Сердце Триединства
Шрифт:
Аллибертия скривила недовольное лицо, но промолчала, признавая правоту Предводителя.
— Единственный выход — чем-то пожертвовать, — произнесла Киара Тормента. — Если вы хотите добиться хоть какого-то успеха.
Все посмотрели на нее.
— Это чем же? — поинтересовался Герпетон.
В его голосе сквозил скепсис, но Торменту это не смутило.
— Одной из целей, — ответила она. — Если собираетесь и дальше играть по своим правилам, придется смерить аппетит.
В комнате воцарилось молчание. Остальные Властители обдумывали это неожиданное
— Я так понимаю, ты имеешь в виду цель Алголя и Мориона, — протянула Аллибертия. — Ту, что для нас наиболее опасна? — красные глаза сверкнули. — Плохая идея.
— У тебя есть получше? — спросила Киара. Не дождавшись ответа, она прибавила: — Другого варианта все равно нет.
— А что по твоей задумке она станет делать, когда мы приступим к операции? Стоять и смотреть? Так ты себе это представляешь? — поинтересовалась Аллибертия с насмешкой.
— Нет. Нужно, чтобы кто-то ее занял, пока все не кончится.
— Кто, например? Использовать рядовых гильдийцев — значит обрекать их на смерть. Будет непросто найти идиотов, которые на такое согласятся. Достаточно сильных к тому же, — прибавила вампир. — От слабых проку нет — они долго не продержатся.
Вместо ответа Киара перевела взгляд на зализанного мужчину. Предводитель тоже посмотрел на него. В желтых глазах отразилось понимание. Серовласый сперва в недоумении глядел на главу, затем повернулся к Торменте. Мгновение спустя он вновь смотрел на Герпетона.
— Нет, — произнес он с нажимом, растягивая гласную.
— А мысль неплохая, — задумчиво проговорил глава, словно не слыша Властителя. — Насколько я помню, их там немало. Сколько?
— Больше половины, — выдавил зализанный, сдерживая раздражение. — И вы представления не имеете, как много времени мне потребовалось, чтобы собрать их!
— Вряд ли дольше, чем я живу, — бросил Герпетон. — Они нужны нам для важной миссии, что переломит ход войны. Возможно, твои марионетки даже смогут справиться с целью, учитывая, в каких условиях им придется сражаться. Но если нет, то хотя бы задержат и дадут нам время.
— Как все просто у тебя получается, — процедил зализанный, отбросив вежливость. — Когда я присоединился к Гильдии, мы условились, что я буду действовать скрытно, не подвергая опасности себя и моих кукол. И что же теперь? Я должен по одному твоему слову пустить в расход шесть великолепных экземпляров?
— Ты не со мной договаривался, если не помнишь, — отрезал Герпетон.
— О, я-то это как раз отлично помню, — ядовито проговорил Властитель. — А вот ты, похоже, забыл, в каком праве был всего пять лет назад!
Лицо Герпетона потемнело. Напряжение вокруг стола стало почти осязаемым. Даже Тормента, которую мало что могло смутить, почувствовала себя неуютно.
Внезапно раздался громкий хлопок, и все невольно дернулись — Аллибертия ударила ладонью по столу.
— Прекратите, оба! Нашли время препираться! — гаркнула она. — И так времени в обрез!
— Значит, ты тоже считаешь, что я должен пожертвовать моими куклами по первому требованию? — переключиться на нее зализанный.
— Протей,
остынь! Успеешь еще наверстать свою коллекцию. Грядет большая битва, не забыл? Вот и выберешь себе среди пленных всех, кого пожелаешь.— Почти всех, — поправил Герпетон. — А так — конечно. В пленных у нас недостатка не будет. Так что скажешь? — обратился он к Протею. — Вопрос исчерпан?
Зализанный по-прежнему выглядел недовольным, но ничего не возразил. Глава решил счесть его молчание за согласие.
— Хорошо, тогда я утверждаю этот план. Предлагаю обсудить…
— Подожди-ка! — прервала его Аллибертия и посмотрела на Киару. — Тормента-то все еще одна! Кто предоставит поддержку ей?
— Я сама справлюсь, — ответила Киара. — По плану там никого не будет, кроме…
— По плану, — язвительно сказала вампир, — нас должно быть на трое больше. Однако как видишь… — она развела руками и не договорила.
— Аллибертия права, — произнес Герпетон, — тебе нужен напарник. Мы не можем упустить еще одну цель, если что-то опять пойдет не так. Есть идеи, кто бы мог оказать тебе поддержку?
Киара не замедлила с ответом:
— Моя семерка.
Герпетон задумчиво посмотрел на нее, поняв, о ком идет речь.
— Но они ведь еще не закончены, — сказал глава.
— К такому заданию они готовы, — отрезала Киара. — Их подготовки достаточно, чтобы справиться с магами.
— Что ж, — произнес Герпетон, — это твоя команда. Тебе и решать.
— Надеюсь, ты своих подопечных не переоцениваешь, — заговорила Аллибертия, мило улыбаясь Торменте, — и они не перемрут все, а наша миссия не провалится.
— Не беспокойся, — сухо отозвалась Киара. — Я никогда никого не переоцениваю.
Час спустя, пройдя лабиринтом коридоров лестниц, Тормента оказалась в громадном зале на широком балконе почти под потолком.
У парапета стоял предмет, напоминающий большой саркофаг. Над ним склонился светловолосый юноша в темной одежде. Он смотрел вниз за перила, откуда доносились крики, возгласы, звон стали, рев и грохот.
Парень был настолько увлечен происходящим, что не заметил появления Киары. Лишь когда она подошла почти вплотную, он вздрогнул и обернулся. Увидев Торменту, юноша широко улыбнулся, показав ряд заостренных зубов. Несмотря на это, его улыбка не стала менее обаятельной и дружелюбной. Киара на этот приветливый жест даже не кивнула. Она посмотрела вниз с балкона.
Там разворачивалось настоящее сражение. Мужчины и женщины, одетые в серые облегающие костюмы и вооруженные разнообразным оружием, дрались с очень странными врагами. Их противниками были каменные чудовища. Они швыряли в людей булыжники и пытались догнать, но оказывались слишком медлительными. На человека эти ходячие статуи проходили мало, а ростом не превышали самого высокого из команды — крепко сложенного парня с обритой головой. В этот момент тот подскочил к одному из големов и мощным ударом снес каменную голову большим топором. Топор в другой руке взметнулся следом и разрубил тело пополам. Фигура развалилась на обломки.