Размах крыльев
Шрифт:
Люцифер замолчал, и мне совсем не понравилось, как он на меня смотрит. С толикой брезгливости, что ли, как на нищенку, которой нужно подать милостыню, но очень не хочется этого делать.
– Ты сама придешь ко мне. Будешь умолять о близости. А я еще подумаю, соглашаться ли. Ты не знаешь, от чего сегодня отказалась. Я бы мог стать твоим покровителем. Даже не представляешь, как многие добиваются этой чести. Но с этого момента не советую обращаться ко мне за помощью.
Да я и не собираюсь, хотела ответить, но не успела. Исчезло море и шелест волн, смолкла музыка. Солнце потухло на небосводе, погружая меня в темноту и
Очнулась я на собственной кровати в своей комнате. Рядом посапывал Видий – один из моих верных горгулий. Лемех установил новые правила, что теперь каждую ночь кто-то из них несет вахту в моей комнате. Я же заставила себя выучить их имена. Правда вахта носила условный характер, потому что уж очень охочи горгульи до сна оказались. Что Лемех дрых, из пушки не разбудишь, что этот спит себе и в ус не дует, да еще и довольно причмокивает во сне. Но так даже лучше для меня, да и, как выяснилось, от постороннего вторжения дежурство не останавливает.
Чувствовала я себя не очень. Какая-то гадливость осталась в душе после встречи с Люцифером, с примесью страха. Росла потребность с кем-то поделиться переживаниями, посоветоваться. Только вот кто мог сгодиться на эту роль? Василисе я вряд ли рискну рассказать, что отвергла самого повелителя, каковым его тут считают. Ведьма точно меня не поймет, да еще и дурой набитой назовет. Что-то мне подсказывало, что на плотскую сторону отношений мужчины и женщины у этой красивой в ночном обличье ведьмы более чем свободные взгляды. Федор тоже не годился на роль исповедника, потому как его я считала мужчиной и рассказывать о таком мне бы стало элементарно стыдно. Про Лемеха даже не думала, зная, какой он паникер. Тут уже одним дежурством в моей комнате и задвижкой на двери дело точно не ограничится.
Впервые с момента моего пребывания тут мысль об обычном человеческом общении так отчетливо резанула мозг. Вот чего мне ужасно не хватало! Я тосковала по посиделкам с подругами, по сплетням в рекреациях института, по задушевным беседам с мамой на кухне… Но ведь тут есть люди, и я могла бы попытаться с кем-нибудь из них сблизиться. Правда дикие они все какие-то, но, кто знает, возможно, у меня и получится расположить к себе кого-нибудь. Но и в этом вопросе я опасалась действовать самостоятельно. Не стану же снова приставать с вопросами к первым встречным, слоняясь без дела по комнатам и коридорам. И вот тут Лемех как нельзя лучше остальных годился на роль советчика.
Утром, первым делом, еще до принятия ванны, я заговорила с моим слугой о вопросе, что буравил мозг всю оставшуюся ночь, так и не дав нормально поспать.
– Лемех, мне нужна твоя помощь, - выловила я его, когда он распекал Тинка, самого нерадивого, как он считал, из моих горгулий.
– В чем именно? – с неохотой откликнулся он. Я ему явно помешала насладиться процессом воспитания.
– Хочу, чтобы ты посоветовал мне, с кем из людей можно тут познакомиться?
– Это еще зачем? – как обычно, когда ему что-то не нравилось, вытаращился на меня Лемех.
– Ну как ты не понимаешь! – взбеленилась я. – Я соскучилась по болтовне, сплетням. Мне этого ужасно не хватает. Хочу хоть иногда разговаривать с людьми, понимаешь? Вы все замечательные, но вы...
– Не люди, - кивнув, закончил он за меня. – Хорошо. Завтра сходим на невольничий рынок.
– Куда? – теперь настала моя очередь округлять
глаза.– Невольничий рынок. Там ты выберешь себе подходящую девушку. Она станет тебе прислуживать, ну и… наобщаетесь.
Лемех уже не обращал на меня внимания, ринулся распекать еще кого-то, а я так и осталась стоять с открытым ртом. Невольничий рынок?! Неужели там людей продают, как вещи на барахолке? И я буду ходить, с деловым видом выбирать себе такую «вещь»?
Все утро я ни о чем не могла думать, кроме невольничьего рынка. Даже встреча с Люцифером и его угроза отошли на второй план. Отправляясь на занятие с Василисой, я продолжала муссировать в голове мысль, что так не должно быть, что давно прошли те времена, когда людей сбывали с рук самодовольные толстосумы, кого подешевле, а кого подороже, когда им заглядывали в рот и пересчитывали зубы, как племенной лошади. Как может кто-то распоряжаться так чужими судьбами? Уже то, как люди попадают сюда, не является нормальным или естественным.
– Отказываюсь в это верить!
Такими словами я встретила Василису, когда та появилась в беседке, немного запаздывая. Фраза являлась всего лишь отражением моих безостановочных мыслей, и ведьма отреагировала на нее по-своему.
– Подумаешь, запоздала!.. Между прочим, я совет держала с нашей самой старой и мудрой ведуньей. О тебе, между прочим, балакали!
– Что? – встрепенулась я. – Ой, здравствуйте! Я тут задумалась и не заметила вас…
– Так это ты не мне? И во что же ты отказываешься верить?
– Да в невольничьи рынки!
– А что с ними такое? – не поняла Василиса. – Погорели что ли?..
Теперь уже я, наверное, смотрела на нее, как на буйно помешанную. Не выдержала и спросила в более грубой манере, чем хотела:
– А вы считаете торговлю людьми нормальной?
Василиса не спешила отвечать. Опустилась рядом со мной на лавку и только потом заговорила. Голос ее тоже не отличался мягкостью.
– Не тебе менять заведенные порядки, девка! С таким революционным нравом ты только врагов себе наживешь выше крыши. Поняла? Не брыкайся, не высовывайся… Будешь тише воды, ниже травы, проживешь дольше, - жестко закончила она.
Как ни странно, ее короткая отповедь моментально остудила мой пыл. В любом случае, сначала надо все увидеть своими глазами, прежде чем делать выводы. А поэтому я заставила себя успокоиться и сосредоточиться на занятиях, к которым Василиса немедленно и приступила.
– Сначала повторим вчерашнюю науку, - взяла она быка за рога.
Ну с этим делом я справилась без труда – через секунду уже сидела на противоположной лавке.
– Умница девка, - довольно хмыкнула Василиса. – Вот что значит кровь. Кстати, с бабкой твоей я тоже пообщалась, но об этом потом… Место свое представляешь?
С этим делом было сложнее. Сколько раз не пыталась представить себе место, где хотела бы очутиться, все время перед мысленным взором всплывал сад Федора. Как я ни старалась исправить картинку, ничего не менялось. Сейчас правда мне вдруг привиделся пляж из сна, но его я тут же погнала из головы, потому как точно знала, что там не буду чувствовать себя в безопасности.
– Дерьмовенько, - прокомментировала Василиса в своей грубой манере. Впрочем, я уже привыкла и не обращала на ее брань внимания. – Запудрил тебе Федька мозги, а мне теперь расхлебывай. Давай мудрить вместе, чего уж там.