Винодел
Шрифт:
— Он нелегальный мигрант. Вы об этом знали?
Брикс спрятал телефон и пожал плечами.
— Если мы выгоним из Калифорнии всех нелегалов, экономика заглохнет.
Вейл смотрела, как Ортиз переходит Ист-Напа-стрит.
— Если бы Ортиз был серийным убийцей, то принадлежал бы к неорганизованному типу. Малообщительный, необразованный, со средними, в лучшем случае, интеллектуальными способностями, занят ручным трудом. Но, как я уже говорила, наш преступник — личность более сложная. Он человек собранный. Приносит оружие с собой. Тщательно планирует каждое
— Я так и думал, — сказал Брикс. — Но надо будет покопаться у него в прошлом. На всякий случай.
— Стало быть, мы опять увязли, — заключила Диксон.
Вейл развернулась и направилась к машине.
— Нет, Рокс. Мы движемся. Только не всегда угадываем с направлением.
…тридцать шестая
Едва они уселись в машину, Бриксу позвонил Рэй Люго — сказать, что уже едет в Соному с новой информацией. Время в пути не должно было занять больше десяти минут.
Брикс отослал Вейл сделанный на мобильный снимок Ортиза, после чего она и Диксон отправились в туристический информационный центр, примыкавший к мэрии. Там оказалось довольно уютно: множество карт, таблички с объявлениями, стеллажи рекламных брошюр.
Вейл и Диксон показали фотографию Ортиза работницам центра и спросили, не видели ли они этого человека раньше. Обе признались, что видели, но ничего странного за ним не замечали.
— Я так и знала, что это ничего не даст, — сказала Вейл уже на улице.
— Никогда не знаешь, на кого наткнешься. Может, кто-то сумел вырваться из его лап, а к копам идти побоялся. Или кто-то слышал, как кто-нибудь хвастался своими злодеяниями.
Когда они вернулись к машине, Люго уже припарковался возле «форда» Брикса. У него в руках была папка.
— Мне позвонил Кевин. Перебирал вещи Виктории и наткнулся вот на это. Здесь записи с заседаний ассоциации. — Он передал их Диксон. — Я начал было их просматривать, но вспомнил, что вы собирались встретиться сегодня с президентом АВРА.
— И должны были уже встретиться, но задержались ради беседы с Мигелем Ортизом.
— Дайте-ка угадаю, — предложил Люго. — Только время зря потратили, верно?
— Ну, попробовать все-таки стоило, — пожал плечами Брикс. — Я еще кое-что выясню, но в общем-то время потрачено зря.
Люго кивком головы указал на папку в руках у Диксон.
— Надеюсь, это вам поможет.
Вейл взглянула на часы.
— Кстати, пора бы нам уже выдвигаться.
Они с Диксон поехали на машине Люго, а он остался с Бриксом. Пунктом назначения была винодельня «Блаженство супружества»: именно ее возглавлял президент АВРА. По дороге Вейл углубилась в переданные Люго бумаги.
На то, чтобы привыкнуть к неразборчивому почерку и незнакомым аббревиатурам, ушло несколько минут. Оторвавшись, Вейл принялась растирать шею и плечи.
— Что-нибудь интересное нашла?
— Читать тяжело. Много стенографических пометок и просто пометок на полях. — Вейл зашуршала листами. — Одно сокращение повторяется
чаще других: СМБ. Вот смотри: «Более выгод, уел. СМБ. Нет: ВС, ТН, ИВ. Отклонят».— «Отклонят»… Может, какое-то прошение? Ходатайство?
Вейл провела по строчке указательным пальцем.
— Да. Прошение от ПО. Второй ДГ. — Она перевернула страницу, потом вернулась на предыдущую. — Какое прошение — ни слова.
— А дата стоит?
— Пятнадцатое января.
Диксон кивнула.
— Хорошо, начнем с этого. Читай дальше.
— Есть какой-то конспект насчет «натурального/искусственного». «Большая разница». Как ты думаешь, это о груди?
Диксон улыбнулась.
— Разница и впрямь большая, но я сомневаюсь, что они поднимали этот вопрос на заседании ассоциации.
— Скорее всего. Но, судя по значкам на полях, об этом много спорили.
— Хорошо. Будет о чем поговорить с президентом. Посмотрим, что она на это скажет.
К винодельне «Блаженство супружества» они прибыли через пятнадцать минут. По обе стороны от длинной и узкой подъездной аллеи шли стены, утыканные винными бутылками, которые были воткнуты горлышками вниз.
— Здорово придумано, — отметила Диксон.
Они проехали чуть дальше, и Вейл поняла, что восторгаться было еще рано: лучшее впереди.
— Вот это, я понимаю, здорово придумано!
Здание было врезано прямо в скалу, но даже не это было его самой удивительной особенностью. На месте выхваченной горной породы теперь сиял пятидесятифутовый кусок стекла, образующий фасад винодельни.
— Как будто в горе сделали гигантское окно, — сказала Вейл.
Припарковавшись, они пошли по дорожке, усыпанной битым бутылочным стеклом и залитой цементным раствором.
— Надо бы сводить сюда Робби перед отъездом.
— Поведешь бой-френда в «Блаженство супружества»? Он может неправильно тебя понять.
Вейл засмеялась.
— А ты здесь раньше бывала?
— Видела на картинках, читала. Еще я знаю, что это здание выиграло кучу архитектурных призов, а их вину постоянно дают девяносто баллов и выше в журнале «Уайн спектэйтор». Да и другие знаменитые винные критики дают не меньше.
Двойные двери из тонкого стекла разъехались, впуская их. Вейл и Диксон переступили порог и застыли как вкопанные. У них перехватило дыхание: весь интерьер был создан из стекла или его полимерного эквивалента. Лестница, спиралью ползущая по четырем этажам, лифт, дегустационные станции… Все было ослепительно чистым.
— Ох и не повезло же здешней уборщице, — сказала Диксон.
— Интересно, у нее в резюме было уточнение: «Окна не мою»?
Диксон указала на ближайшую стену.
— Сквозь эти стеклянные стены можно увидеть горы. Причем в разрезе.
И действительно: радушная гора, приютившая чужеродное здание, обнажала перед посетителями свои внутренности из гранита и пустой породы. Сложно было назвать это место иначе как архитектурным чудом.
Вейл задрала голову.
— Ты только посмотри на эти корни.