Чтение онлайн

– Ратхар, на землю, - приказал Эвиар, выхватывая из ножен легкий, казавшийся игрушечным, клинок.
– Вы с Эмером присмотрите за вашим королем, а мне и здесь найдется дело!

Юноша едва успел спрыгнуть на землю, неловко, чуть не подвернув при этом ногу, а эльф уже налетел на одного из врагов. Перворожденный был в эти мгновения невероятно стремителен, действуя быстрее, чем человек способен даже подумать. Росчерком сверкнул клинок, и воины Эрвина с пронзенной грудью повис на шее своего коня, а Перворожденный уже спешил вступить в схватку с последним противником. Но тот, уклонившись от боя, твердо вознамерился добраться до раненого, беспомощного государя, наверное, желая поднести своему господину столь ценный трофей. И на его пути оказался Ратхар.

Воин

Эрвина, не глядя, отмахнулся мечом от бросившегося под копыта его жеребца человека, видя перед собой только короля Эйтора. Но юноша был уже не тем неловким увальнем, как прежде. Полоса стали едва коснулась его макушки, и Ратхар, вложив все оставшиеся силы в этот удар, вонзил свой клинок, держа его, словно это было копье, в спину промчавшегося мимо врага. Кольчуга, защищавшая тело того, не выдержала, рассыпавшись градом разрубленных звеньев, но не выдержал вложенного в удар отчаянного усилия и меч Ратхара, переломившись по середине клинка. А человек Эрвина, уже из последних сил попытавшись ответить своему убийце, соскользнул с седла. Одна нога его так и осталась в стремени, и конь протащил своего мертвого всадника по мокрой от недавнего дождя траве.

– Отменный удар, - возле юноши, от усталости опустившегося на колени, остановился Дер Винклен. Рыцарь поверг своего противника на землю, раскроив ему череп, и сам при этом остался цел и невредим.
– Великолепно, мой друг!
– Бранк был доволен в этот миг и собой, и своим оруженосцем, и вообще все было великолепно, раз он еще оставался жив.
– Если так пойдет и дальше, скоро ты станешь великим бойцом!

А Эвиар ничего не сказал. Эльф просто протянул юноше руку, помогая тому взобраться на спину коня, и они вместе продолжили путь, ступив под своды древней чащи. Оставался позади Лаген, так и не ставший для беглого короля последним оплотом, и там же оставался враг, одержавший победу, но и потерпевший при этом поражение, какого не мог представить. Впереди же была неизвестность, но Бранк Дер Винклен не сомневался, что, покуда еще жив король Эйтор, им не раз придется побывать в яростных схватках, и в конце останется только один из соперников, которому и достанется весь Альфион, если только к тому времени королевство, разоренное войной, не превратится в заваленные трупами руины. В прочем, все это было впереди, а сейчас хватало и иных забот.

– Нужно убраться подальше от города, - решил рыцарь.
– Они сейчас отрядят погоню, и нам придется туго, если будем медлить.

– Я пойду вперед, - предложил эльф. Сейчас, когда их жизни зависели только от их же товарищей, было не место давней вражде великих народов, и Эвиар старался сделать все, чтобы облегчить участь своих спутников.
– Разведаю путь. Надо убедиться, что поблизости нет врагов.

– Добро, - кивнул Дер Винклен, сам удивившись, что так запросто беседует теперь с прежде ненавистным эльфом.
– Ступай, а мы двинемся следом. Но куда же мы направимся теперь?

– Идем на запад, - предложил вдруг Ратхар.
– Где-то там - мой дом, и я неплохо знаю те края. Там мы найдем пристанище, сможем восстановить силы и зализать раны, и снова будем готовы к бою.

Дер Винклен вновь согласно кивнул. Кошмар сражения остался в прошлом, и теперь им вновь предстояло бегство, ибо только так можно было спасти свои жизни. Эльф вскоре растворился в зарослях, а за ним последовали и спешившиеся всадники.

– Эвиар, может, ты лучше поедешь верхом?
– неуверенно предложил Ратхар, негромко окликнув неутомимо шагавшего рядом эльфа.
– Ты на ногах с самого рассвета.

Перворожденный оглянулся, чуть заметно усмехнувшись, и ответил:

– Я могу прошагать еще трижды по столько же, а потом вогнать дюжину стрел подряд в щель забрала рыцарского шлема. Благодарю за заботу, мой юный друг, но только мне привычнее так, ведь какой всадник в лесу сравнится с эльфом? Стоя обеими ногами на твердой земле, я чувствую себя увереннее, ведь у нас в И'Лиаре почти нет лошадей, и мало кто умеет

действительно хорошо ездить верхом.

– Ты плохо ездишь верхом?
– удивленно воскликнул Ратхар, невольно повысив голос.
– Не может быть!
– В голове юного воина не укладывалось, чтобы их необычный спутник, великолепный мечник и вовсе непревзойденный стрелок, чего-то не умел, тем более, даже сам Ратхар стал уже считать себя весьма ловким наездником.

Своего коня эльф уступил юноше три дня назад, когда они вместе с королем только вырвались из осажденного Лагена. С тех пор Эвиар передвигался исключительно пешком, несмотря на частые попытки Ратхара вернуть подарок его изначальному владельцу. И, надо сказать, Перворожденный оказался намного более проворным, чем люди, которые вскоре тоже начали подумывать о том, чтобы оставить коней прямо в глубине чащи, словно могли после этого угнаться за легконогим эльфом.

Их оставалось лишь шестеро, и двое - ополченец Эмер и сам король - были тяжело ранены. Их лечением занялся опять-таки Эвиар, легко находившие какие-то корешки, из которых готовил отвары или просто мелко растирал их, присыпая раны. Но и все мастерство эльфа оказалось почти бессильно, так что оба раненых, хотя и держались уже твердо на ногах, все еще оставались весьма слабы. И потому, в случае появления врага, вся тяжесть боя должна была лечь на плечи Эвиара, Ратхара, но, прежде всего, разумеется, на рыцаря Рамтуса и Бранка Дер Винклена.

Если рыцари были вполне спокойны на этот счет, и готовы в случае надобности вступить в бой с любым числом противников, то эльф, лишившись своего лука, несколько растерял уверенность, хотя и в ближнем бою он едва ли уступил бы тому же Дер Винклену. Но зато Эвиар, как и прежде, во время пути в Лаген, стал глазами и ушами отряда. Эльф всегда был на ногах, бесшумно, незаметно рыская вокруг стоянок своих спутников, или, когда они шли через лес, уходя далеко вперед, чтобы убедиться в отсутствии засады. К счастью, врагов на их пути так и не попалось, а на четвертый день и лес, прежде подчас вовсе непролазный, стал редеть, и всадники, выбираясь на прогалины, теперь могли ощутить полезность коней, благодаря которым люди могли дать отдых натруженным ногам.

– Скоро мы вновь доберемся до обитаемых мест, - сообщил Ратхар на привале. Теперь юноша стал проводником, поскольку с каждым шагом путники приближались к родному краю оруженосца Дер Винклена.
– Если забрать чуть южнее, то, думаю, дня через три мы доберемся до моей родной деревни, Селькхира, - предположил Ратхар.
– Там нас ждет кров, пища и отдых, государь.

Верить в лучшее, в данном случае в то, что односельчане Ратхара примут своего короля, как самого дорогого гостя, хотелось каждому. Но все же и сам Эйтор, и его спутники смотрели на мир весьма здраво, стараясь не тешить себя зряшными надеждами.

– Мало кто сохранил верность законному правителю, - хмуро бросил Рамтус.
– И даже те, кто не желают становиться на путь предательства, не осмелятся пойти против того, на чьей стороне - могущественный колдун, убивающий мгновенно, без сожаления. Отныне в этом краю мы никому не можем верить полностью, и вместо хлеба-соли нас запросто могут приветить рогатинами и топорами.

Как бы то ни было, пока до Селькхира оставалось еще много десятков лиг, и предстояло проделать немалый путь, чтобы выяснить, чьи догадки были верны. Отряд продолжал идти лесом, все время оставаясь в готовности к бою. Места, однако, здесь были почти необитаемые, и беглецы лишь раз наткнулись на полузаросшую дорогу, уходившую куда-то на восток. В прочем, сейчас это было к лучшему - никто не строил иллюзий, понимая, что при встрече даже с десятком врагов им ничего не светит. Шестеро, двое из которых были ранены, до сих пор не придя в себя, не продержались бы в открытом бою и нескольких минут. Только присутствие в отряде эльфа, способного не просто незамеченным передвигаться по лесу, но словно становиться частью этого само леса, позволяло надеяться, что им удастся избежать столкновения с противником, и вообще с кем угодно, пока каждый не будет полностью готов к бою.