Стая
Шрифт:
«Одна из причин? А их много?»
- А что же ваши родители? Ты близок с ними?
– Ну, ... это ведь мои родители, - неопределенно поводит плечом Эрик.
– Они не живут в стае. Отец захотел уединения и покоя на старости лет. Он увёл маму далеко на север в леса, там у нас есть небольшое поселение. Это туда мы с тобой и направимся.
– И что потом? Затерявшиеся отшельники в снегах? И оставим беспредельщиков альянса безнаказанными? Не поищём решения? – стоит мне подумать об альянсе, как меня тут же душит отчаянье. – У нас украли свободу, Эрик! Сейчас мы вроде бы на воле, но мы заложники!
– Ники, не заводись. Мне потребуется
– Ты назовешь мне уже остальные причины или нет? – скрещивание двух упрямых взглядов: «ага, так просто взял и сказал» и «не надейся, что забуду и отстану».
И тут мы чувствуем их. Близко!
Без резких движений Эрик привлекает меня к себе, и я прячу лицо у него на груди, а он, скрываясь, опускает голову мне на плечо. Мы снова обычная преисполненная чувств парочка.
Меня бесит мой собственный бешеный, бьющий по ушам пульс. Я лучше убью себя, чем сдамся альянсу!
Эрик остаётся невозмутимым. Стена просто. Ну конечно, вряд ли на нас накинуться прямо посреди площади. Дыхание Эрика начинает сбиваться. Может, оттого, что я сжала его слишком сильно?
Вульфены среди прохожих. Проходят мимо. Но опаснее охотники, которые следуют за ними на небольшом расстоянии. Эти служки альянса наверняка видели наши с Эриком фото и видимо теперь поголовно всех сканируют. Неподалёку начинает истерично кричать какая-то женщина, кидаясь с кулаками и обвинениями, то ли на любовника, то ли на застуканного с другой мужа. Именно эта сцена даёт нам возможность легко и бесшумно раствориться в толпе зевак.
– Я на взводе. Вот бы пробежаться, - провожу ладонью по вспотевшему лбу. Скорость, марш броски, когда ветер шумит в ушах, свобода – упоение для меня и любого вульфена. Это исцеляет от тревог и помогает прочистить мысли.
– Нельзя. Это вызовет подозрения. Потерпи, - Эрик хочет меня успокоить, поэтому его голос звучит как можно мягче. И чёрт возьми – снова берёт меня за руку! Сейчас нам ни к чему притворятся, он прикасается ко мне потому что сам этого хочет. Повторяет испытание, переплетая наши пальцы. Тоже кстати прекрасное средство, чтобы отвлечься. Все проблемы вмиг уходят на второй план и остаётся только ощущение тепла его руки.
– Я не противна тебе? – скептически цежу я, но на этот раз уже не вырываюсь.
– Что удивительно уже нет. И это было бы невозможно без твоих стараний. Я горжусь твоей выдержкой, Ники, твоими усилиями идти мне на встречу. Мне даже нравится это новое будоражащее меня чувство.
Ого, он меня похвалил! … Вдруг в моей памяти так некстати всплывает лицо Тима и мои первые ощущения от его прикосновений. Будто отвечая – моё сердце сжимается от тоски, и она тянется за мной, вплетаясь в мои следы, припорашивая их горечью. Но я продолжаю идти за руку с другим мужчиной.
И вот мы уже заняли свои места в самолёте. Этим рейсом летят только двое вульфенов – я и Эрик. Можно расслабиться и несколько часов вздремнуть. Мне нужны силы, потому что у меня созрел кое-какой план. Но это после приземления, а пока Эрик ничегошеньки не должен заподозрить.
Я привыкла к его запаху, научилась засыпать радом с ним, ходить с ним за руку, даже радоваться его улыбкам. А ещё я привыкла решать свои проблемы сама! Бежать, быть битой, скрываться, выкручиваться из всякого рода дерьма. И если есть шанс оградить Эрика от моих бед – то я хочу тащить свою ношу в одиночестве.
Он тут ни при чём.
Он заслужил свою свободу.В суете и многолюдности аэропорта имени Кеннеди потеряться довольно легко, особенно альфе с моими-то рефлексами. Я даю дёру, как только Эрик повернул голову в сторону. Бегаю я быстро. И иногда бываю грубой, хотя каждый раз у меня есть оправдание исключительной ситуации. Минуя очередь у стоянки такси, отталкиваю убийственно пахнущую жасмином дамочку, намеревающуюся сесть в машину. Хлопаю дверцей и кричу водителю с кем-то в один голос:
– На железнодорожный… - хряпая дверцей с другой стороны, рядом со мной оказывается Эрик, и я лишь оторопело охаю. Такси тронулось с места, и выпрыгивать на ходу уже нет никакого смысла. Он смотрит на меня, сверкая своей самодовольной ухмылкой. Злой, как чёрт.
- Да ладно, Ники, брось. Ты что думала я лох?
– Хотела освободить тебя от себя, - бормочу я, косясь на таксиста. У меня ведь и денег нет, чтобы расплатиться. Умоляю себя не смотреть в глаза Эрику. Даже в наши первые дни знакомства не видела его таким взбешенным.
– Позволь мне самому решать!!!– рычит он, наваливаясь на меня всем телом. – Ты слишком много о себе возомнила! Ты сильна и отчаянна, но их гораздо больше. Если разделимся – снова окажешься на цепи, и вульфены утопят мир в крови. А этого я допустить никак не могу, - сверлит меня синим налитым упрёком взглядом оборотня, брови сошлись на переносице. Разъярённый альфа во всей красе. И тут его взгляд скользит к моим губам - и выражение лица Эрика мгновенно меняется на растерянное. Он нервно сглатывает. А я чувствую, начиная от кончиков пальцев ног, как моя кровь закипает, поднимаясь вверх обратно к сердцу потоком лавы. Жарко. Мне не хватает воздуха. Я в ужасе не от того, что он может меня поцеловать, а от того, что я этого хочу!
– Останови здесь! – слишком резко велит таксисту Эрик, бросает ему смятую купюру, и схватив меня за руку вытаскивает из такси.
Секунда - и вот мы стоим на обочине тяжело дыша, смотря в разные стороны.
– Николь, если мы не будем доверять друг другу, если не станем стаей с одной жизнью на двоих – мы проиграем. Ты уже не можешь исключить меня из этой истории. Это мой выбор. … Чего молчишь?
– Не понимаю, почему ещё и ты обязан страдать, - цежу сквозь зубы, всё ещё переживая из-за этого наплыва сумасшедшего желания, дико надеясь, что Эрик ничего не заметил.
– Хочу поступить правильно! – отрывисто прозвучало в ответ, подчёркивая тоном, что эта тема закрыта. – Добираться поездом не годиться. Возьмём машину. Ни в один аэропорт нам больше нельзя. В каждом из них будет свой наблюдатель. Тут он тоже был. Нас засекли, Ники. Им известно, что мы вместе и в какую сторону направляемся. Альянс будет действовать быстро, жестко и продуманно. Они наверняка возьмут под контроль автозаправки. Поэтому часть пути мы проделаем на машине, а оставшуюся часть пройдём обращёнными.
Я сразу скисла от такой перспективы. Эрик прекрасно понял почему, но на этот раз уже не стал меня успокаивать.
– Но сначала мы встретимся с одним человеком, - продолжил он, как ни в чём ни бывало. – Это мой друг. Мне пришлось соврать ему и сочинить историю о том, как у нас якобы украли паспорта и банковские карточки. Джим поможет их восстановить. У тебя вообще имеется активный счёт в банке?
– Нет, - у меня жутко испортилось настроение, и я сама уже запуталась из-за чего именно. – Старалась избегать благ цивилизации. Нищая и гордая – это по мне.