Выбор
Шрифт:
– Что мечтать и жалеть?
– фыркнул Эвиар.
– Идем скорее. Раз у нас мало времени, нужно с пользой распорядиться каждой секундой. Но кто-то должен остаться здесь, прикрыть наш отход, когда дело будет сделано.
– Эрвин - мой, я должен пустить ему кровь, - решительно произнес тотчас Ратхар.
– Я иду дальше!
Эвиар взглянул на рыцаря, на скулах которого вздулись желваки - Дер Винклен уже понял, на кого падет жребий, но смириться с этим не мог.
– Будь здесь, и дай нам знак, если что, - произнес эльф.
– Не думаю, что мы сможем уйти тем же путем, каким попали сюда. Там, возле ворот, я заметил лошадей. Когда все кончится, мы попытаемся
– Милорд, возьми мой арбалет.
– Ратхар протянул рыцарю легкий самострел и колчан с десятком болтов.
– Сверху ты можешь простреливать весь двор.
– Уж лучше лук, - покачал головой Дер Винклен.
– Смогу хотя бы прикончить побольше выродков. Эвиар, одолжишь свое оружие?
– Мне он станет только помехой, там, внутри, - пожал плечами эльф, указывая на донжон, ярко освещенный снаружи и изнутри десятками факелов и масляных фонарей.
– Ты хорошо умеешь обращаться с ним?
– Хуже, чем ты, - признался Бранк, принимая из рук Перворожденного лук и стрелы.
– Но кое-чему меня научили еще в детстве, и потом, когда служил на границе, я порой тренировался. Можешь не сомневаться, я скорее промажу по врагу, чем случайно подстрелю кого-нибудь из вас, - усмехнутся рыцарь.
Спуститься вниз проще всего было по винтовой лестнице, насквозь пронзавшей дозорную башню, и потому Эвиар вновь скрылся в караулке, а за ним последовал и Ратхар. Юноша бросил взгляд через плечо на Дер Винклена, но рыцарь уже полностью сосредоточился на том, что творилось во дворе замка, тоже весьма ярко освещенном, и отнюдь не казавшемся безлюдным. Там, внизу, бродили слуги, порой появлялись солдаты, не то сменившиеся с постов, не то, напротив, спешившие заступить в караул. И любой из них мог поднять тревогу, обратив внимание на пару чужаков. Оставалось только надеяться, что все обитатели замка достаточно поглощены своими заботами, чтобы слишком внимательно смотреть по сторонам, и успокоены мыслью, что кругом полно часовых, которые уж точно не пропустят внутрь незваных гостей.
Ратхар, едва оказавшись в тесном, пропахшем потом и чесноком, закопченном и весьма грязном караульном помещении, невольно вздрогнул, увидев разбросанные на полу окровавленные тела. Эвиар потрудился с душой - четверо солдат, коротавших смену за кувшином пива и игрой в кости, даже не успели вытащить из ножен клинки. Пиво темной лужей растеклось по полу - кто-то зацепил жбан, осколки которого лежали здесь же, а на столе были рассыпаны монеты. Все четверо умерли мгновенно, и оставалось поражаться быстроте эльфа.
– Идем, - поторопил Эвиар своего спутника.
– На мертвецов можно не обращать внимания, опасаться стоит только живых. И дай мне арбалет, человек.
Без возражений Ратхар протянул Эвиару самострел, рычаг-"козью ногу", чтобы взводить оружие, и колчан. Все это эльф на ходу приладил под плащом, и юноша понял задумку своего товарища - в руках Ратхара взведенный арбалет мгновенно привлек бы внимание первого встречного.
Они быстро преодолели несколько витков узкой и весьма крутой лестницы, оказавшись на внутреннем дворе. По обе стороны теснились какие-то пристройки, возможно, конюшни, мастерские или еще что-то такое, а прямо пред лазутчиками возвышался, вонзаясь в темное, почти черное в этот поздний час небо, донжон, верхние этажи которого были освещены изнутри - там еще не завершился пир.
– Теперь будь осторожен, - предупредил своего спутника эльф, проверяя, легко ли меч покидает ножны.
– Лучше обойтись без крови, пока е
Не дожидаясь ответа - да и каков он мог быть сейчас!
– Эвиар двинулся к цитадели. К входу в нее вела довольно узкая лестница, и наверху стояли, опираясь о короткие алебарды, два воина в кольчугах и касках.
– Как мы пройдем мимо них?
– настороженно спросил Ратхар, указав на часовых.
– А вот как, - и Эвиар, у которого словно и на затылке тоже была пара зорких глаз, двинулся наперерез вышедшему из какого-то амбара человеку, тащившему на плече небольшой бочонок. Обычно вся провизия хранилась в самой цитадели - на случай, если враг прорвется за стены - но сейчас, возможно, в подвалах донжона просто не хватило места.
Слуга, посланный за припасами, наверное, удивился, увидев перед собой две задрапированные в черное фигуры. Но его изумление оказалось прервано ударов кинжала. Эвиар бил точно, не давая пощады. Клинок вонзился слуге прямо в сердце, и эльф едва успел подхватить оказавшийся весьма увесистым бочонок, в котором что-то заманчиво плескалось.
– Возьми тоже что-нибудь, - приказал эльф, и Ратхар схватил первый попавшийся мешок.
– Все, теперь идем. И сохраняй спокойствие - мы здешние слуги, нам не с чего опасаться солдат.
Согнувшись под тяжестью груза - а на самом деле просто скрывая лица - двое лазутчиков спокойно, насколько это было возможно, приблизились к стражникам, при их появлении прервавшим свой разговор.
– На кухню?
– Часовые смерили двух согнувшихся под грузом "слуг" равнодушными взглядами, чуть посторонившись, чтобы те могли пройти, и продолжили вести неспешную беседу. Юноша облегченно вздохнул, чувствуя, как на лбу выступила испарина - они были в замке, и теперь не существовало препятствия между мстителем и его жертвой.
– Где здесь могут быть господские покои?
– недоуменно промолвил Ратхар, бросив себе под ноги увесистый мешок. Они стояли в начале длинного коридора, обрывавшегося крутой лестнице. В бронзовых кольцах на стенах были развешаны коптившие факелы, и тени метались по сводчатому потолку.
– Проклятье, да тут можно бродить до скончания века!
– Ты говорил, кажется, что прежде бывал в замке?
– припомнил Эвиар, настороженно озираясь по сторонам. Свою ношу он тоже опустил на пол, с наслаждение потянувшись.
– Прости, мне в тот раз не позволили изучить расположение всех помещений, - язвительно, с явным раздражением, за которым он лишь пытался скрыть растерянность, ответил юноша.
– Я был слишком занят.
– Тогда идем наверх, - предложил старавшийся не замечать бешенства своего спутника, и отлично понимавший, чем оно рождено.
– Обычно хозяева таких замков предпочитают жить на верхних этажах, а внизу находятся кладовые и обитает челядь. И будь осторожен - если нас обнаружат, долго мы не проживем.
Крадучись, двое непрошенных гостей, двое убийц двинулись вверх, взбираясь по крутой лестнице. Казалось, в замке не осталось ни одной живой души, такая стояла тишина. Но на самом деле жизнь здесь шла своим чередом. Пир подошел к концу - даже крепкие, ко всему привычные организмы бывалых воинов не могли до бесконечности сопротивляться хмелю, и в трапезной зале звучал могучий храп тех, кого слуги еще не успели утащить в опочивальню. Но были и те, кто не только бодрствовал в этот поздний час, но еще и сохранял к тому же ясность рассудка.