Чтение онлайн

Кстати, о Намикадзе. Не знаю, создал ли он уже свой знаменитый Расенган, однако я пыталась воссоздать эту технику, чтобы улучшить контроль чакры, да и не стоит забывать, что в нее можно добавить стихийный компонент или вообще модифицировать. Я уже прошла два этапа (первый еще в Конохе), но третий пока не удавался - не хватало концентрации, чтобы удержать контроль над нитями. Но уже на этой стадии я заметила интересный факт: сила техники зависела от свойств чакры. Если использовать обычную чакру, то эффект получался как в каноне, однако же если я использовала инь-чакру, то техника не была столь эффективна, вернее, не выглядела так. Если незаконченный Расенган оставлял существенную вмятину в дереве, то незаконченный Инь-Расенган приводил лишь к появлению нескольких

мелких трещин в коре, однако дерево иссыхало буквально за пару дней. Странно... Причин этого феномена я не могла понять. А еще мне было интересно, что будет, если добавить в технику стихию Воды? Расенган со стихией Ветра уничтожал не только тело, но и чакроканалы из-за самих свойств данной стихии, а что будет делать водный, если свойствами Суйтона являются гармоничность и пластичность? В любом случае, мне этого не узнать еще слишком долго: хоть я и в достаточной степени изучила стихию воды, но из-за узости чакроканалов из водных техник я могу применять лишь Мидзу Буншин, водяного клона, и Суидаган, водяные снаряды. Вторую технику я даже изучать не стала - слишком хлопотно ее применять, да и скорость такого снаряда не выше скорости куная. Если противник не очень быстр, то от куная он уклониться не сумеет, а если же он быстрее, то эта техника уже не нужна...

Впрочем, я делала успехи на другом фронте, а именно - в менталистике. Когда Иноичи был в лагере, он вечерами потихоньку обучал меня. И уже не техникам для боевого применения, а более "мирной" менталистике: проникновение во внутренний мир, работа с чужими воспоминаниями, постановка закладок и перекраивание сознания. Объяснял все про эмоциональные привязки, про запечатление... Кажется, он слишком увлекся, ведь первоначально меня хотели обучать менталистике, чтобы спрятать информацию о клонировании - теперь же, кажется, из меня решили вырастить полноценного менталиста. Вот только практики в этом мне почти не давали, все же свидетелей много, но теорию Иноичи объяснял с радостью.

М-да, хороший стимул тренироваться. В тайдзюцу я ноль, в ниндзюцу есть только одна стихийная техника, две техники ирьедзюцу и три - гендзюцу... сильна я только в менталистике, да и то лишь сравнительно с остальными характеристиками. Такими темпами, если не стану сильнее, то войну не переживу. Так что мне надо срочно становиться сильнее, пока мне не додумались вручить протектор и направить на убой.

Вот с такими мыслями я и возвращалась с тренировки, полностью вымотанная. Чакра практически на нуле, и уверена, мне придется взять выходной в госпитале, а то и два, чтобы полностью восстановиться. Но успехи были - я в кои-то веки осилила запечатывание и распечатывание, и теперь не надо будет таскаться с рюкзаком. Наверное, именно из-за усталости и радости за собственные успехи я расслабилась и совершенно забыла о мониторинге обстановки. Подойдя к палатке Орочимару, я не раздумывая распахнула полог и зашла внутрь...

Чтобы застыть на месте.

Орочимару был не один. У него были гости, которых я еще долго предпочла бы не видеть. И если Джирайя был для меня сейчас безвреден, Минато вряд ли бы стал подозревать усталого ребенка, то последняя... Цунаде я боялась до сих пор.

До моего прихода тут велась какая-то оживленная дискуссия, но стоило только мне войти, все замолчали. Шиматта, и почему я сейчас не могу использовать эмпатию?

Они все сверлят меня взглядами. Что делать, а? Извиниться и уйти - не прокатит...Точно!

– То-сан, я закончила тренировку, - кивнула я Орочимару.
– Запечатывание и распечатывание у меня получилось освоить.

– А... Молодец, Хадзиме, - кивнул он. Эх, люблю я шокировать окружающих! Джирайя и Минато все еще молчат, а вот на лице Цунаде отражается такая буря чувств...

– Карада Хадзиме, верно?
– наконец интересуется она. Ой-ей... Что-то мне это не нравится.

– Хай, Цунаде-сан, - коротко поклонилась я.
– Для меня большая честь познакомится с вами. То-сан много о вас рассказывал.

На ее лице, наконец, четко выделяется только одна эмоция - злость. Ками-сама...

–

Орочи, пойдем-ка выйдем, - криво улыбнулась она. Ой, б...!

И вот уже минут пятнадцать мы наблюдаем за схваткой двух из троицы саннинов. Что характерно, Цунаде использовала только тайдзюцу, но из "то-сана" выбивали пыль, попутно объясняя в выражениях разной степени экспрессии, какой же он нехороший человек. И он учит меня непонятно чему, и эгоист он, и...

– Так ты и правда дочь Теншико, Хадзиме-тян?
– поинтересовался Джирайя.
– Ты сильно похожа на свою мать.

– Мне об этом постоянно говорят, Джирайя-сан, - улыбнулась ему я.
– Вы же тоже были ее другом, да?

– Да, - кивнул он.
– Она была хорошим другом...

Вот как? Ха.

Тем временем избиение "то-сана" закончилось, и Цунаде начала приводить его норму, попутно выговаривая за мое воспитание. Ну и женщина... Странная, однозначно.

– Ну и как тебе живется с... Орочимару, Хадзиме-тян?
– закончив все дела, поинтересовалась она у меня.

– Хорошо, - пожала плечами я.
– То-сан, он... Он сильный шиноби, и он заботится обо мне, и...

– Похоже, это у вас семейное, - вздохнула она. Кхем! Вот же женщина! Она присела на корточки и протянула ко мне руки. Ксо!

– Только без рук!
– отскочила я от нее. А Орочимару... расхохотался.

– Цунаде очень любит детей, - отсмеявшись, выдал он.
– Прости, что не сказал тебе раньше. Впрочем, вижу, ты и сама уже успела убедиться...

Зараза. Редкостная зараза.

***

Читая доклад из штаба на границе со страной Земли, Сарутоби морщился. Он приложил достаточно усилий, чтобы оградить лучшего ученого от влияния извне и избавить его от привязанностей - но, похоже, они все пошли биджу под хвост.

Карада Хадзиме. Еще одна из этой попортившей ему нервы семьи. По результатам наблюдения - слабый шиноби, что простительно из-за возраста, и потенциально сильный ирьенин. Печатей и закладок не обнаружено, и вряд ли "Пурга" привлекла бы к своей работе ребенка, так что за влияние можно не опасаться. А вот привязанности... После смерти своей любовницы его ученик стал слишком нестабилен, и любая сильная привязанность может полностью все изменить.

И ведь не устранишь же, Орочимару тогда просто слетит с катушек, а оно не надо. Может, влиять через нее? Закладки поставить явно не получится, наверняка наследник Яманака, дружный с ее матерью, уже установил защиту на разум. Тогда - влиять придется аккуратно, осторожными беседами. Можно даже чему-нибудь научить ребенка, чтобы привязать к себе благодарностью... Да, пожалуй, надо будет через какое-то время устроить для ученика краткую командировку домой, уж приемную дочь он одну на фронте не оставит.

Вывод? По возможности, через какое-то время дать ей протектор и посылать на миссии, как и остальных. Умрет - хорошо, нет - тоже сойдет. В любом случае, он в выигрыше, да и Коноха не особенно проиграет, если Карада Хадзиме пойдет по стопам своего приемного отца.

За Орочимару с этого дня придется следить гораздо лучше.

Глава 3.

А, ксо! Больно! От удара об дерево я утратила контроль над техникой, и Мейсай Гакуре, скрытый камуфляж, развеялся. Однако уже хорошо - целую минуту против нюха Тсуме, пряча свою чакру и удерживая камуфляж, не всякий генин сможет простоять.

– Я думала, ты умнее, Хадзиме, - усмехнулась нахальная Инузука. Ужу два месяца, если у нее есть свободное время, мы тренируемся вместе, и она учится разыскивать спрятанного противника, я - прятаться, а потом я тренирую скорость, а она, если я халтурю - тайдзюцу. Вот и сейчас я получила вполне слабый для моей шестилетней тушки, но достаточно болезненный удар.

– Думать - вредно, особенно тебе, - усмехнулась я, прорабатывая план действий. Далеко от Инузуки я вряд ли убегу, долго не протяну, мне же еще в госпиталь надо, и именно по этой причине я не могу тратить много чакры. Значит, надо заканчивать все быстро и экономить чакру... и я даже знаю, что мне сделать.