Чтение онлайн

София была накрашена и одета в униформу – черное короткое платье с расшитым блестками лифом и высокие черные кожаные сапоги. Сейчас клуб пустовал, было холодно. Ничего, через несколько минут танцпол заполнится сотнями гостей, а София будет шесть часов подряд носиться от столика к столику, ставя рекорды по марафонскому бегу на высоких каблуках. Впрочем, Рене за барной стойкой приходилось не легче. Помимо своей обязанности разливать тысячи напитков, она занималась и физическим трудом – каждый час пополняла запасы бара и ловко управлялась с парнями, которые липли к ней. Рене вытягивала из них гигантские чаевые, с помощью которых оплачивала свои счета.

– Со мной никогда в жизни такого не было, – сказала София. – Это просто ужасно!

Она

ожидала услышать от Рене дежурную фразу: «Ничего страшного, со всеми бывает», но та неожиданно сказала:

– Кто знает, возможно, нет худа без добра.

– С чего бы?

– Приготовься, сейчас я процитирую Будду: «В конечном счете только три вещи имеют значение: как сильно мы любили, как скромно жили и с какой легкостью мы отказывались от ненужного».

– Предлагаешь мне жить еще скромнее? – со смехом спросила София.

Они частенько обсуждали, не пора ли завязывать со своей мечтой, но каждый раз убеждали друг друга предпринять еще одну попытку.

– По-прежнему собираешься в Лос-Анджелес? – спросила Рене.

София планировала через месяц поехать в Голливуд на кастинг для съемок в пилотном сезоне [13] . Агнес уже устроила ей несколько прослушиваний. Правда, для этого пришлось бы временно остаться без работы, что означало бы существенную прореху в бюджете Софии. Но как говорила Агнес: «Сейчас или никогда». Правда, после сегодняшнего провала Софии казалось, что ее актерская карьера лучше всего описать по-другому: «Сейчас и никогда».

– А как твои дела? – спросила София у Рене. – У тебя ведь тоже было прослушивание на этой неделе?

Колонки взорвались оглушительной музыкой. София и Рене обернулись и помахали диджею Скьяле, которая настраивала свой пульт. Напротив стойки диджея высились платформы с шестами для танцоров. Прямо под платформами стояли столики для вип-посетителей клуба. Остальные столики располагались по всему танцполу. Иерархия сидячих мест определялась только одним – расположением и еще раз расположением. Чем ближе к диджею, тем лучше столик, тем роскошнее клиенты, тем больше чаевые.

– Меньше слов, больше дела, – прогудел Винни Кардинале – сорок пять лет, облегченная версия торонтского Тони Сопрано. Толстый, лысеющий любитель рубашек из полиэстера, по совместительству владелец «Давки» и вот уже как три года работодатель Софии. Рене без лишних слов налила ему виски. Винни манерно выпил, почмокав губами. – То что надо! – сказал он. – Рене, я слышал, ты едешь в Лос-Анджелес?

– Погоди, ты едешь в Лос-Анджелес? – опешила София.

– У нашего Бобби очень длинный язык. – Бобби был вторым барменом в клубе. Выходит, он тоже все знал? – Я как раз собиралась тебе рассказать, – прощебетала Рене, взглянув на вытянувшееся лицо Софии. – Честное слово, все решилось только вчера!

– Что решилось?

– Сколько тебя не будет? – перебил Винни.

– Месяц. Вернусь ко Дню Канады [14] . Если не случится ничего особенного.

– Например?

– Например, я прославлюсь, и ты больше никогда меня не увидишь.

– Вздор! – воскликнул Винни. – Если ты прославишься, то я перееду в Лос-Анджелес и ты дашь мне работу. – Он оглушительно расхохотался над своей несмешной шуткой. В этом был весь Винни. – Открываемся через пять минут. София, сегодня работаешь в первой секции. И не говори, что я ничего для тебя не

делаю!

Первая секция была настоящим аквариумом с акулами, зато чаевые там бывали просто фантастические. София глубоко вдохнула, пытаясь найти свою внутреннюю суперженщину. Она сможет с этим справиться – она сможет справиться со всем на свете!

Винни продолжил обход, проверяя все места и персонал перед началом вечеринки. Рене наполнила раковину льдом, загрузила дополнительную порцию пива в холодильник, стоящий за баром.

– Да это так, ничего особенного, – сказала она Софии. – Просто реклама водки «Скай» [15] .

– Да ты что?! Поздравляю! Это же просто фантастика!

Это была чистая правда. Судя по всему, Рене понравилась реакция Софии. Она заулыбалась, не скрывая переполнявшее ее счастье.

– Это отличные деньги! И популярность! Я уверена, это только начало моей карьеры! Ты извини, что я тебе сразу не рассказала, просто твоя полоса невезения затянулась так надолго, что мне не хотелось тебя огорчать.

– Ты с ума сошла! Я счастлива за тебя.

– Все нормально, София, можешь не извиняться. Ревность заложена в человеческой природе.

– Честное слово, я нисколько не ревную, – сказала София. – Наоборот, я очень рада! Здорово, выходит, мы будем в Лос-Анджелесе в одно и то же время!

Рене кисло кивнула:

– Вообще-то, я буду очень загружена, но мы, конечно, как-нибудь пересечемся.

То есть – дружба врозь? В самом деле? Видимо, после получения грандиозного предложения Рене мгновенно пересмотрела свое мнение о Софии. Неужели теперь она видит в ней всего лишь жалкую и прилипчивую неудачницу, ничем не выделяющуюся из толпы тех, кого она обставила на пути к славе?

– Что ж, от пива «Молсон» до водки «Скай», то есть от пяти процентов спирта к двадцати. Выходит, в мире алкоголя ты выросла сразу на пятнадцать процентов! – с улыбкой сказала София. Однако Рене почему-то не оценила ее комплимент. София совершенно не думала ее оскорблять, она хотела лишь пошутить и надеялась, что Рене правильно ее поймет. – Как думаешь, можно мне тоже встретиться с командой «Скай»? – спросила она. – Ты ничего не потеряешь, если просто спросишь обо мне.

– Да, конечно, – ответила Рене. – Не знаю, правда, будет ли у них время. Я спрошу, но ничего не обещаю.

– Хорошо, – согласилась София.

Диджей Скьяла включила запись. Верхний свет погас, вспыхнули светодиодные огни. Клуб открылся. София улыбнулась Рене и с облегчением покинула бар, чтобы заняться своей частью зала. Разговор с Рене испортил ей настроение. София поклялась себе, что если она когда-нибудь добьется успеха, то обязательно останется щедрой и великодушной. А сейчас ей предстояло смириться с горькой правдой. Рене была права. Она ревновала, она буквально умирала от зависти. Оказывается, можно радоваться чьим-то успехам – ведь София была искренне рада за Рене – и при этом мечтать оказаться на месте победителя. Несправедливо так думать, но разве жизнь справедлива? Ты можешь быть новой Мэрил Стрип, но если не добьешься успеха, то мир об этом никогда не узнает. Но справедливо и обратное – у тебя может быть талант, как у куска мыла, но если ты приглянешься нужному и влиятельному человеку, то дело сделано – здравствуй, слава!