Чтение онлайн

И иду я в сторону этого замка. Лестница оказывается довольно твердой, и дверь тяжелая почти как настоящая, и изнутри он совершенно настоящий. Деревянные полы, гобелены на стенах, вазы с цветами, длинные коридоры, освещенные с помощью свечей. Лестницы, еще раз лестницы и вот я уже на последнем этаже. Захожу в самую последнюю комнату. Она оказывается очень маленькой и совершенно пустой. Напротив двери полу арочное окно, кажущееся слишком большим для этой комнатушки, без стекла и рамы.

Адир слетает с моего плеча и садится в оконном проеме. Когда я закрываю дверь начинается самое страшное. Оказывается, за ней прятался человек – женщина, и я знаю эту женщину – это моя няня. Да, это она. В одном из своих платьев, в белом фартуке.

Она плачет и трясется от страха. Я иду в ее сторону, она отходит все дальше и дальше пока не упирается в стенку. Мне не стоило особого труда схватить ее и напиться крови. Ее тело упало к моим ногам. « Простите няня» – я беру скрипку, – «Этот реквием для вас». Я начинаю играть над ее телом и сквозь музыку слышу мой любимый голос зовущий меня. « Я здесь, Ева», – отвечаю я на зов. Я не бегу, я не прячу труп, я продолжаю играть. И вот я уже слышу стук каблуков, шелест платья и приближающийся голос. Дверь открывается почти бесшумно. Атмосфера в комнате приобретает просто сумасшедшее напряжение. « Эрик?». Ева увидела эту женщину у моих ног. Ее страх легким ветерком пробежался по моей спине, и если обычно мне тоже становилось страшно ее потерять, то сейчас я был готов рассмеяться, ее страх приносил мне удовольствие! Я слышу шепот кого-то другого « Эрик, все пора, ей пора умереть…». Видимо убить ее должен был кто-то другой, потому что я прыгнул на подоконник посмотрел на безумно испуганную Еву ( Кстати, что было странно, одета она была в то же самое платье, что и Люси на нашей помолвке), и сиганул вниз на черную траву. И в следующею секунду я услышал душераздирающий крик Евы «Эрик, помоги!», а после тишина…

Мучительная, долгая тишина, там во сне я остаюсь совершенно спокойным, но на самом деле я пытаюсь закричать сдвинуться с места, помочь ей. Внезапный сильный порыв ветра сдул туман, замок исчез. Осталось только выжженное поле и скрипка с платьем на земле.

Очнулся я от того, что меня трясли руки Гаспара.

– Ты, что с ума сходишь?

Да я действительно сходил с ума от своих переживаний, от своей трусости, от своей любви…

Я был беспомощен перед лицом этого чувства. Это было подобно стрелам, которые горячими наконечниками пронзают тебя насквозь, эти наконечники медленно растапливают ледяное сердце, заставляют его биться вновь и вновь. И понимание того, что это сердце бьется не просто так, приносит невообразимое душевное спокойствие. Да, это было подобно тому, что моя душа вновь вернулась ко мне и сделала из мертвеца живого человека. Да, я жил, теперь я жил, а не существовал как раньше. Только эта жизнь должна была скоро закончиться…

* * *

4 мая – это был День рождения Евы. Именинница хотела пикник, она его получит. Елена постаралась на славу. Она выбрала потрясающую полянку с чудесным видом на город. Здесь нам никто не будет мешать. Конечно это слегка близко к «Дому клана»(Место где проходят советы, собирается клан или же просто живут вампиры, и многие там жили, почти все кроме меня, Дженни, Елены и Вениамина. Мы смогли ужиться в мире людей). Но они не посмеют нам помешать. Да, и одиночки туда не отправятся.

Торт, свечи, подарки, напитки, закуски – все было готово. Сначала я думал, они стараются для меня, я ошибался. Елена отвела меня в сторонку и начала шепотом говорить.

– Помнишь Настю?

– Помню…– ее вопрос поставил меня в тупик.

– Так вот, говорят, она связалась с каким-то одиночкой.

– Из тех, которых нам приказали выследить?

– Да, именно из них…Если это правда то ее… Ты знаешь, что будет. А тогда нам потребуется новичок… Понимаешь о чем я?

– Нет…

– Да, Еве суждено стать вампиром! У нее никого нет ведь так?

– Есть тетя какая-то…

– Вот именно, что какая-то. Если это правда, приведешь ее на совет. Я, Вениамин, Дженни и Гаспар проголосуем за…

– Нет!

– Что нет?

– Она не согласится. И я не желаю ей такой судьбы!

–

Никто ее спрашивать не будет и тебя тоже. Не желает он, а чего ты желаешь увидеть, как она умрет?

– Не увижу! Я оставлю ее в покое, уйду из ее жизни навсегда!

– Тогда скажи ей об этом сегодня. Хватит сил?

– Хватит! Сегодня, так сегодня!

Я был готов бежать, рвать волосы, кричать, убить всех кто попадется у меня на пути. Но это конец все. Сегодня я скажу Еве, что мы не можем быть вместе и уйду из ее жизни. А потом уеду, лет так на пять куда-нибудь. Дженни уже в состоянии прожить одна. Моя клятва будет исполнена, на благо нам обоим. На благо наших жизней и ее души…

Когда я забирал Дженни и Еву со школы. Мое сердце разрывалось на куски. Казалось, что эти стрелы стали слишком уж горячими. Когда я ее увидел, мое дыхание сбилось. Все еще хотелось кричать, но я не мог.

– Эрик, все в порядке? – спросила Дженни.

Я покачал головой.

– С днем рождения Ева! – мое поздравление больше подходило для поминок.

Я оглянулся, чтобы увидеть ее лицо. Наши взгляды встретились.

– Не нравится мне это, – сухой, почти металлический голос. Она попыталась натянуть улыбку, но ее глаза всегда выдавали истинные чувства. Очень хотелось, схватить ее, сжать в своих объятьях, рассказать всю правду и никогда больше не отпускать. Но я думал только о своих чувствах, а что насчет нее? Как она отреагирует на то, что я вампир? На то, что я убил тысячи людей? На то, что я монстр?

Это было ужасно! Бросить ее сегодня, в день ее рождения, но клятва есть клятва.

– Эрик, в чем дело? – Дженни держала меня за рукав, и смотрела вопрошающим, обессиливающим взглядом.

– Сегодня я оставлю ее в покое, – вот черт, чувствую себя ребенком, вынужденным расстаться с любимой и единственной игрушкой.

– Еву? Ты решил расстаться с Евой?!

Ее обезумевшие, удивленные глаза, болью пронзили меня насквозь в очередной раз. Мое сердце больше не таяло от надежды, оно вдруг снова заледенело и разбилось на тысячи острых осколков. Мне было страшно, ужасно страшно. Ведь я мог заставить себя уйти, сказать, что Ева мне безразлична, но какая-то часть меня все равно будет стремиться к ней. Эта часть будет пожирать меня изнутри, оставляя после себя зияющую пустоту, и причинять сильнейшую боль. Самым страшным было понимание того, что не только я буду испытывать эти муки. Как низко я упаду в ее глазах!

Я покачал головой в ответ на вопрос Дженни.

– Ты с ума сошел? Сегодня?

– Да, сегодня, – пришлось снова надеть на себя маску из стали, добавить жесткости в голос, хоть и хотелось плакать и ныть, но это непозволительная роскошь…

– Но… но, – Дженни начала заикаться, это значило ее безграничную растерянность и наворачивающиеся слезы. Черт! Если она еще и заплачет я вообще ума лишусь, – Но, ведь сегодня ее День рождения… Только не сегодня.

– Я обещал.

– Кому?

– Елене.

– Я поговорю с ней. Я уверена она тоже этого не хочет.

– Дело не том хотим мы этого или нет… просто так надо…

– Кому?

– Всем нам. Пока не случилось, что-нибудь непоправимое.

– Эри… Ты уедешь да? – черт, ну почему же она такая проницательная.

– Да, я скажу ей, что уеду… и на самом деле уеду…

– Надолго?

Я пожал плечами.

– С тобой можно?

– А Гаспар?

Она погрустнела еще сильнее.

– Не знаю.

– В любом случае, пять, шесть лет ничего не изменят.

– Пять… Шесть…

Я достал из кармана черную коробочку. В ней лежал медальон на тонкой цепочке.

– Эта вещица досталась мне от матери, последняя вещь, которая связывает меня с моей человеческой жизнью. Я хочу подарить его Еве…

– Это не честно…

– Что?

– Почему ты должен страдать из-за глупых законов? Ты ее любишь?

– Да… , на этот вопрос я ответил без малейшего замешательства. Я любил безумно, всей своей сущностью.