Сфера
Шрифт:
– Согласен, – сказал агент и остановился.
– Мы подберемся к ограде метров на тридцать и с помощью хитрой коробочки будем ловить отладочные сигналы боевых машин.
– А откуда взяться отладочным сигналам?
– Механики в ночную смену будут тестировать недавно прибывшие машины. Работа у них срочная, поэтому будут трудиться сутки напролет, а наша задача перепрограммировать их навигаторы.
– Ага, чтобы они потом заблудились?
– Почти что так.
52
Работа оказалась несложной, поскольку Джек лишь присутствовал при этом
Так можно было лежать хоть три часа, если бы не холодный ветер со стороны гор. От него слезились глаза, огни базы расплывались и все это становилось похожим на какое-то представление.
Изредка из-за забора доносились голоса, механические звуки, вроде жужжащей дрели или гайковерта. Где-то слева вспыхивала сварка, видимо, там находился ремонтно-кузнечный цех.
– Джек, как у вас там? – спустя четверть часа, спросил Хирш, пользуясь дежурной волной.
– У нас порядок, командир, – ответил за Джека агент.
– Да, все нормально, – подтвердил Джек, стараясь, чтобы его зубы не стучали.
– Понял вас. Предположение есть, когда закончите?
– Полчасика… – после паузы ответил агент, как показалось Джеку, слегка раздосадованный вмешательством Хирша. Впрочем, Хирш оказался ни при чем, просто хитроумный прибор никак не хотел цепляться за очередной отладочный канал.
– Ну же, ну… – потряс коробочку агент.
– А далеко она берет? – шепотом спросил Джек.
– К счастью, не очень.
– Почему к счастью?
– Потому, что здесь нельзя использовать кодирование, сигнал идет открытым.
– Могут перехватить?
– Уже перехватили…
– Правда, что ли? – привстал Джек, разом забыв, что только что замерзал.
– Правда. Глушить начали, не могу на «сато» зайти.
– Там и «сато» есть?
– Восемь штук… Да что же ты не хочешь-то, а?
Джек вынул пистолет и, прижавшись к траве, стал озираться, но пока не было слышно ни приказов рассыпающейся цепи, ни лязга затворов и лая собак. Может, агент пошутил? Может, это у них юмор такой особенный?
– Есть, пролез… – сообщил агент и хрипло захихикал. – А то прямо нехорошо как-то. Я б сегодня не заснул, если бы не распечатал хоть одного «сато».
– А других распечатали?
– «Гассов» – да. Пять бортов уделали по полной, так что готовься бежать.
– Мы уходим?
– Нет, приятель, мы бежим так быстро, как только можем, – все так же шепотом произнес агент, потом резко вскочил и понесся обратно к воронке, где Джек спрятал своего «таргара».
– Тед! Мы отходим!.. – крикнул на бегу Джек, едва поспевая за агентом, полы плаща которого трепетали, словно флаги на ветру.
– Я уже понял, вижу вас… От базы идут преследователи – количество уточняется.
– Понял!
До «таргара» донеслись мигом, и агент, не останавливаясь, побежал дальше – к скутеру, а Джек быстро поднял кабину, дал «таргару» ход и, выбравшись из воронки, сообщил:
– Тед, я в машине!
– Правь в мою сторону, я понемногу сдвигаюсь к балке.
– Но там же мины!
– Это единственное укрытие, а они приближаются очень быстро.
– Сколько их?
– Пока четыре борта. Это «гассы», Джек.
– Ах,
как они не вовремя! Запроси агента!– Уже запросил. Он отсидится в кустах, пока мы будем отрываться.
– Приятно слышать. Тогда полный газ…
Яркая панорама инфракрасного экрана скакала перед глазами, и временами Джеку казалось, что он теряет ориентацию – даже показания приборов выглядели бессмысленными, но затем он встряхивал головой, бросал взгляд на окошко радара, где, растягиваясь в цепь, двигались «гассы», и старался не думать о том, что им с Хиршем делать, если противник ударит ракетами, ведь у них не было ни одного пээрзэ.
Сверкнула яркая молния, желтая на экране и голубоватая в реальном цвете. Это ударил гуасс Хирша.
– Попал? – спросил Джек, но Хирш не успел ответить, когда ответили «гассы». Их снаряды взметнули землю с недолетом метров в тридцать, накрыв «таргара» комьями мокрой земли и длинными корневищами трав. Затем ударили их пулеметы, скорее для освещения поля боя, и расходившиеся веером трассеры освещали все ярко, как на городской улице.
Джек увидел «грея», который вприпрыжку скакал чуть впереди и левее.
– В балку, Джек!
– Давай!
Машины соскочили в огромную канаву и, разбежавшись, насколько это было возможно, по заросшему кустарником дну выскочили на левый склон, чтобы избегать перетяжек. И хотя легкие машины были более проворны, чем «гассы», на противника работало знание местности, где он отлично ориентировался даже ночью по приборам.
– Сдается мне… что они нас сейчас перехватят там – у поворота!.. – крикнул Джек, больше по памяти вспоминая маршрут, чем ориентируясь по карте. Ну какая тут карта, если по машине хлещут кусты, а над головой то и дело проносятся трассеры.
Пару раз противник уже бил бронебойными, а какова их мощь, Джек недавно проверял на броне «стрейлисов». Но «стрейлисы» были покрепче, у «таргара» шкура тоньше!
Щелк! Бам! – Джек видел, как по скакавшему чуть выше «грею» ударили пули, выбив искры и уйдя в рикошет. И тут же – бам-трах! Врезали по опорам «таргара». Мигнула лампочка потери масла, но тут же погасла. Что там случилось? Может, масло хлещет, а сорванный датчик ничего не показывает?
Мысли одна неприятнее другой замелькали в голове. Камера заднего вида уже устойчиво выхватывала то одного, то другого «гасса», которые поддерживали свой напор турбинами накачки, отчего в инфракрасном режиме становились похожими на фонтанирующих огнем монстров.
53
Освоившись в погоне, «гассы» стали спускаться на склон, откуда скачущие цели были видны лучше.
Ударила семидесятка, но с большим перелетом, зато второй выстрел угодил точно под опоры «грея», подбросив семитонную машину и швырнув ее на дно балки.
– Тед!.. Те-е-ед!.. – закричал Джек в отчаянии, понимая, что вдалеке от базы им никто не поможет. Да и как тут помочь, если их преследовала группа по огневой мощи, едва ли не равная всем стволам их базы!
Почуяв поживу, «гассы» еще дважды ударили из пушек, целясь в свалившегося «грея», и Джек взвыл от боли, как будто это его рвали осколки снарядов. И понимая, что терять уже нечего, он резко развернул машину и погнал навстречу «гассам». Те с запозданием ударили из пулеметов, но за контратакой шустрой машины не поспели.