Сердце шторма
Шрифт:
Они быстро спустились по лестнице в тень прохладной улицы. Мануэль указал направление и уверенно пошел в сторону сада, иногда отвлекаясь на какой-нибудь примечательный дом и рассказывая старинные байки.
— О, я знаю! — подключилась к рассказам Вера, когда они миновали площадь Республики и Мануэль указал на темнеющий впереди ботанический сад. — Акведуки в саду на самом деле не римские, они были построены уже при менторе
— И одному только Диогу известно, скольких он сожрал при отборе, посчитав недостойными.
Они рассмеялись. Мануэль внимательно следил за идущей впереди девушкой. Пытался уловить хоть что-то. Подозрительный взгляд, мимолетный испуг, удивление в конце концов: шутку про Диогу он сказал совершенно без акцента и даже с привычными интонациями. Неужели ей так не хватает простой романтики, что, получив повод, она моментально забыла обо всем остальном. Или что-то другое заставляет ее игнорировать «ошибки» и отводить взгляд.
— Удивительный город. Я всю жизнь жалею, что не родился колдуном. Мне было бы здесь совершенно замечательно, — весело болтал он. Все меньше и меньше изображая испанца. Вера совершенно искренне продолжала любезничать с Мануэлем, напрочь игнорируя подсказки и тревожные сигналы.
— О, тут есть смотровая площадка. — Девушка потянула испанца в проход между домов. — Она мне особенно нравится, на этой высоте кажется, что ты просто паришь над городом.
Вера отпустила руку своего кавалера и подошла к парапету. И стала смотреть на ночной город, на небо. Даже не оборачиваясь. Педру начало раздражать подобное… Нет, это даже не легкомыслие. Это просто глупость. Он подошел ближе. Почти вплотную.
— Красиво.
— Очень, — прошептал Мануэль низким рычащим голосом над самым ухом девушки. Он взялся руками за ограждения, отрезая ей путь к отступлению, и легонько коснулся губами шеи над шелковый шарфом, — красиво.
Даже если бы Вера не была обученной колдуньей, даже у простой девушки все инстинкты должны уже вопить: «Опасность», «беги!»
Но Вера не проявляла ни беспокойства, ни смущения. Только ощущение тихой, почти влюбленной радости и стучащее резонансом сердце подмывало продолжать игру. Но такого она не простит.
Поэтому пора указать на ошибку. Педру начал медленно сбрасывать маску Мануэля, выпустил когти и удлинил клыки.
Вера обернулась, увидела его лицо и… улыбнулась.
— Хорошая игра, ментор. — Она легким движением сняла с Педру бафф, и его длинные волосы рассыпались по плечам.
Педру тряхнул головой, заставляя взлохмаченную гриву принять более-менее приличный вид.
— Взаимно, — оценил он старания колдуньи. Раскрыла она его не в последний момент, но не выдала себя. — Вы меня узнали. Как? И когда?
— Сразу, как вы пришли. Я ведь вас чувствую, помните, — девушка совершенно искренне улыбнулась.
Педру отступил и вытащил из-под футболки крест. В сочетании со стенами и контролем, амулет пока еще вполне мог скрывать его от Веры.
— Хорошая попытка, давайте честнее.
— Ладно… — она на миг
задумалась, потом захлопала ресницами, снова изображая смущение. — Моя любовь к вам так сильна, что мне хватит и взгляда, чтобы узнать вас среди тысяч испанцев.— Больше похоже на правду. А еще честнее?
Вера схватила рукав его куртки и потянула вверх, заставляя поднять руку.
— Кольцо. Вы даже не пытались прятаться.
— Чтобы спрятаться на студенческой вечеринке, достаточно прийти после открытия второй бутылки портвейна. Никто уже не станет смотреть на кольца, — кивнул Педру. — Неплохо. Я уже почти успел разочароваться в вас. А вы просто решили подыграть.
— И вы прямо-таки не поняли этого?
Педру неопределенно пожал плечами.
— Скорее, я ожидал немного иной реакции. У вас начинают получатся хорошие «стены».
Они немного постояли в тишине, смотря на город.
— Но вы поступили опрометчиво. Если бы я был демоном? Или чужаком? Что бы вы сейчас делали?
— Звонила бы в колокол на башне, пока поднятые по тревоге студенты отбивались бы от вас на площади «Инков». Нет, ментор, вы даже не представляете, насколько разумным было мое решение пойти с вами… устроите им взбучку?
— Нет, зачем. Я пришел повеселиться. Но рад, что вы хорошо показали себя.
Он уже собирался уйти, как новая мысль пришла в голову.
— Вы ведь не собирались там оставаться?
— Нет.
— Вы вообще не собирались туда идти?
— Нет.
— Вас привели сограждане, под страхом изгнания?
— Да, можно сказать и так, — Вера скрестила руки на груди и села на парапет. Выглядела она уставшей, хотя физического истощения не чувствовалось. — Это был мой праш, ментор. Вы же знаете своих студентов. Они всегда тыкают в слабое место. Моим посчитали парней. И велели «склеить кого-нибудь» на вечеринке. Бесенка приставили следить, чтобы я честно изображала девушку, а не пыталась договориться.
— И вы, увидев меня, решили, что это отличный способ сбежать побыстрее, да еще и с легкой руки пройти испытание. А бесенка сбили резонансом, чтобы не тащился дальше положенного. Очень тонкий контроль. После вина?
— Вино влияет, но пары капель на губах все же недостаточно. Я не пила, ментор.
— Но учли, что я почувствую запах. Хорошо. Что касается праша, вы хоть понимаете, как сжульничали?
— В чем? Меня не ограничивали в средствах, которые можно использовать для достижения цели, — Вера хитро улыбнулась.
Педру не выдержал и засмеялся. Давно ему не было так интересно в студенческих играх. Пожалуй, со времен проверок дона Криштиану, который мастерски умел плести интриги с юных лет. Педру слишком привык к безыскусным студентам Академии и почти позволил себе забыть, что у других игроков тоже есть свои мотивы.
— Но как ваши сограждане убедятся, что свидание действительно было? Бесенка вы прогнали.
— Эта пузатая мелочь чувствительна ко лжи, скорее всего допросят меня, при том же бесенке. Или кого из слуг позовут. И будут спрашивать, как мне понравился испанец.