Визит
Шрифт:
Тряхнув копной волос, брюнетка соблазнительно покрутила бёдрами, не прекращая танца, завела руки за шею и прихватив густые волосы, подняла их над головой. Резкое, почти неуловимое движение плечиками, и лифчик падает под ноги. Освобождённые груди мягко закачались в такт движения тела. Демонстрируя свою красоту, брюнетка, покачивая бёдрами, и подобно пантере изгибая, стройную спину, в такт мелодии, не спеша, прокрутилась на сцене, показывая себя во всех ракурсах, так, словно она была на кинопробе. Не отрывая похотливых глаз от Барона, (почему-то именно его она выбрала объектом соблазнения) опустилась на колени. Облокотившись о локти, перевернулась на спину, выгнув её дугой и закинув голову. Её волосы бархатом покрыли сцену. Падающий
Словно давая зрителям насладиться этим зрелищем, на несколько секунд она замерла, и только медленно водила головой, заставляя волосы шевелиться словно живые. Музыка заиграла чуть живее, и девушка, подняв ногу вверх, согнула в колене, изящное движение руки и туфелька летит с эстрады. Со второй она поступила так же. Перевернувшись и упершись ладонями в пол, она так изогнула спину, что казалось, её груди коснуться сцены. Послав вызывающий взгляд скучающему Барону, проводя язычком по губам, медленно стала подниматься на ноги. Встав в полный рост, закинула руки за шею, повела их вниз, лаская все тело. Все это время, не прекращаясь, играла мелодия и под неё брюнетка медленно и сладострастно водила бедрами, изящно переставляя ноги. Поиграв с сосками, опустила руки на талию, они задержались там, поглаживая живот и попутно расстегивая юбочку. Секундная задержка и разведя руки в стороны, распахивает юбку, демонстрируя зрителям, кружевные трусики, даже не трусики, а треугольник материала на ажурной повязке. Небрежный взмах рукой и юбка у ног. Освещённая жёлтым светом, брюнетка, прикрытая только треугольником, гордо и зазывающе, блистала своей золотистой наготой. Несколько раз покрутившись вокруг себя, и послав не один похотливый взгляд, словно подзывая к себе Барона, брюнетка вдруг голосом Юма деловито осведомилась:
— Дальше продолжать? — игриво добавила, — Или мне можно будет сберечь свою девичью честь?
Тут желания зрителей распались. Барон кричал ему:
— Продолжай! Я посмотрю, что у тебя там, под этими очаровательными трусиками!
Светлана махнула рукой, мол, делай как знаешь. Амон презрительно фыркал:
— Хватит паясничать.
Дорн прекратил прения. Кивнув Юму, сказал:
— Ты уже достаточно показал… артист.
— Тогда я закругляюсь, — кокетливо заявила брюнетка голосом Юма.
Послав воздушный поцелуй, растворилась в воздухе. Зал погрузился в мерцающий туман, развеявшись, он после себя ничего не оставил. Всё стало по-прежнему, а довольный кот уже занял своё место на столе.
Посмеиваясь, Барон спросил:
— Друг мой, и где же ты набрался такой пошлятины?
— Искусство никогда не пошло, — заявил Юм, опрокидывая рюмку коньяка. Ещё налив, приподняв её как для тоста, поинтересовался: — Амон, что скажешь?
— Почему представление не довел до конца? Не смог полностью перевоплотиться? Полностью не показал тело, как будто что-то скрывал. Уж не хвост ли был там спрятан?
Сидящие дружно рассмеялись. Юм с раздражением стукнул лапой по столу.
— Магистр! Я прошу увольнения! Здесь меня не уважают, уйду я к вампирам, там хоть в споре можно зубами поклацать! Стараешься тут, развлекаешь, а никому не нравится.
— Юм не огорчайся, — прервал его монолог, звонкий голос. — Мне понравилось твоё выступление, можешь поверить, ты был на высоте. Любая телекомпания по достоинству оценила бы то, что было здесь показано. Конечно, компьютерная графика сейчас далеко шагнула, но она лишь подделка по сравнению с той реальностью, которую я сегодня увидела. Это было незабываемо.
— Вот видите, — оживился кот. — Меня ценят и оценка гораздо выше ваших. Ведь как говорят: «устами ребёнка глаголет истина», — последние слова Юм говорил пробираясь по столу, между блюдами в направлении Светланы, бесцеремонно рухнув ей на колени он свернулся клубком, приподняв мордочку заметил:
— Я не буду против, если погладишь. Только не против шерсти.
Покосившись на млеющего кота, Барон заметил:
— Теперь уже и в бар идти незачем. Выпивка здесь, голых девиц мы видели. Что теперь прикажешь делать? — Не дав и секунды на размышления, он воскликнул: — А давайте потусуемся с байкерами! Это же здорово! Вот те ребята, которые мне нравятся! На мотоциклах по всему городу, с рекордом скорости. У меня на примете есть такие парни. Там всё как надо, и даже более того! Цепи, татуировки по всему телу, сапоги со шпорами, правда, не знаю в какой бок мотоцикла они их пихают. Отличная компания. Светлана, не хочешь ли покататься по ночному Риму с отчаянными парнями? Могу поклясться, это будет незабываемо!
— Вы заинтересовали меня, — улыбнулась девочка, — но уже поздно.
— Самое время! — вскрикнул Юм с её колен.
— Не спорю, но на сегодняшний день мне выпало достаточно. Мне просто необходимо отдохнуть. Если ваше предложение остается в силе и завтра, то я с удовольствием присоединюсь. Только...
— Только? — поднял мордочку Юм, в ожидании продолжения.
— Только на мотоцикле я ездить не умею. На лошадях, пожалуйста, а железного коня так и не освоила.
— Нет проблем! — воскликнул Барон. — Роль пассажира тебя устраивает?
— Вполне.
— Тогда всё улажено. Завтра, в это время, прокатимся с ветерком по Риму. А сейчас, с разрешения Магистра, удаляемся. Наведём мосты с байкерами.
Юм, соскочив с колен Светланы, устремился вслед за Бароном.
Дорн повернулся к Амону.
— Амон у меня к тебе поручение.
— Сир?
— Парень, что забрался обворовать дворец.
— Сир, не извольте беспокоиться, я разберусь с ним!
— Хорошо, — качнул головой Дорн и покинул зал.
Светлана вскочила из-за стола.
— Пойду в свою комнату.
— Что ж, нам почти по пути, — сказал Амон, направляясь к дверям. — Я провожу тебя до лестницы.
— А потом куда? — полюбопытствовала девочка, догоняя быстро идущего Амона.
— Потом спущусь в подземелье. Ты же слышала, нужно разобраться с посетителем.
Они вышли в холл. Светлана, внезапно приняв решение, повернулась к Амону.
— Можно с вами в подземелье?
— Зачем тебе? — удивился Амон. — Там из мелкого воришки я сделаю великого вора. Он будет воровать самое ценное, что есть у человека - кровь. Не думаю, что тебе будет интересно, и помочь ничем ему не сможешь. Он обречён.
— И всё же?
Пристально посмотрев в глаза, Амон пожал плечами:
— Пойдём.
Он подошёл к стене холла. Внезапно часть стены, отделившись, ушла в бок, открывая узкую щель, в которую только-только мог пройти человек. Оттуда тянуло могильным холодом и запахом плесени.
Взяв со стены горящий факел, Амон первым ступил на ступени уходящие вниз, под фундамент дворца. Узкий проход бесконечной спиралью погружался вглубь земли.
В неверном, трепещущем свете факела мягко колыхалась от воздушных потоков густая паутина, щедро затянувшая каменную кладку стен. Каменные ступени, покрытые толстым слоем пыли с каждым витком становились всё более и более разрушенными. Сырость и время сточили этот, казалось бы, вечный материал. Приближение подземелья возвестил не только воздух пропитанный сыростью и запахом гнили, но и крик полный страдания глухо донёсся до спускающихся.
— О, уже приступили, — спокойно заметил Амон, не прерывая и не увеличивая своего размеренного шага.
— Кто приступил? К чему приступили? — прошептала девочка, вздрагивая от нового, донесшегося до них крика отчаяния и боли.
— Крысы, они решили полакомиться нашим знакомым, — равнодушно ответил дьявол.
Кованая решётка преградила им путь. Слышно было, как открылся замок, когда Амон протянул руку. Дверь со скрипом раскрылась, пропуская внутрь помещения.
Сразу, девочка обратила внимание на крыс. Подобно ковру они устлали весь пол подвала.