Сломленные
Шрифт:
— Я словно мороженое… И я сейчас растаю… Не забудь слизать мои остатки…
— Обязательно… — шептал он мне в затылок, а руки его уже проскользнули от плеч к груди.
— Боже… — только и успела я выдохнуть, совсем размякнув в его руках.
Его член по-прежнему стоял и упирался мне в ягодицы.
— Ну, ты конечно крепыш.
— Ты о чем?
— Я о твоем воздержании…
— Если ты пообещаешь родить мне дочку, я могу еще год проходить с этим стояком.
— Как же мы ее родим, в таком случае? Дети рождаются немного от другого, — щебетала я себе под нос, продолжая
— И то верно. Глупость сморозил… — засмеялся он. — Спермотоксикоз, походу, вытеснил все серое вещество.
Он слегка прикусил мою мочку и языком полез мне прямо в ухо.
— Ай, любимый…. Я вырвалась из его объятий, и вернулась на другой конец ванной.
Он смотрел на меня жадными и одновременно пьяными глазами.
Я потянулась ногами к его телу. Нащупала под водой его эрегированный орган и зажав между своими ступнями, принялась массировать его.
— Ох, — выдохнул он, закатывая глаза. — А ты смотрю, время зря не теряла… — довольная улыбка растянулась по его лицу.
??????????????????????????Да, ему это нравилось.
— Пока меня тут один джентльмен испытывал своим воздержанием, я изучила много фильмов для взрослых. Но! Имей ввиду, я теоретик. Поэтому, если вдруг что-то случайно поломаю, заранее извиняюсь.
Но, кажется, Роберт меня уже не слышал. Голова его немного склонилась назад, а глаза были уже закрыты.
Вот ведь засранец.
Я начала трогать себя внизу, продолжая наблюдать за его самодовольным лицом.
— Нет, женушка, это теперь мое обязательство, — видимо, как-то заметив мои телодвижения под водой, комментируя их, он открыл глаза, быстро подплыл ко мне, тут же прижал меня к стенке джакузи, и снова я оказалась во власти его губ.
Руки его скользнули мне между ног, где он активно стал заигрывать с моими легковозбудимыми им интимными местами.
Потом встал, приподнял меня и сел на бортик, усадив меня на себя спиной.
Я терлась об его бедра, пока он сжимал мою грудь, перебирая поочередно затвердевшие соски. Потом его рука снова скользнула между ног, и вот уже его пальцы исследовали меня изнутри.
— Все, я сдаюсь, — еле произнесла я. — Я больше не могу. Хочу тебя…
После моих слов, вместо пальцев он попытался вставить в меня свой член.
— Ай… — вырвался из меня дикий вопль.
— Дана? Тебе больно? — Роберт забеспокоился, прервав процесс.
— Есть немного… Давай просто немного нежнее… Медленнее что ли… Это, видимо, от непривычки…
— И как давно у тебя не было секса? Ну, я имею в виду, настоящего.
Господи, мы что сейчас это будем обсуждать, Роб?!
Начинала я злиться про себя.
— Дана?
— Роберт, просто продолжай….
— Так, поступим иначе…
Взяв меня на руки, он уже шел в сторону комнаты.
Бросил на кровать и накрыл меня своим горячим и мокрым телом.
Он прижимался ко мне так, что я могла почувствовать каждый его мускул. И даже небольшой животик, который он наел за последние дни, от своего воздержания, наверно.
Смеюсь я про себя, думая об этом.
Мои руки, схваченные им в замок, расположились над моей головой, лишая меня возможности ласкать его в ответ, пока его пальцы снова и снова исследовали меня изнутри, двигаясь в унисон с моим дыханием.
— Так-то лучше, — его довольный голос прозвучал эхом между моих ног, где неистово все тут же заныло, желая с еще большей силой своего любимого мужчину.
Он стал входить в меня медленно, массируя мой клитор, при этом гипнотизируя меня своим пьяным от наслаждения взглядом.
— Ты как? Все хорошо?
— Угу, — только промычала я в ответ.
Получив что-то похожее на условное одобрение, он стал заходить ее глубже и его бедра активно пустились в пляс.
— А-а, — стонала я, охваченная мурашками, которые бегали не только по телу, но и по черепной коробке.
— А-ах, — пыхтел он.
Я рефлекторно сжимала его член своими интимными мышцами.
— Боже, Дана, я так долго не протяну… — говорил он сквозь сбившееся дыхание, нависая надо мной.
Боль, которая изначально пронзила меня, вовсе покинула мое тело, передав эстафету сладостному блаженству.
Я потянулась к его губам, закидывая свои ноги ему на бедра, прижимаясь еще плотнее к нему.
Целовала его, хищнически страстно и жадно впиваясь в его уста, и чувствуя, что мне всего недостаточно и не понимая, где грань моего удовлетворения.
Ну, не есть же мне его.
— Я люблю тебя, — схватившись за его шею, как за последнюю надежду, успела прокричать я, когда оргазм накрыл меня с головой, забирая все мои жизненные силы, но наполняя титаническими яркими эмоциями.
Роберт ухмыльнулся и тоже кончил.
— Я тебя больше, — шепнул он мне, глядя через глаза вглубь моего сердца, продолжая судорожно подергиваться внутри, заливая меня своей горячей семенной жидкостью.
Роберт
— Давай, любимая, еще чуть-чуть.
— Роб, заткнись! — выдыхая, прорычала Дана, сжимая веки, предполагаю от боли.
Прижался я к ее ладони губами, пытаясь хоть немного успокоить ее.
— Давай, моя хорошая! Давай, давай, уже головка видна, — продолжила кричать акушерка.
— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а, — нездоровый, я бы даже сказал звериный крик, выдавила из себя Дана.
Прям ритуал изгнания дьявола.
— Любимая, — голос мой сочувственно отозвался на ее крик.
— Любимый, не отпуская меня, — снова жена снизошла до своей милости.
И так ее настроение менялось уже раз сто, после того, как начались схватки.
Меня предупреждали, поэтому я терпеливо следовал за порывами ее гормонов.
— Дарья, давай, давай! Вот, умничка. Еще чуть-чуть, — снова голос акушерки поддерживающее скандировал.
Дана была словно пьяная. Голова все время заваливалась на подушку, которая уже отсырела от ее мокрых волос.
По всему ее телу в три ручья текли капли пота.