Веб Камера
Шрифт:
Будешь ли ты удивлен, когда узнаешь, что с ней произошло?
Эринии выходит из машины, проходит через стоянку к 7-11. После использования женского туалета, она покупает утренний рогалик, сэндвич и большой кофе, запросив с дополнительным кремом и сахаром.
Лишние калории будут эффективно использованы. На сегодня столько много дел.
Она отдает свой последний доллар и мысленно отмечает, что не помешает достать немного денег.
Вернувшись в фургон, она проверяет Джоан, ее запястья прочно прикреплены к восьмидюймовому железному U-образному
Она все еще в отключке.
За несколько часов до этого Эринии думала и пришла к решению, что лучше похитить Джоан, чем просто убить ее. Хитрый шаг, к тому же ей нужно было использовать Джоан, как средство для переговоров с полицией. Но у Эринии была причина куда больше, глубже; она никогда не давала Епитимью сразу двум грешникам.
Соблазнительная концепция. Если бы они смотрели еще одно страдание, их собственное страдание было бы более утонченным.
В теории, во всяком случае.
Так что, вместо того, чтобы привязать Джоан к кровати Тома, привести ее сознание и сделать свое дело с тесаком, Эринии возвращается обратно к фургону, подвозит к ней ручную тележку и картонную коробку. После того, как она проверила Джоан в покрывале и скотче, она выкатила ее наружу и загрузила в это средство передвижения, без посторонних взглядов на нее.
Не то, чтобы здесь было много людей, которые бы стали глазеть в четыре утра. Но если кто и увидел, то увидели бы просто человека, передвигающего огромную коробку.
Затем Эринии одела на нее подгузники – трудно сказать, сколько потребуется времени, чтобы забрать Кендал – привязала к стержню и положила таблетку бутирата под ее язык, чтобы она была податливой. Она пока еще не потрудилась с кляпом; на тот случай, если Джоан начнет шуметь, то она вполне может ее заткнуть. Но это не стоило того риска, если у нее случится рвота и она задохнется от нее.
Кроме того, слушать, как они исповедуются в своих грехах, было одной из наиболее приятных частей во всем процессе Епитимьи.
После того, как она завела фургон, Эринии направилась к ближайшему Биткоин банкомату. Они стали распространяться в Чикаго, так что через пять минут она уже его находит. Он расположен в алкогольном магазине.
Она на полпути к нему, когда замечает мигающие красные и голубые лампочки в зеркале заднего вида.
Полиция.
Не хорошо. Совсем не хорошо.
Даже хуже; она оставила Таурус на задней сиденье фургона.
Эринии медленно подъезжает к обочине улицы. Коп, без сомнения, все записывает на видео, плюс она видит, как его глаза сфокусировались на ее боковом зеркале. Если она встанет, чтобы заткнуть Джоан и схватить пистолет, то он заметит движение и сочтет это подозрительным.
Так что Эринии продолжает сидеть. Но когда она тянется к бардачку, чтобы достать свою страховку, она проверяет, занавески, разделяющие переднюю и заднюю часть фургона, и убеждается, что они закрыты.
Полицейский с самодовольным видом подходит к двери, и Эринии опускает стекло.
Он бегло осматривает ее, затем вытягивает шею, чтобы заглянуть внутрь фургона.
Тут не на что смотреть, офицер.
– Лицензия, регистрация и страховка.
– Могу я спросить, почему вы меня остановили?
– Вы проехали на красный свет.
Эринии не проезжала на красный свет. Светофор едва переключился на желтый, когда она въехала на последний перекресток. Она всегда очень осторожна в таких вещах, потому что копы те еще мудаки.
Спорить с ним будет бесполезно. Проще оплатить штраф и к чертям свалить отсюда.
– Мне очень жаль, -она роется в своем бумажнике, проверяя, правильные ли водительские права она выбрала. Затем она протягивает их ему вместе со страховкой и регистрационным номером, а затем ждет, барабаня пальцами по рулю, надеясь, что фальшивое удостоверение личности стоит той сумасшедшей суммы, которую она заплатила за него.
Осел уходит к своей патрульной машине.
Проходит минута.
Две.
С заднего сиденья фургона доносятся хныканья Джоан.
Эринии смотрит в зеркало заднего вида. Он все еще пишет штраф.
– Том?
– говорит Джоан невнятным голосом.
– Шш. Тихо.
– Кто ты?
– Я сказала тихо, - приказывает Эринии.
Коп выходит из своей машины и начинает подходить к ней.
– Я хочу к Тому, - сказала Джоан уже громче.
– Дорогуша, я приведу к тебе Тома, но на одну минутку ты должна сидеть тихо. Досчитай до шестидесяти, а затем ты сможешь поговорить с Томом.
– Почему я связана?
Коп всего в пяти шагах от нее. Одна рука на его ремне, рядом с кобурой.
– С тобой случился несчастный случай, - говорит ей Эринии.
– Ты хочешь к Тому?
– Да.
– Сначала ты должна досчитать до шестидесяти.
– Один… два…
– Не вслух, дорогуша.
Коп постукивает кулаком по окну. Эринии опускает его на несколько сантиметров. Он просовывает папку с прикрепленным штрафом.
– Внизу подпишите.
Эринии с нетерпением берет ее.
Ручки не было.
– Том? Это ты?
Полицейский прищуривается на нее, делая вопросительное лицо. Эринии пожимает плечами.
– У вас есть ручка, офицер?
– Том?
– Джоан становится громче.
– С вами есть кто-то в фургоне?
– Нет. Никого. Просто радио, - Эринии быстро переключает радио, не смотря на то, что оно и так уже было выключено.
– Ой, смотрите-ка, нашла.
Она поспешно вытаскивает из своего кармана шариковую ручку, чиркает внизу штрафа, протягивает папку обратно и закрывает окно.
Коп не уходит.
– Том? Где Том?
Коп снова стучит. Эринии снова открывает окно.
– Ваша копия и удостоверение личности. Информация о платеже штрафа или оспаривания нарушения на задней стороне квитанции.
– Спасибо, офицер.
Он продолжает смотреть и не уходит. Какого черта еще этот садистский фашист хочет?
– Вы уверены, что в порядке, мисс?
– Все хорошо.
– Уверены?
– коп трогает свой глаз.
Эринии не уверена, о чем он говорит. Затем она смотрит на свои собственные глаза в салонном зеркале.