Раминар
Шрифт:
– У нас неприятности, - сдался Халахам.
– Вот теперь похоже на правду...
– Что было в том послании? Что передал ворон?
– осторожно подалась вперед Лайлин.
Поджав губы, гальт все-таки ответил:
– За Одором и носителем, с которым он идет к горам, увязались маги.
– Что за маги?
– Верховные.
– Те самые, что возглавляют Коалицию?!
– Эрикир чуть не поперхнулся.
– Но что им нужно?
– Не знаю.
– Они тоже ищут нас? Носителей?
– Ну и глубока же эта трясина, - процедил сквозь зубы Теаран.- Как только угораздило вляпаться в такую окрошку... Лучше бы мне всю жизнь гонять юррских интриганов.
– Ты запамятовал, что именно "ваши интриганы" тебе
– Судьба, - охнул Эри, привычно уже почесывая рубец на шее.
– Плевал я на судьбу! Еще скажи - провидение. Мои глаза до сих пор хранятся в баночке дома у одного психа, а я даже пальцем не могу до него дотянуться! Качусь в душной колымаге - жор знает, за каким лешим - в горы, когда мой брат остался один посреди своры подлецов с мыслью о том, что я мертв. Не говори мне про Судьбу! Подобные бредни предполагают смирение - но я никогда не смирюсь с таким дерь..., - Н'Карн выдохнул в бессильной ярости, замолкая.
– Судьба или нет, но назад путь заказан.
Виконт вскинул голову, так словно мог видеть Халахама.
– Выбор за мной.
– Боюсь, это не так.
Теан замер на секунду, не веря своим ушам. Когда он заговорил, голос его вибрировал от возмущения:
– Кто ты, чтобы указывать всем нам? Чем я, он, она, - Н'Карн безошибочно ткнул пальцем в сторону Эрикира и затем Лайлин, - тебе обязаны?... Постоянно только и слышно от вас обоих: нужно то, можно это. Превратил Шеа в натуральное пугало и как только кто-то из нас готов сорваться с крючка, сразу тычешь под нос байки об ужасной Кор-Унтару. При этом мы - вроде бы как - под вашей защитой! Ну и где? Где эта защита? Лин рук не покладая латает нас одного за другим! Что за фарс, гальт.
В наступившую паузу никто не вклинился, и Теаран добавил тяжело, веско:
– Нам нет смысла оставаться здесь. Нет смысла поддерживать твои неизвестные планы.
– Виконт, - голос Халахама прозвучал четко и с угрозой, - не заставляй тебя связывать.
У Лайлин от лица отхлынула кровь, будто чарку холодной воды плеснули. Раньше она в душе была не согласна с резкостью обвинений, брошенных Теараном, но не после того, как гальт ясно дал понять, что чихал на свободу выбора носителей. Нет, ну картина получается замечательная! Халахам и Алестар целенаправленно тащат детишек в Туманные горы, по дороге настойчиво, хоть и исподволь, внушая мысль о том, что нужно развивать способности, становиться сильнее, готовиться к тому моменту, когда... когда их не будет рядом, чтобы защитить? Но позвольте, а сколько было той защиты? У Лин у самой до сих пор на спине шрамы зудят. При всем при этом до открытого столкновения с Кор-Унтару дело еще не доходило...
– Если убить Шеа, все закончится, - в упор заявила она, ловя каждую тень на лице гальта.
– Ведь вам под силу расправиться с ней? Или нет?...
– Это бунт?
– холодно осведомился тот.
– Вы ее боитесь!
– Так же, как и она - нас.
На скулах Халахама проявились желваки. Лайлин собрала волю в кулак, чтобы выдержать пригибающий к земле взгляд.
– Кто-нибудь из вас думал о том, - тихо заговорил Эрикир, - как бы все повернулось, останься мы каждый на своем месте, не повстречай мы их. Что было бы со мной, если б Алестар не успел. А ты, Теан? Если б Лин забили крестьяне в Колодцах, ты умер бы в степи. И Каилара не смогла бы предупредить твоего брата вовремя... Они выдернули нас одного за другим из-под носа у грызущего... И самое главное - пока Халахам рядом, Шеа не решится напасть. И вообще, она ушла. Я больше не чувствую ее.
Гальт смотрел на Эрикира с непередаваемым выражением, как, в прочем, и все остальные. Пауза затянулась.
– Да вы что?!
– юноша взвился на ноги.
– Идите к жоровой матери! Пялитесь все так, будто баран заговорил. В гробу я вас видел!
Одернув рубашку, он стремительно зашагал прочь.
Никто не мог набраться духу, чтобы нарушить молчание. Наконец, Халахам пошевелился, опустив тарелку на землю у очага, и... не дожидаясь более просьб, угроз и требований, принялся выкладывать начистоту все - или почти все - чего спутники добивались от него в течение долгих месяцев дороги:
– Мы начали искать вас, случайно уловив вибрацию силы. Той силы, следа которой в Раминаре не должно было быть. Мы преследовали одну цель - вернуть энергию к истокам. Убив носителей, - на этом месте напряжение вокруг костра достигло пика. Намеренно не обращая внимания на вытянувшиеся физиономии, гальт продолжал: - Но с появлением Шеа простая задача значительно усложнилась. Мы до сих пор не уверены, куда отправится высвобожденная лада. Если к Кор-Унтару - то, сами понимаете, последствия мало кого порадуют. Единственное место, где сама Шеа не рискнет открыть канал между носителем и собой - это "мертвая земля". Такая местность, где лада отторгается, вытесняется вовне. Заповедная Долина в Туманных горах. Туда мы и направляемся. С приходом магов у нас появилось еще больше причин попасть в Азг-Керуаг. Как можно быстрее... Вот и весь сказ.
Теаран покачал головой, кривя губы в усмешке.
– Нет. Не весь... Что мешает вам прикончить нас в этой самой Долине, отправив ладу прямиком туда, где ей место? Ты сам только что сказал, какова ваша "единственная цель".
Гальт прищурил глаза в раздражении и досаде.
– Так было вначале, - казалось, что дальше он не добавит ни звука, но после мучительной паузы Халахам все же продолжил. Говорил он так, будто каждое слово из него клещами вытягивали: - Но мы решили рискнуть... Помнишь, я рассказывал о Сан-Дам - мире, парном вашему?... Так вот. Оттуда в Раминар пробивается еще один борец за свое правое дело, алчущий силы. Он ищет способ открыть канал и "призвать"... Так же, как это в свое время сделала Шеа.
– При чем здесь мы?
– Гальтов было восемь. Теперь двое. Нам с Одором не справиться.
Н'Карн на несколько мгновений потерял дар речи, после чего только и смог выдохнуть:
– Ничего себе...
– Теперь вы все знаете. Видит Небо, чего мне это стоит, но... я не стану больше давить. Решайте сами!
– Халахам резко поднялся с земли, собираясь уходить.
– Сами оцените груз ответственности. И сами встаньте рядом с нами. Утром я спрошу, кто едет в Азг-Керуаг, а кто нет. Лучше бы вам определиться с ответом. Окончательно.
Когда шаги гальта затихли, Теаран обратился к Алестару:
– И что, тех, кто решит не идти, он отпустит?
Су-волд молча окинул виконта взглядом. О нет, так не смотрят, когда хотят сказать хорошую новость.
– Откуда мне знать..., - пожал он наконец плечами, сохраняя отрешенный вид.
– Спросишь Хала поутру.
– Жоровы мастера замыкать кольца..., - прошипел Н'Карн, качая головой.
Лайлин почувствовала себя неуютно, когда серебристая бровь су-волда медленно изогнулась, придавая выражению лица оттенок ледяного скепсиса.
– Ты хочешь уйти, Теан?
– вопрос сам соскользнул у нее с губ.
Виконт заговорил не сразу, и голос его звучал глухо:
– Мы все сблизились за время дороги...
Айхел хмуро наблюдал за дочерью, как плясали в ее глазах дрожащие огни костра и тревоги. Н'Карн, переведя дыхание, закончил:
– Но не настолько, чтобы я бросил брата. По большему счету, здесь меня ничего не держит.
Ресницы Лайлин дрогнули, скрывая разочарование во взгляде.
– Вперившись в один единственный камень, можно не заметить гору, в теле которой он лежит, - Алестар и сам, наверное, не осознавал, что сейчас до жути напоминает философствующего гальта.
– А если сойдет лавина, она захватит с собой не один валун, и не десяток - сама гора изменится. Тот, о ком говорил Халахам - хуже любой лавины. И он уже начал свой путь по Раминару.