Выбор
Шрифт:
– Я сражаюсь за своего короля, - срывающимся от волнения и напряжения голосом ответил юноша.
– А бьюсь за Альфион. А ты кому служишь? Ты раз спас мне жизнь, вступившись за меня перед своим господином, так разве можешь сейчас убить меня?
– Твой король - ничтожество, - рассмеялся капитан Рокан, злорадно добавив: - И, к тому же, сейчас наверняка уже мертвец!
Всадники отпрянули друг от друга, предоставляя своему противнику краткую передышку. Удивительно, но в их схватку никто не вмешивался, хотя в царившей вокруг суматохе едва ли было возможно помнить о благородных правилах поединка.
Рыцарь Ярис был одним из первых среди альфионских дворян, кто
– Я убью тебя, как убью всякого, кто станет на моем пути, - пригрозил Рокан.
– Знак, что ты носишь на челе, не спасет глупца. Всякий шанс дается лишь раз, и, видимо, судьбы было угодно, чтобы ты умер не под плетями слуг моего господина, а здесь, на этом поле, от моего клинка. А я никто, чтобы спорить с судьбой, и потому исполню предначертанное без колебаний. Такому увальню, как ты, нечего делать на поле боя, но если уж ты здесь, то впредь не жди пощады!
– Но и ты не получишь ее, - воскликнул Ратхар, ринувшись на врага.
– Ты предал моего короля, и потому сейчас умрешь!
Воспользовавшись замешательством своего противника, юноша рискнул, вложив все силы в атаку, и просчитался. Отразив град выпадов, Рокан, настоящий ветеран, живым вышедший из множества стычек, в щепу раскроил щит Ратхара, а затем ударил его наискось в грудь. Клинок на излете скользнул по броне, срывая железные чешуи, и на долю дюйма погрузился в плоть юноши, пробив и панцирь, и стеганый поддоспешник.
Капитан гвардии Яриса замахнулся вновь, чтобы добить раненого врага, но в этот миг явилась помощь, на которую юноша уже не особенно и рассчитывал. Бранк Дер Винклен, вырвавшись из водоворота сражения, накинулся на Рокана, тесня его своим конем и изо всех сил крестя воздух пред собой узким клинком верного эстока, уже не единожды обагрившегося чужой кровью.
Бранк сражался в непривычной для этих земель манере, и все же его противник сумел отразить несколько выпадов. Но затем защита Рокана дала слабину, и граненое лезвие впилось воину в грудь, так, что из спины проклюнулось окровавленное острие меча. Рыцарь рванул свое оружие, высвобождая клинок из плоти мертвеца, и слуга Яриса, склонившись к шее своего скакуна, словно просто устал, выпустил из рук клинок, так и не сумевший спасти его жизнь.
Все перемешалось, и Бранк Дер Винклен с трудом различал, кто свой, а кто - враг. После первой сшибки, когда на земле оказалось добрых полсотни бойцов с обеих сторон, бой распался на череду коротких, ожесточенных поединков, хотя если на тебя набрасываются сразу два-три латника, за спиной которых крутятся, выжидая момент, еще и несколько конных стрелков, назвать такую стычку честной схваткой трудно. Но Бранк не ждал от врага особого благородства, не рассчитывая к тому же на чью-нибудь помощь. Каждый защищал свою жизнь, и рыцарь, не считая врагов, просто атаковал их. Сейчас вся его воля, вся решимость собрались на острие верного клинка, которым Дер Винклен пронзал кольчуги, пробивал, точно шилом, пластины панцирей и отсекал вооруженные руки.
Прорвав строй врага, Бранк оказался в кольце, и несколько минут только и мог, что отражать удары. Дважды его чуть не достали, и чужие мечи скользили по броне, а
раз в полудюйме от затылка рыцаря пронесся, с гулом рассекая воздух, лезвие боевого топора. Но внезапно подоспела помощь - два латника, сопровождаемые конным арбалетчиком - и сообща дьорвикский рыцарь и его нынешние соратники расправились с пятью врагами, продолжив затем бой вновь каждый сам по себе, хотя и держать рядом друг с другом.Очередной противник, возникший откуда-то из гущи сражавшихся, налетел на рыцаря, размахивая боевым цепом. Шипастый шар, соединенный с рукоятью короткой толстой цепью, вспорол воздух в опасной близости от лица Бранка, и рыцарь едва успел закрыться щитом, одновременно заставив своего коня пятиться назад. А враг не унимался, и, решив, что противник не уверен в себе, продолжил атаку.
Боевой цеп - очень страшное оружие, и в умелых руках он гораздо опаснее даже, чем самый лучший клинок. А тот, кто атаковал Дер Винклена, был достаточно ловок и проворен, чтобы рассчитывать на победу. Но и Бранк учился высокому искусству боя не только на плацу. Ему прошедшему немало стычек с варварами-номадами, славившимися тем, что никогда не берут пленных, довелось многажды проверить в деле свое мастерство, и сейчас рыцарь был готов снова доказать безликому врагу, кто из них - лучший.
Цеп стальной змеей скользнул по выщербленной поверхности щита, и качание смертоносного маятника на миг возникла пауза. Ею и воспользовался Дер Винклен. Сверкнув росчерком молнии, его клинок скользнул над щитом противника, ударив того по глубокому шлему. Броня не подвела, и голова воина осталась цела, но он был оглушен, перестав на мгновение соображать, что происходит вокруг него. Боец Эрвина отступил, с трудом стащив шлем, чтобы вдохнуть свежего воздуха, и рука Дер Винклен, уже готового добить врага, дрогнула, и клинок его опустился.
– Морлус, - не без труда рыцарь узнал своего спасителя, гостеприимного хозяина, в чьем замке оправлялся от тяжелых ран беспечный путник из дальних краев.
– Будь я проклят, что ты делаешь здесь? Неужели и ты предал своего короля?
Рыцарь Морлус, по лицу которого, обрамленному слипшимися прядями засаленных волос, градом тек пот, невидящим взглядом смотрел на Дер Винклена. Право же, узнать в этом воине, закованном в броню, несущем на себе герб короля Эйтора, прежнего израненного странника было не так просто. Но постепенно в глазах Морлуса появились проблески узнавания.
– Вот это встреча, - прохрипел альфионец, заставив своего коня отступить еще на шаг назад, и окидывая дьорвикского рыцаря взглядом с ног до головы.
– Значит, ты все же исполнил свою мечту, поступив на службу к узурпатору, чужеземец? Жаль, что так случилось, и мы встретились здесь и сейчас! Кто-то из нас должен теперь погибнуть, и мы оба знаем это, верно?
– Я не буду биться с тобой, - помотал головой Дер Винклен.
– Хоть ты и предал своего короля, того, кому сам же прежде клялся в верности, я не вправе судить тебя, того, кому обязан жизнью. Это бесчестно. Ступай прочь, ищи себе других противников.
Бранк Дер Винклен развернул коня, двинувшись прочь от Морлуса. Вокруг еще продолжался бой, и для его клинка хватало работы.
– Я спас твою жизнь, значит, она принадлежит мне, - раздалось в спину рыцарю.
– В таком случае, я возьму ее прямо сейчас. Умри, чужеземец!
Раскручивая над головой кистень, Морлус пришпорил коня и ринулся вслед за дьорвикцем. Дер Винклен едва успел повернуться лицом к врагу, вскинув над головой щит. увесистый шар ударил по вощеным доскам, и левую руку рыцаря пронзила сильная боль, волной прокатившаяся по всему телу.