Шабаш
Шрифт:
Для блокирования такого огромного пространства нужно было не мастерство, а энергия блокирующего, поэтому Мэла боялась, что сил ее не хватит, и все разбегутся. Все же совету она последовала, и огромный трехэтажный дом, был полностью оторван от внешнего мира. Оставлять одурманенную любовью девушку, на попечение паука, было просто легкомысленно, поэтому Мэла достала из холодильника второй графин и немного плеснула в бокал. Подавая его Фиоре, она уверенно сказала: – Держи!
Девушка взяла стакан и грустно вздохнула: – От любви, нет средств! – но все же, сделала желанный глоток.
– Поверь мне, в твоем случае, средство есть! – и, взяв графин,
«Мэла, ну что ты опять ждешь?» – третировал ее паук.
«Успокойся, никто отсюда не выйдет, а приворот, нужно завершить! Кин сделал глоток, сейчас влюбиться!» – в нетерпении подалась она вся вперед. Но ничего не произошло, он, как каменный истукан, продолжал с вежливостью болтать со своей спутницей, зато ее реакция на зелье не преминула выявиться, бурной всепоглощающей страстью – она схватила Кина за рубашку и притянула к своим губам. Растерявшийся мужчина даже не успел удивиться, и уже был захвачен в плен неожиданного поцелуя. Мэла вздохнула от разочарования и повернулась к девушке. Фиора приходила в себя, и, осмысливая произошедшее, ужасалась своему поведению. Увидев, что Мэла смотрит на нее, она медленно стала пунцовой.
– Даже не знаю, что на меня нашло! – начала оправдываться она.
– Любовь! – напомнила ей ведьма.
– Но я его даже не знаю! – огорчилась, запутавшая в своих быстро меняющихся чувствах девушка.
– А он в вас, давно влюблен! – поделилась своими наблюдениями Мэла, но Фиоре от ее признания, кажется, стало еще хуже. Мэла решила больше не напоминать ей о случившемся и обратила свой взор на то, что происходило в гостиной. В зале творилось нечто неописуемое, какой-то парень налетел на Кина и крепким ударом в нижнюю челюсть послал его в нокаут на столик с колдовским зельем. Столик, графин и Кин оказались на полу.
– Черт! – выругалась Мэла и выбежала вместе с графином. «Что ж, теперь уже больше никто не влюбится» – крикнула она Манку.
«Мне, все равно!» – ответил паук и спрятался в одну из кухонных банок.
Разбираться с косвенно устроенной ей потасовкой придется одной. Мэла равнодушно обвела взглядом окружающее безумие. Девушка, из-за которой досталось Кину визжала и выкрикивала своему бывшему парню, что она его больше не любит. Кин, ошалело смотрел на происходящие, а многие парочки продолжали целоваться, свято веря, что в мире не существует никого кроме них.
Ведьма мысленно собралась с духом и, призвав к себе, все свое умение, навела на всю сумасбродную толпу дрему. Движения людей замедлились, они устали и все старались присесть отдохнуть.
– Так, а теперь, все влюбленные, сделайте по глотку! – и Мэла быстро прошлась по всем парам и подлила им в бокалы отворотного зелья.
– И запомните, все, что сегодня произошло за вечер, вам просто приснилось. А вечеринка прошла «как обычно»! – вспомнила так часто повторяющуюся в этом городе фразу. Любовное колдовство рассеялось, и люди одурманенные дремой собирались погрузиться в глубокий сон.
«Разгоняй их по домам! Хочешь, чтобы вся эта толпа здесь до утра разместилась?» – отозвалось в ее голове послание Манка.
Паук, нарушая все негласные правила, выполз из кухни к центру «бывшей тусовки», а теперь к центру массового сна.
– Смотрите,
белый паук! – заметил его кто-то, и крикнул так, что паника выхватила мирно дремавших людей из состояния ступора. Боязнь пауков пересилила истощившиеся силы молодой ведьмы и люди, вышли из-под ее контроля. От такого количества противоборствующей энергии перестало действовать и другое наложенное Мэлой колдовство, а именно – блокировка дома. Толпа орущих женщин, слабонервных мужчин ринулась из дома наутек, стойкие же, побежали догонять своих испуганных спутников, а люди без пары уходили потому, что вечер исчерпал себя, да и чувство стадности свербело в затылке и говорило, что пора бы убраться.«Манк, ну ты даешь! Люди, наверное, так при стихийном бедствии не бегут, как при виде тебя!» – пожурила она его за неожиданную развязку.
«Ты должна мне все лапы целовать! Как бы ты их отсюда выгнала?» – выпрямившись как струнка, продекламировал он.
«Не дождешься! Тем более что ты, весь непонятно в чем!»
«Вот всегда, сделаешь полезное дело, а поблагодарить забудут. – Театрально вздохнул он. – И я, между прочим, в муке, в ней просто утопаешь, а ее бархатистая нежная консистенция так и манит зарыться поглубже. Решено, пока мы будем здесь находиться, я частенько буду принимать мучные ванны!»
«Прячься уже, извращенец, пока кто-нибудь из ошалелых тебя не размазал по стене. Если бабушка узнает, что ты развлекаешься в муке, на порог нашего дома, ты точно больше не попадешь!»
Наконец, последний гость ушел и Мэла, осталась, наедине, с Кином, по его лицу расплывался багровый синяк.
– Ты видела паука? – спросил он, и тут же взвыл от боли.
– Нет! – солгала ведьма, ни капельки не сочувствуя ему. – Не обратила внимания, паук сам наверно такого столпотворения испугался.
– Хорошо, а то сбежала бы уже как другие. – С трудом выговорил он и начал подниматься.
– Я не боюсь пауков! – спокойно сказала она, как будто это было в порядке вещей.
Кин усмехнулся и подошел к зеркальному столику: – Ничего себе! – воскликнул он, увидев свое отражение. – Почему не сказала, что у меня фингал с футбольный мяч, срочно звони в больницу! – приказал он.
– Да, что вы так разволновались, я сделаю вам примочки, и утром все пройдет! – удивлялась такой изнеженности Мэла.
– Какие, к черту, примочки, у меня завтра фотосессия! Неси быстро лед! Звони в больницу, скажи, что сейчас приедем, пусть делают, невозможное! – бушевал он.
– Так что, в начале, лед принести или позвонить! – растерявшись, стояла она посредине комнаты.
Ее растерянный и смущенный вид привел его в чувство: – Иди за льдом, я позвоню.
Мэла вбежала на кухню, в которой, почему-то еще сидела Фиора.
– Мне нужно уйти из дома незаметно, минуя главный вход и охрану. – Жалобно проговорила девушка. – Ты знаешь почему. Здесь есть запасной выход? – отвлекала ее девушка.
– Нет, не знаю. – В спешке бросила она, даже не вслушиваясь толком в просьбу, и достав из холодильника лед, рванула к двери, и только у двери, ее отчаянная мольба была услышана, и этот крик о помощи она просто не в силах была игнорировать: – Кажется, я знаю другой выход отсюда, он на первом этаже, за гостевыми комнатами, найдешь сама? Спускайся по лестнице! – уже собираясь проводить ее и, напрочь, выбросив из головы, проблемы Кина.
– Найду! – обрадовалась она, готовая найти что угодно, лишь бы не видеться со случайной любовью. – Спасибо! – и быстро направилась на первый этаж.