Путь
Шрифт:
— Дождь?.. — Насмешливо уточнил Росни.
Я молчала. Рэм молчал.
— Нет, не дождь. — Наконец отозвался Рэм. Теперь помрачнел Росни.
Чувствуя себя до крайности неловко, закруглилась с объяснениями. Они никак не прокомментировали признание, но в ментальном поле многое всплеснулось. «Ментал» — вот как называется пространство, где живут мысли.
Ничто не предвещало того, что случилось ночью. Уснула спокойно, но через какое-то время поняла, что не сплю. И вообще не в лесу. И даже не представляю, где же я.
Вокруг поднимались, смыкаясь куполом, стены черно-красного пламени, пламени призрачного, поняла я, протянув к ним
«Не бойся!» — произнесло пространство разноголосым хором, хором завораживающе мелодичным.
«Я не боюсь. — возразила, идя навстречу стене, та отдвигалась с каждым моим шагом, а сзади придвигались другие. Поняв тщету пройти сквозь них, остановилась, разглядывая вращение звезд под ногами. — Я не боюсь, но ничего не помню. Почему я ничего не помню?».
«Память — твоя плата.» — ответили мне.
«Плата за что?»
«За шанс найти не обретенное».
«Что-что?..»
«Не обретенное. Ищи его. И ты найдешь многое. Всегда иди вперед, не останавливайся».
«Не понимаю! — признала честно. — Что именно мне искать?». Пространство вокруг молчало. Я вздохнула. Кажется, не в первый раз на прямой вопрос мне отвечали красивым каламбуром.
«Что ты еще хочешь знать? — спросили голоса. — Говори скорее, для Живущих гибельно долгое пребывание здесь, твое время заканчивается».
«Кто вы?».
«Мы — Высшие».
«Смогу ли я еще услышать вас?».
«О, конечно. В тебе дар».
«А что случится, если я не стану искать?»
«Ты не сможешь отказаться. — снисходительно, как мне показалось, пропели голоса. — Потому что ты — Избранная».
«А все же? — не унималась. — Вдруг я остановлюсь, или оступлюсь нечаянно, что тогда будет?»э
«Ничего не будет. Ни для тебя, ни для других. Но больше — для тебя».
И все кончилось. Рывками, как из-под воды, возвращалась в реальность. Сначала обрела слух, и зашумел уже привычный лес, зазвучал тревожный голос Рэма. Потом запокалывало мышцы, сведенные судорогой, болью скрутило спину, сдавило грудь. «»Дыши! — Прямо в ухо приказал жесткий голос, я подчинилась невольно, сделала вдох — меня резануло, словно вместо воздуха вдохнула нож.
— Дыши! — Повторил Росни еще жестче. — Не смей умирать, слышишь?! — И, кому-то за пределами моего восприятия: — Все, сердце бьется. Теперь жить будет.
— Принца вызвал? — Неожиданно спросил Росни, делая на слове «принц» ударение. Рэм кивнул. Росни откинулся, сказал в пространство: — До чего же я не люблю иметь с ними дело…
— Поспи. — Предложил мне Рэм ласково. — До вечера ничего интересного не случится.
— Оптимист какой! — Буркнул Росни, пытаясь пришить огромную заплату на вполне аккуратную пропалину. Я заворожено любовалась его попытками. Я могла бы, конечно, избавить его от мучительных поисков компромисса в таком нелегком деле, но не хотелось перебивать себе удовольствие.
— Он придет. — Убежденно сказал Рэм. — Придет обязательно, вот увидишь!
— Ага! Прибежит. Есть ему дело до каких-то там смертных…
Сон сразу прошел: друг Рэма — эльф, а это слово определенно нечто для меня значило раньше. Было от чего проснуться. Чтобы отделаться от Росни даже отобрала у него многострадальный плащ и поставила собственный рекорд по пришиванию заплат. Так и подмывало пристать с вопросами самым бесцеремонным образом, не знаю, откуда взяла силы сдержаться.
Постепенно
погасали солнечные блики, разухабистость лесных красок слиняла. Лес принял задумчивый вид, размышляя о вечности под немыслимо яркими звездами. Росни ушел куда-то в темноту: может быть, на поиски эльфа? Трубка Рэма погасала дважды, и дважды он вновь набивал ее.— А если он все же не придет? — Не выдержала. — Вы тогда отведете меня к людям?..
— Не хочется? — Прищурился Рэм. Я честно покивала. — Не знаю, девушка. Тебя-то я понимаю, тебе в городах нелегко придется, ты какая-то… не подходящая им, что ли. Ну, если только мудрецы что-либо знают… хотя вряд ли и они помогут. Только что же нам-то с тобой делать? Не можем же вечно таскать за собой! И нам не сподручно, и тебе не выход. А вдруг твой ответ не здесь, не в лесу? Вдруг это вовсе и не ответ? Может, «оно» и вовсе вещь какая, заколдованная. К тому же сама видишь — война у нас, время опасное. С острова уже второй раз зов пришел… пора нам. Мы, Охотники, в войну не ввязываемся, незачем нам, нет у нас родины. Что Южное Всхолмие, что Северное, что материк… Какая нам разница? А вот то, что гномы опять забеспокоились — так это наше дело.
— Я вам мешаю?
— Не то, что бы очень. Но забот у нас и без тебя много.
От такой откровенности холодком дернуло плечи: конечно же, он прав. У них свои заботы, своя ответственность, и нечего мне отрывать людей от дела.
— А что же эльф? — Вернулась к интересующей теме. — Эльфы могут знать ответ?
Рэм молчал. Сосредоточенно нахмурившись, он пристально вглядывался во что-то за моей спиной. Я оглянулась — ничего. Но… нечто присутствовало где-то совсем рядом. Нечто, что ощущалось не проявляясь.
— Доброго вечера всем путникам. — Сказал эльф, появляясь из-за спины Рэма. Он оказался выше высоченного Охотника, и… до умопомрачения красив.
Я онемела. Рэм вскочил, они сначала обнялись, потом, резко отстранившись, поклонились друг другу — и как!
— Ясных звезд над твоей дорогой! — Взволнованно выдохнул Рэм, оглянулся, вспоминая обо мне: — Это Девушка Без Имени, она сейчас сопровождает нас. А Росни бродит где-то по опушке, возможно, скоро вернется.
— Спит. — Бросил эльф, заглядывая мне в глаза. Не знаю, когда поднялась на ноги, только осознала, что вижу в его глазах отражение собственного смятения. — Мое имя — Эллорн.
«Отпусти тревогу, странница. Почему я не вижу твою сущность?»
«Я не помню себя».
– ?
«Я и сама не понимаю…».
— Понимание — редкий гость в доме смертных. Но некоторые дороги приводят к нему.
«Я не знаю и следующего вздоха! «Они» сказали: ищи не обретенное».
«Значит, ты в силах найти! Только не сворачивай с пути».
— Какого?!
«Твоего».
— Ну, конечно, не вашего же! — Съязвила. — И как только сама не догадалась?
— Вы это о чем?.. — Растерялся Рэм.
Эльф выслушал мою историю с видимым интересом, даже несколько раз переспросил подробности. Ничего не сказал по окончании, но то и дело я ловила на себе его внимательный взгляд, взгляд, который невозможно было встретить прямо, потому что эльф и не смотрел в мою сторону, но который ощущался плечами, затылком, спиной.
Между тем ночь заканчивалась. Неторопливо текла беседа, Эллорн и Рэм говорили тихо, короткими фразами через длинные промежутки молчания. Постепенно их шепот убаюкал, я не заметила, как соскользнула в сон.