высеченному из вечно холодного камня - седло. Он отказался от наследства, отказался от титула, заявил о намерении стать рыцарем. И отправился к близкому другу отца - королю Этто Дану - обучаться военному делу.
Там он познакомился с молодым Ричардом, наследником короля. Между двумя юношами завязалась дружба, которая со временем только укрепилась. Судьба еще раз связала дом Эленстоунов с домом Данов, когда Снорре предложил выдать свою старшую дочь за Ричарда. Этто и Снорре были охвачены идеей сплотить колдов и тонков - два враждующих народа севера. Но их веры были различны, их культура была различна. Они не могли ужиться вместе.
Все было чудесно. Ричард занял престол отца, в стенах крепости уже подрастал первенец короля.
Лайви, жена Ричарда, умерла при вторых родах. И Снорре Эленстоун решил, что смерть его дочери была намерена. Или кто-то внушил это ему, так думал Гарон.
Война подкралась незаметно. И затянулась на пять долгих лет.
Постоянные сражения, дорога, сон под открытым небом. Оплакивание падших, поля брани, полные трупов, падальщики в небе. Гарон редко вспоминал это.
Ричард одержал победу только благодаря помощи эльфского короля.
Близилось время последней битвы. Гарона там не было, он вел войска в совсем другом месте. Он лишь помнил перешептывания солдат после битвы, что эльфы зверски разделался с семьей Эленстоунов. Гарон не расспрашивал Ричарда о том, что произошло, никогда не интересовался.
«Добровольное неведение - потеря контроля» - говорили ему. Но Гар не хотел узнавать, как убили его семью. Он лишь желал отомстить Ликорису Фокстроту, но со временем и это чувство угасло в его душе.
Ричард решил объединить королевства, и Гарон поддержал его в этом. Так желали их отцы, и, быть может, дано сверху, чтобы именно Ричард объединил две части севера. Образовалось новое великое королевство - Хитфилд. Со своими проблемами, одной из которых был сир Гарон.
Он - последний из дома Эленстоунов - был потенциальной угрозой для нового короля. И если Ричард верил своему другу, то народ нет. Тогда Гарон принял веру колдов.