Веб Камера
Шрифт:
Он включил следующее сообщение.
– Джоан, я останусь здесь на всю ночь, для наблюдения.
Эринии остановил.
– Он под пилюлями. У него была операция на руке. Какая-то ужасная инфекция, поедающая плоть бактерия, довольно серьезная вещь.
– Я много думал о тебе. О нас. Ты… ты все, что я хочу. Я не могу жить без тебя. Перезвони.
– Пожалуйста, - сказала Джоан.
– Прошу, отпусти.
– Шш. Последнее сообщение.
– Я в Эванстоне на месте преступления. Убийца только что зарезал семь девушек из женской общаги, и похитил восемнадцатилетнюю. С меня
Эринии положил телефон Джоан к себе в карман и сказал.
– И вот какой путь выбрала ты. Как себя чувствуешь?
Джоан чувствовала…
Беспомощность. Страх. Стыд. Опустошенность.
Не важно, что Эринии сделал с ней, Джоан не могла представить большую боль, чем сейчас. Если бы она только осталась с Томом. Если бы она только сказала да на его предложение. Если бы…
Пощечина была грубой, откинув ее голову назад.
– Епитимья лучше работает, когда ты каешься в своих грехах, Джоан. Скажи мне, что ты чувствуешь.
Ее охватили другая эмоция.
Злость.
Джоан пристальным взглядом уставилась на мужчину.
– Я ни хера тебе не скажу.
Он улыбнулся, поглаживая большим пальцем ее палящую щеку.
– Оу, ты мне все расскажешь. Когда мы закончим, ты расскажешь мне каждую деталь, каждый грех, каждый секрет, который у тебя когда-либо был. Затем бы будешь умолять меня рассказать больше.
Он снова дал ей пощечину.
И снова.
Он делал это, пока ей не стало плохо и не начала блевать. Эринии быстро дотянулся до покрытой простыней коробки на полу рядом с ней, а затем преподнес полиэтиленовый пакет ей под голову и держал, пока ее не перестало тошнить.
– Тебе плохо от наркотиков, которые я тебе дал, - сказал он, завязывая ручки пакета на узел.
– Но если ты снова это сделаешь, клянусь, я отрежу все твои пальцы, кину их в твою блевотину и заставлю вылизать тебя все это дерьмо.
50 глава
Капитана Бейнса не было в его офисе. Том поспрашивал и узнал, что Бейн взял отгул на день. Если верить слухам, это связано со здоровьем.
Том бы оставил пистолет и значок на столе мужчины, как и записку, но офис был закрыт. Поэтому он вернулся домой.
Он простоял пять минут, смотря на пустую кровать, а затем написал Гарри МакГлейду.
Я в деле.
Хорошо. Я подъеду за тобой.
Том положил в рюкзак самое необходимое, что понадобится на одну ночь; рубашку, трусы, носки, туалетные принадлежности, зарядку от телефона, дополнительные патроны. Затем он заправил кровать, включил телевизор, мельком увидел репортаж о Сниппере, выключил телевизор, а затем взял телефон и скачал казуальную игру, на которой он залипал. Когда Джоан прибыла в город, он удалил ее, чтобы у него не было искушения поиграть в нее, пока она здесь.
Если бы только у него был такой же самоконтроль с его работой.
МакГлейд наконец-то написал, что подъехал, и когда Том вышел, чтобы встретить его, увидел частного детектива, стоящего рядом с огромным, ярко-красным трейлером.
Гарри был на десять, или даже больше, лет старше Тома, с небольшой щетиной на лице и маниакальным взглядом. Его одежда была дорогой, но нуждалась в глажки.
– Рад, что ты едешь.
– Я обязан Джек.
– Запрыгивай в боковую дверь.
Том
открыл ее и увидел знакомое пухлое и усатое лицо сержанта Герба Бенедикта, сидящего на одном из диванов. Гербу было около пятидесяти, он был в своем дешевом помятом костюмчике, а на его галстуке было пятно, которому, возможно, было столько же, сколько и самому галстуку. Рядом с Гербом был спящий ребенок, а напротив него в клетке сидел попугай.Том кивнул сержанту, забрался и закрыл за собой дверь.
– Добро пожаловать в Краймибаго, Том, - сказал Гарри с водительского сиденья. Он произнес Крайм-и-баго, как Виннебаго.
– Это Гарри младший и его Кореш. Гарри младший единственный тут, кто носит подгузники и спит рядом с Гербом. Кореш единственный, кто в клетке. Герб – наземный кит. Можешь брать в холодильнике все, что захочешь, если станет скучно, то можешь сыграть с Гербом в шахматы, если, конечно, он знает как. Доска в шкафчике с игрушками младшего, рядом с посудомойкой.
– Почему попугая зовут Корешом?
– спросил Том Герба, когда присел.
– Бывшие владельцы так назвали. Я не знаю, винить их родителей, или общество в целом. Что-то пошло не так.
– Почему он голый?
– У него зависимость от амфетамина, поэтому он повыдергивал все свои перья.
Том кивнул. В попугае с трихотилломанией было столько же смысла, сколько и в огромном, красном домике на колесах. Таков был мир Гарри. Том оглянулся, осматривая дорогостоящую обстановку. Поездку безусловно хорошо подготовили. МакГлейд путешествовал по стилю. Но этот стиль был громким и грубым.
– Ну, как поживаешь, серж? Давненько с тобой не виделись.
– Все утро был с МакГлейдом, вот как я поживаю. А ты?
– Не так плохо. Но близко.
Отчасти из-за нервной энергии, отчасти из-за того, что он не хотел обсуждать Джоан, Том начал говорить о деле по Снипперу. Он чуть не упомянул о своей предстоящей отставке.
– Я слежу за ним, - прервал Гарри.
– Кажется, он тот еще псих. Мы с Гербом уже сталкивались с такими.
Том рассеянно дотронулся до своей руки, там, где была повязка, которая была скрыта под курткой.
– Один чокнутый зашил Гербу глаза, - сказал Гарри.
– А со мной было еще хуже. Тот же парень бил меня электрошоком.
– Один парень похитил меня, сломал руку, и продолжал ее выкручивать, чтобы заманить к себе Джек, - сказал Герб.
– Вот, что было хуже.
– Чувак, электрошок хуже, чем крошечный перелом, - сказал Гарри.
– Он стер кость о кость.
– Кость о кость – это всего лишь прелюдия. А я вот все еще не могу полностью контролировать свой мочевой пузырь.
– Типа когда-то мог?
– спросил Герб.
Так этим они и занимались? Как в одной сцене Челюстей, где каждый сравнивал свои шрамы? Они спорили друг с другом целую минуту, словно братья. Том выглянул в боковое окно. Выглядывала ли сейчас Джоан так же в окно в бизнес-классе на высоте тридцати тысяч футов.
– А я был связан и заклеймен одним парнем, - сказал Том.
– И о каком клейме идет речь?
– спросил Гарри.
– Достаточно приличном, чтобы я вырубился. А затем убийца зализывал ожог.
– Звучит, как щекоточная вечеринка принцессы-феи по сравнению с моей рукой, - Гарри помахал своей протезированной конечностью.
– Отрезали пальцы, по одному, и прижгли культи паяльником. Доктора не могли ничего сделать, пришлось ампутировать. Помнишь это, Герб?