Сердцеед
Шрифт:
– Я выйду на пять минут.
– Хорошо. – Согласилась мисс О'Коннели, которая давно поняла, что, несмотря на хрупкость, эта девушка не желала принимать чью–либо помощь.
Бонни Блум – умела терпеть. Это квёлое и беззащитное дитя: молчало, убивалось от отчаяния, плакало и стирало себя в пыль, но делало все это в упрямом одиночестве, что руководствовалось вовсе не гордыней, а заботой о других. О людях, на чьи плечи она не смела переложить свои тяготы и заботы.
А потому, все что могла ей предложить мисс О'Коннели – это свою компанию, заботу и объятия, в которых Бонни, пусть и на мгновение, ощутила бы утешение. А так же работу, кружечку кофе и лишний перерыв, чтобы Блум хоть немного
??????????
ПРИМЕРНО 5400 ГОД ДО Н.Э.
ПОСЕЛЕНИЕ СИН–РУТ
??????????
Бесконечное поле, которое так жаждало влаги, золотилось в зное летнего дня. Прогревая жаром потрескавшуюся землю, лучи палящего солнца беспощадно измывались над молодой парой, которая, несмотря на усталость, улыбалась горизонту, где их ожидал "дом".
Испарина, орошала лицо и тело. Ноги ныли от усталости и боли, что переносили стёртые в кровь мозоли. Неимоверно сильно хотелось пить, есть, и устроить привал в какой-нибудь тени, но все это было второстепенным. Пара спешила вперёд, туда, где в низине, окружённой лесами и океаном, раскинулась деревушка, обещавшая им новую жизнь. Поселение, которое даст им шанс пустить свои корни.
– Господи, Зед! – Заприметив первые макушки сколоченных крыш, воскликнула девушка, ускорив шаг. – Посмотри на это! – Распахнув глаза, Ориэль подпрыгнула от восторга, из-за чего ее пшеничные локоны, разлетелись в буйном танце. – Ещё немного и мы наконец–то обретём свой дом!
Остановившись и водрузив подбородок на корягу, Зедекия с восхищением смотрел на блондинку, которая была смыслом его жизни. Светлая мыслями, чистая душой и прекрасная, как внешне, так и внутренне – Ориэль была его путеводной звездой в этом мире тьмы. Солнцем, что согревало его сердце и душу. Она была его все!
– Разве это не удивительно!? – Обернувшись в сторону мужчины, прохохотала девушка, у которой открылось второе дыхание.
Подбежав к Олдриджу, она нетерпеливо схватила его за руку и потянула вниз по холму, навстречу к их мечте.
– Мы построим небольшой, но уютный домик. – Мечтательно протянула Ориэль, не сводя глаз с поселения, где бурлила жизнь, наполненная голосами торговцев, детей и криками скота. – Я буду готовить тебе похлёбку, печь хлеб и наполнять дом ароматами цветов. А ты… – Девушка остановилась и посмотрела с обожанием на Зедекию. – Ты будешь творить свои удивительные вещички из дерева. Такие, за которыми люди будут съезжаться из соседних поселений!
Зедекия в смехе покачал головой, встречая упрямый взгляд Ори, которая не собиралась мечтать приземлено.
– А потом… – Приблизившись к шатену и запустив его руку себе на талию, улыбнулась блондинка. – Потом я рожу тебе сына! Такого же великолепного и крепкого, как ты. С глазами, цвета весенней листвы и пряной мяты.
– Ты все распланировала за нас двоих? – Широко улыбаясь, своим смуглым лицом, что было обласкано полевым ветром и летним солнцем, уточнил мужчина.
– Конечно! – Улыбнувшись самой обворожительной улыбкой, ответила Ориэль. – Но после твоего вопроса, у меня складывается впечатление, что у кого-то были другие планы.
Поправив растрепавшиеся локоны блондинки, Олдридж с нежностью коснулся женской щеки, своей мозолистой ладонью.
– Вообще-то, да… – Согрев лицо Ориэль теплом изумрудных глаз, ухмыльнулся мужчина.
– Серьезно? – Удивлённая тем, что Зедекия мыслил иначе на счёт их будущего, спросила растерянно девушка.
– Угу, – Промычал шатен, кивая головой и старательно сдерживая улыбку. – Ведь
я хочу ещё и дочь.Смех Ориэль, подобно перезвону колокольчиков, наполнил знойный воздух прерий.
– Я люблю тебя, Зедекия. – Обхватив лицо мужчины, с нескрываемым счастьем, призналась блондинка. – Люблю так сильно, что подарю тебе и сына, и дочь. И всю себя!
Прильнув к Олдриджу, Ориэль положила голову на мужское плечо и с надеждой посмотрела на Син-Рут. На поселение, что пророчило им счастливое будущее.
??????????
НАШИ ДНИ
СИН–РУТ
??????????
– Вот и все! – Самодовольно выпятив грудь, воскликнула Анаэль. – Я так и знала, что смогу переубедить ее! Она же ещё такая молоденькая! И ее сердце не полностью увязло в грязи. Пару верных решений и ее кровь станет мелодично журчать, как воды Кефисоса. (прим. автора: река в Греции)
Посмотрев на Зедекию, блондинка энергично опустилась на скамью рядом с ним. С мужчиной, что напоминал живую статую, чьи эмоции жили под каменным панцирем его тела.
Глядя на городскую часовню, Олдридж безо всякого интереса слушал щебетание Анаэль, которая гордилась проделанной работой и была искренне счастлива, что девушка передумала делать аборт. В то время как он сам, считал это пустой тратой времени. Такие сердца, за которые боролась блондинка, не были достойны его внимания. Светлые, не увязшие в грехах и пороках – они не были очернены даже наполовину своего существования. Однако переубеждать Ани в этом вопросе, было энергозатратно и бессмысленно. А потому, Зедекия лишь изредка напоминал ей, что помимо альтруистических порывов, она должна выполнять основную работу, которую ей поручило ее призвание.
Вздохнув, Олдридж пробежал взглядом по небосводу, что привычно для Син-Рута был затянут облаками, скрывая от жителей города малейший намек на солнце. Заметив движение рядом с больницей, откуда недавно вернулась блондинка, мужчина одобрительно кивнул Дине. Подруге, что шагая в их сторону, доедала сердце старушки, которая без малейшего зазора совести проводила операции тем, кто оступился с верного пути.
– Почему сердца детоубийц всегда такие кислые? – Поморщилась "Пламя", высовывая язык. – Ощущение, что мне в рот засыпали мешок лимонной кислоты!
В отличие от подруги, Дина справлялась со своей работой великолепно. Внутри нее не было того нелепого лучика надежды, что искал в каждом грешнике путь к исправлению. Огненная кара, предпочитала подогревать людские пороки, помогая сердцам жертв облачиться в кромешную тьму.
– Не знаю, – Недовольно отвела взгляд блондинка, но потом, вспомнив о спасенной жизни, с былой энергией вновь посмотрела на подругу. – Зато я уберегла от смерти прекрасного малыша! А ещё, помогла не стать чернее сердцу его матери! Ты слышала, как прекрасно они стучат в унисон?
И хотя эта победа приносила Анаэль радость, девушка не могла отделаться от оскомины разочарования утраченной души. Женщины, которую она так и не смогла переубедить оставить свою работу. Прекратить убивать детей и временами их матерей, оправдывая алчность и сребролюбие, свободой выбора и заботой о загубленных судьбах.
– Поздравляю! – Закатив глаза и скрестив руки на груди, фыркнула Дина. – Но знаешь, почему ее малыш будет жить? Потому что я хорошо выполняю свою работу. – Недовольно посмотрев на подругу, "огненная" красавица подбоченилась. – Пока ты спасаешь внутриутробных младенцев, я давлюсь всякой падалью! У меня уже желудок от изжоги сводит. Отрыжка, словно бы мышь тухлую проглотила!