Чтение онлайн

 Походив по собственной комнате, то и дело натыкаясь на её запах, он не выдержал и, открыв окно, вылез наружу, а там быстро оказался в комнате Амелии. Встал, облокотившись о подоконник и стал наблюдать. У неё очень тонкие черты лица, изящные, впору картину писать, высокие брови вразлёт, тёмные волосы разбросаны по подушке. Скрипнув зубами от собственной слабости, вампир подошёл ближе, сейчас без всей этой груды защитных амулетов она была так притягательна… её женская красота смешивалась с её ароматом, кружа голову и замутняя рассудок, стирая границы запретов… так и хотелось схватить её, обнять и… судорожны вдох. Рэй наклонился и уже собирался коснуться казавшуюся голубоватой кожу девушки. Она, словно

что-то почувствовав, нахмурилась и заворочалась во сне. Кажется, ей снится кошмар… Амелия нахмурилась сильнее, сжимая кулаки во сне и поджимая губы. Не выдержав, Рэй присел на кровать, которая прогнулась под его весом и мягко положил руку на её лоб. Прошла секунда, две и лицо девушки разгладилось, она втянула воздух и тихо промурчала что-то, обнимая руку оторопевшего от такой нежности вампира. Он сидел каменным изваянием и не смел пошевелиться, пока Амелии тихо тёрлась щекой об его руку.

И да… ещё одна маленькая деталь… его собственный запах был на её кровати. Она что спала с его курткой? Борясь со смешком, вампир покачал головой, но руку не стал убирать. Что ж это хотя бы объясняет, что она делала с его курткой. Но зачем она спала в его кровати? Маленькая глупая девочка… Рэй потянулся второй рукой и погладил её по волосам, чувствуя внутри тёплое приятное чувство. Она была так юна и беззащитна, что хотелось всеми силами сохранить её.

– Рэй…

Своё собственное имя из уст этой девушки ещё и ночью резко отрезвило вампира, выхватив из одуряющего плена эмоций. Он аккуратно вытащил свою руку из её объятий. Она слишком мала, чтобы впутывать её во всё это... Пусть живёт своей жизнью. Он ей не подходит. С этими мыслями вампир выскользнул в окно.

Часть 9.

Я потянулась и вышла на улицу, настроение было просто отличным, тело чувствовало себя таким отдохнувшим, что проснулось само. Несмотря на все плюшки от правильного и здорово образа жизни, до сих пор со мной ничего такого не случалось, так что это было просто достижение века. Я давно не чувствовала такой лёгкости во всем теле. Я вышла на пробежку и, воткнув наушники в уши, бежала, повторяя про себя положительные аффирмации за диктором. Мне это нравилось, своего рода аутотренинг. Когда-то мне хотелось этим заниматься, но у меня постоянно не было времени, то я забывала, а сейчас, когда пробежка стала необходимым аспектом начала дня, вместе того, чтобы просто слушать музыку, я достала папку с аффирмациями.

Бежалось легче, чем в первые дни, горло все также обжигало, дыхание сбилось быстро, а также быстро угасало желание продолжать, но с каждой неделей я старалась бегать на пять минут больше, чем раньше. Это помогало мне. Я бежала, повторяя слова и думая о разном: о погоде, о маме, о Рэе, о Сэм, по которой я уже начала скучать, но из-за обилия событий просто забывала ей написать. Впрочем, она тоже не особенно писала мне. Меня это не задевало, мы обе давно поняли, что нам проще дружить лично, чем через смс или звонки, и если мы уезжаем куда-то, то все это становится не таким уж необходимым.

Вдруг кто-то тронул меня за плечо, я, испугавшись, споткнулась и чуть не улетела в кусты. В полёте наушник выпал из уха, и я услышала голос:

– Ты в порядке? Прости, я напугал тебя.

Сердце вырывалось из груди, а ноги подкашивались.

– С ума сошёл, Рэй? Я чуть богу душу тут не отдала.

Смех. Черт, а у него красивый смех… я подняла на него укоризненный взгляд.

– Ты неправильно дышишь во время бега. Как попало, а надо ритмично, тогда не будешь задыхаться.

Мне сразу зачесался язык спросить его, а не слишком ли он умный, но я сдержалась и кивнула.

– Спасибо, что занесла куртку вчера.

– А да… не за что… - я восстановила дыхание, и мы вместе пошли по дорожке. Он был

одет в тренировочный костюм, значит, тоже бегает. Вспоминать маленькие слабости в его комнате мне не хотелось.

– Как тебе моя комната?

Хм, к чему этот вопрос?.. Неужели знает? Или просто вежливость?

– Аскетичная, простая такая…

– А кровать понравилась?

Я почувствовала, как начинают гореть щеки и уши, и меня пробивает на нервное хихиканье, но я погасила улыбку силой и, оглядывая деревья стороне, уточнила:

– Почему ты спрашиваешь?

– Просто мне вот интересно, зачем ты на ней лежала?

Я споткнулась снова, от стыда мне захотелось провалиться под землю прям тут или мгновенно испариться отсюда. Божечки, да как кон узнал?.. я же все поправила, никак не могла спалиться… никак. Черт… как неловко и ужасно-ужасно стыдно… что мне делать теперь? Оправдываться?

– Да ладно, не красней, можешь приходить и делать там, что угодно. Только не пались больше. – Он произнёс это с такой интонацией, что я поняла, что не спалиться не удастся. – Но все-таки? Зачем?

«Лучшая защита – это нападение» - промелькнула в голове фраза, произнесённая голосом Сэм, продолжение фразы «ещё лучше только удар в пах», я опустила, сейчас мне это вряд ли поможет. Молчание затягивалось. Я обернулась к нему, улыбающемуся и предвкушающему. Ему нравилось! Я ожидала, что он будет злиться, что я трогала его вещи и что-то подобное, но нет… Его это радовало… Ну тогда ты сам напросился… Я сделала несколько шагов вперёд и, оказавшись почти вплотную к нему, заглянула ему прямо в глаза, отмечая, что его глаза не одинакового цвета, один голубоватый с серыми оттенками, а второй с карими вкраплениями. Как интересно…

– Просто я представляла нас с тобой вместе на ней.
– Произнесла я тихо и проникновенно, с придыханием и со страстным взглядом прямо в его глаза, потом приподняла брови в вызове и, видя, как он офигевает от этого моего высказывания, довольно облизала свои губы. И только потом, подмигнув, ушла.

Одна часть меня ликовала, аплодировала мне сидя и стоя и вообще всячески подбадривала, вторая сидела с красным от фейспалмов лбом и ныла, что вот теперь он будет считать нас девушкой, у которой название начинается на букву Ш, и что он обязательно разочаруется во мне и мне будет ужасно больно, и вообще все плохо… я и сама разрывалась между этими частями, ликуя, конечно, не без этого, но все же…

Как он отреагирует?

Чем-то мне это напомнило игру в шахматы, которую я не любила и не понимала, стратегии, тактики – это не моё. Он сделал ход, хотел посмотреть, как я буду смущаться и теряться, я сделала тоже самое, теперь опять его ход.

С бегом было покончено, душ немного отрезвил меня от моей эйфории и ликования на тому того, что я утёрла нос вампиру, прочистил мозги, и я решила больше такого не делать. Все-таки я приличная девушка… наверное. В лабораторию Дока я зашла серьёзная и готовая снова сидеть часами, пытаясь поговорить с собственной кровью и стараясь не чокнуться от этого безумия, потом сдавать кровь и снова по кругу до обеда.

– Привет, я вам не помешаю?

Я дёрнулась, пролив воду, которую наливала из диспенсера себе в кружку. Хорошо хоть холодная. Я смахнула брызги со штанов и с невозмутимым видом продолжила наливать её. Что он тут делает? Я думала, он ушёл по своим делам

– А нет, я все ещё настраиваю аппаратуру. – Это Док.

– Отлично… я хотел как раз попросить Амелию кое-что сделать для меня.
– Мы с Альфредом одновременно повернулись к вампиру, одарившему нас лучезарной улыбкой.
– Я хотел тебе передать кое-какие документы, Док, но они остались в моем ежедневнике. Такая досада… - Притворный вздох. – Амелия, ты не сходишь не возьмёшь с моего стола ежедневник?