Чтение онлайн

– Да, я об этом помню. Но я ведь не ошибусь, если скажу, что это не имело никакого значения, если не считать того, что еще больше подорвало его репутацию? Ни один из настоящих магометан, которых я встречал или о которых слышал, не выказал по этому поводу особенного восторга. Сам верховный муфтий не придал этому никакого значения.

– Совершенно верно, – согласился Ди, и его голос зазвучал тверже. – Но ислам – это мир, столь же разнообразный, сколь и наше жалкое скопище враждебных друг другу сект, и некоторые из самых отдаленных стран действительно с восторгом восприняли новость о его обращении. Среди них были народы, живущие очень далеко друг от друга, как обитатели Азгара на краю пустыни и некоторые еретические шиитские сообщества в европейской части Турции, особенно в Албании, Монастире и регионе, расположенном недалеко от северной границы, чье прочтение Сунны, произведенное без обычных пояснений, указывает на Наполеона как на "сокрывшегося имама", махди. А самыми радикальными

из них являются потомки и последователи шейха Аль-Джабаля [10] .

– Самого "Горного старца"? Так они должны быть теми самыми настоящими ассасинами? Хотел бы я увидеть хоть одного, – сказал Стивен, несколько оживившись.

– Так и есть, и хотя они ни в коем случае не настолько влиятельны, как во времена Крестовых походов, они по-прежнему представляют собой большую опасность, даже несмотря на то, что федаев, настоящих профессиональных убийц, насчитывается всего несколько десятков человек. Остальные потенциальные наемники в обсуждаемом нами плане, хотя и жаждут убивать неверных, не движимы таким чистым религиозным пылом, чтобы рисковать своей шкурой бесплатно. Все три родственных сообщества в европейской части Турции сходятся во мнении: солдаты есть, и как только они увидят жалование за два месяца вперед, они начнут действовать. Иначе они и с места не сдвинутся.

– А это большая сумма?

– Огромная, особенно при нынешнем положении дел, когда стоимость золота так шокирующе, неслыханно высока, а кредит практически не существует. Она намного превосходит все, что французы могут собрать немедленно, ведь, как вы понимаете, это внезапное вторжение должно быть очень хорошо подготовлено. Это бывшие турецкие иррегулярные войска, башибузуки, племенные воины, бандиты и тому подобный сброд, причем все они являются членами мусульманских братств или предоставлены ими. Это должен быть очень грозный отряд, чтобы он смог преуспеть в достижении своей цели – разрушить планы союзников и дать Наполеону шанс вступить в бой со слабейшей из противоборствующих армий и уничтожить ее, как он уже делал раньше.

– Конечно, – сказал Стивен. – Но, полагаю, роль ассасинов заключается в чем-то более тонком, чем стремительная атака диких башибузуков?

– Да, по-настоящему преданная группа федаев могла бы оказать делу Наполеона несравненную услугу, устранив Шварценберга, или Барклая-де-Толли, или имперского принца, или любого другого способного лидера. Но даже в этом случае потребовалась бы масштабная акция, предпочтительно ночью, и по-настоящему кровопролитный бой, чтобы действительно добиться паники, взаимного недоверия и промедления.

– Откуда должны прибыть деньги?

– Султан неохотно качает головой, – сказал мистер Ди. – Берберские государства предоставят добровольцев и одну десятую от общей суммы, когда увидят остальное. Марокко пока остается в стороне. Их настоящая надежда – шиитский правитель Азгара, на которого они возлагают все свои надежды. Из очень надежных источников известно, что золото уже было обещано и что будут отправлены гонцы – возможно, они уже в пути, – для организации его перевозки, вероятно, из Алжира.

– Я человек, совершенно несведущий в денежных делах, – сказал Стивен. – И все же я всегда полагал, что даже умеренно процветающие государства, такие как Турция, Тунис, Триполи и им подобные, или банкиры Каира и дюжины других городов, могут в любой момент без труда собрать миллион или около того. Возможно, я ошибаюсь?

– Сильно ошибаетесь, мой дорогой сэр, если позволите, совершенно ошибаетесь в том, что касается настоящего положения дел. Вам следует знать, что несколько моих кузенов являются банкирами в Сити – один из них связан с Натаном Ротшильдом, – и что я выступаю в качестве их консультанта по восточным вопросам. Поэтому, полагаю, я могу с уверенностью утверждать, что на данный момент ни один банк в тех краях не смог бы без предварительного уведомления выдать столько средств, не говоря уже о том, чтобы кредитовать хотя бы один мараведи для таких целей. А что касается правительств... – Наклонившись вперед и заговорив гораздо более ясным, молодым голосом, со сверкающими глазами, он начал рассказывать об экономике каждой мусульманской страны от Персидского залива до Атлантики, о ее доходах и обязательствах, банковской практике и формах кредитования. В нем ощущалась высокая компетентность и авторитет, а прежняя дребезжащая старческая многословность полностью исчезла. Наконец, он закончил: –...их единственная надежда – Ибн Хазм из Азгара.

Стивен воскликнул:

– Я в этом уверен, сэр. Не будете ли вы так любезны рассказать нам что-нибудь

об этом месте и его правителе? К стыду своему должен сказать, что мне ничего о них неизвестно.

– Конечно, эта страна невелика и почти не имеет истории, но она удачно расположена на пересечении трех караванных путей, где из скалы бьет один из немногих чистых и прохладных источников в этой обширной местности, орошая замечательную рощу финиковых пальм. Она защищена своим местоположением, гробницами трех общепризнанных мусульманских святых, засушливостью окружающей местности и мудростью своих владык, правящих на протяжении долгого времени. С незапамятных времен это маленькое государство управляется по правилам, напоминающим те, что я наблюдал на хорошо управляемом военном корабле: у каждого человека есть свое место и свои обязанности; в течении дня звук бараньего рога возвещает о начале собраний, молитв, трапез, развлечений и тому подобного, и, за исключением Рамадана, проводятся ежедневные учения с пушками или стрелковым оружием. Кроме того, вы должны знать, что обычные пошлины, взимаемые со всех караванов, выплачиваются и всегда выплачивались в виде очень маленьких слитков чистого золота, которые публично взвешиваются и делятся в соответствии с установленными долями, часто измельчаются в порошок и снова взвешиваются с исключительной точностью до требуемого количества. Очевидно, что больше всех получает правитель, и на протяжении жизни нескольких поколений это должно было составить очень значительную сумму, несмотря на вошедшую в поговорку склонность этой семьи к благотворительности. Где оно хранится, неизвестно, – любопытство в Азгаре, к сожалению, было бы неуместно, – но поскольку шейх проводит большую часть своего времени в дикой местности со знаменитыми стадами азгарских верблюдов, у него могут быть надежные тайники в любой из бесчисленных пещер, которые можно найти там, где над песками возвышаются известняковые скалы. Во всяком случае, у него есть и средства, и желание для проведения этой операции.

– Сэр, существуют ли в экономике такого рода какие-либо аккредитивы, векселя на банковские дома и тому подобное?

– Они известны среди купцов с безупречной репутацией, которые много лет ведут дела друг с другом; но в данном случае непосредственно само золото должно быть доставлено к побережью, а затем погружено на корабль, – не такая уж большая проблема, с хорошо вооруженным отрядом на азгарских верблюдах и быстрыми алжирскими шебеками или галерами. Но при том темпе, с которым продвигается русская армия, особой спешки нет, хотя, судя по последней полученной информации, посланцы, возможно, уже находятся на пути в Азгар; а за оставшееся время, задолго до того, как Барклай-де-Толли и Шварценберг смогут соединиться, можно надеяться, что наш военно-морской флот сделает невозможным для любого французского военного корабля переправить золото по воде, а для любого судна с африканского берега – войти в порт на Адриатике, – Мистер Ди сделал паузу; его лицо, раскрасневшееся, пока он говорил, снова побледнело. Он снова сделался старым и отстраненным и, заметив, что Кент смотрит на него с явным беспокойством, сказал: – Пожалуйста, продолжайте, мистер Кент.

– Очень хорошо, сэр, – сказал Уильям Кент. – Доктор Мэтьюрин, когда мы обсуждали этот вопрос с сэром Джозефом и его коллегами, было высказано предположение, что, учитывая вашу осведомленность об этих краях и о турецких чиновниках, управляющих – по крайней мере, номинально, – ими, о многих важных частных лицах и духовных особах, вы могли бы сыграть свою роль, словом, посодействовать провалу этого заговора. Министерство придает большое значение этому вопросу, и вы могли бы привлечь из казны очень крупные суммы, если бы, например, потребовались аресты и тому подобное, – Он серьезно посмотрел на Стивена, кашлянул и продолжил: – Один из присутствующих заметил, что вы можете отказаться по личным причинам и на том основании, что ваш уровень владения турецким и арабским языками не соответствует вашим высоким стандартам...

– Арабским?

– Да, сэр, возможно, потребуется действовать в Африке, например, в Алжире или в одном из других портов, или, возможно, в самом Азгаре. Другие же отметили, что ваше знание языков уже позволяло вам успешно общаться с турками, албанцами и черногорцами, но сэр Джозеф, хотя и согласился с этим самым решительным образом, высказал мнение, что помощник, способный писать на обоих этих языках, мог бы снять с ваших плеч значительную часть нагрузки. Он сказал, что мистер Ди, – Он поклонился пожилому джентльмену, который кивнул. – и он сам были знакомы именно с таким человеком, чье благоразумие можно было гарантировать, чьи манеры и внешность обычно считались приемлемыми и чье присутствие могло склонить вас к согласию, и к тому же врачом.

– Действительно, знание как литературного, так и разговорного варианта обоих этих языков, а также иврита, было бы большим подспорьем, – сказал Стивен. – Возможно ли увидеться с этим человеком?

– В данный момент он находится в Гибралтаре, доктор, – ответил Кент, а затем добавил: – Насколько я понял из слов сэра Джозефа, вы, возможно, уже с ним знакомы.

– Могу я спросить, сэр, – сказал мистер Ди, слегка оживляясь. – испытываете ли вы какую-либо неприязнь к евреям?

– Нет, сэр, – ответил Стивен.