Чтение онлайн

— Граф Сэвенаро!

В моей голове мгновенно пронеслось все, что я знал об этой истории. После того, как мной был подслушан разговор набларийца и Авангуро, я кое-что выяснил и, сложив нехитрые факты, получил ясное представление об этом убийстве, не до конца, все же, понимая роль самого Авангуро в ней. Но думаю, что он был одним из тех, кто помогал королю решать возникшие осложнения. Воспылав страстью к недоступной красавице, Тамелий был жестоко уязвлен, когда узнал о ее тайных встречах с молодым чужеземцем. Видимо, в молодости он не умел еще обуздывать свои порывы и в яростной вспышке гнева приказал избавиться от обоих любовников или влюбленных.

Но убийство анатолийца, оставшееся безнаказанным, было для него не так опасно, как смерть юной девушки из знатного ларотумского семейства. И он сделал многое для того, чтобы правда не вышла наружу.

Сеньор Маркоб продолжил свой рассказ:

— Утверждали, что она погибла по вине моего брата, честнейшего в мире человека! Что это он вынудил ее выброситься из окна! — с горечью воскликнул мой знакомый. — Какая чушь! Более омерзительных обвинений нельзя было придумать! Долгое время я был связан по рукам и ногам словом, данным моему властелину. Он просил не искать виноватых. Политика. Я не предпринимал никаких действий. Лишь тайно выведывал через посредников все, что могло внести ясность. Но вот недавно ко мне пришло анонимное письмо, в коем указывалось, что одна очень высокопоставленная особа из Дори-Ден причастна к этому.

— Кого-то подозревают? — тупо спросил я, не веря своим ушам, но то, что я услышал в ответ, сразило меня наповал!

— Да. Все подозрения указывают на принца Орантона!

— Что?!

Наверное, у меня было очень удивленное лицо, потому что Маркоб сердито спросил, что меня так поразило.

— Но с чего вы взяли?! Это Фантенго вас в этом убедил?

— А что вас так удивляет? Вы считаете, что принц на такое не способен?

— Ну, я и сам еще до конца не знаю, на что способен принц, дело вовсе не в этом.

— Да вам-то, собственно, что за дело?

— Во-первых, я служу у принца, но не в этом суть, я просто знаю всю правду об этой истории. И могу вам открыть ее.

Маркоб горько засмеялся.

— Напрасно вы смеетесь. Клянусь честью, я не шучу. Наверное, это все — забавы Даарте, но случай таков, что свел вас и меня вместе. И я могу вам точно сказать, кто виноват в гибели этих несчастных.

— Как же это?

— Ваш брат был когда-то очень увлечен дочерью графа Сэвенаро. Настолько сильно, что встал на пути у короля Тамелия.

Король не прощает измены своим любимым женщинам. И по его приказу были убиты и дочь Сэвенаро и ваш брат, посол Анатолии.

— Откуда — вам — все известно?

— Есть человек, который владеет доказательствами этой истории.

— Я должен их видеть! — мрачно потребовал Маркоб.

— Надеюсь, вы понимаете, что это невозможно! Никто не знает, что мне известно об этом! И я не хочу подвергать свою жизнь опасности. И советую вам как можно скорее покинуть Ларотум. Смерть вашего брата — это единственное, что связывает вас с Фантенго?

Маркоб молчал.

— Я же вижу, что — нет. Он передал вам пакет. Говорите, или мне во второй раз придется скрестить с вами клинки.

— Он еще попутно продал мне план дворца, города, и его укреплений, и распорядок стражи, за сто золотых баалей и красивую цепь с львиной мордой.

— Зачем вам это? Мы что находимся в состоянии войны?

— Никогда не помешает владеть такой информацией о своих соседях.

— Советую вам отдать мне эти бумаги.

— Это почему же?! — гордо вскинул голову Маркоб.

— Потому что, если Фантенго вас подставил, то еще где-нибудь в пределах Ларотум

вас арестуют как шпиона с этими планами. А, судя по тому, что вы услышали ложь об убийстве вашего брата, он заинтересован в игре на стороне короля. Ну, давайте же их!

Нехотя Маркоб вытащил бумаги из-за пазухи и протянул мне.

— Мерзавец! — коротко сказал он о Фантенго. — Вы кажетесь мне порядочным человеком. Можете дать клятву, что все сказанное вами о моем брате — правда?

— Могу. В этом замешан король. И вы ничего ему предъявить не сможете.

— Это мы еще посмотрим! — мрачно ответил он. — Кто знает, возможно, мы с вами еще раз встретим друг друга с оружием в руках: вы за своего, а я за своего короля.

Я допоздна засиделся в игорном заведении в квартале набларийца. И унося некоторую сумму золотом, выигранную праведными усилиями, я в хорошем расположении духа пошел домой.

Но, выйдя из ворот Черного города, я заприметил в Коридоре странную компанию. Мне показалось, что люди эти хорошо вооружены и явно направляются куда-то с недобрыми намерениями — памятуя о событиях на мосту в Шапэйе и дуэль на Веселой Горке, я решил в данной ситуации избежать неприятностей — не то, чтобы я боялся — но мне не хотелось мирное свое настроение безжалостно портить встречей с Лисами.

И я быстренько, пока меня не заметили, повернул пряжку плаща. Что позволило мне приблизиться на безопасное расстояние и послушать о чем говорят эти люди. Любопытство превозобладало во мне.

— Итак, эллы, все в сборе? У ворот к нам присоединятся еще двое. Вам всем задача ясна?

Все ответили утвердительно — только я один ничего не понял.

Они решительно направились к воротам, ведущим в Белый город.

На улице Сокола, в том месте, где она упирается одним концом в старинный сад, они подошли к небольшому квадратному зданию, с удлиненной крышей, его фасад и двери были украшены все той же белой звездой, что я однажды видел на плащах, которые должны были носить неберийцы.

Это был храм Равных, где неберийцы молились пяти богам. Он назывался еще Храм Доблести и был построен на земле принадлежащей хэллу Ларкарсу, одному из членов ордена Белой звезды.

Во время своих прогулок по Белому Городу я подходил к нему и даже побеседовал с одним из жрецов, кажется, его звали Влянжон. Сейчас двери храма были приоткрыты. Люди вошли в них, я последовал за ними.

Два молодых человека в синих балахонах наводили в храме порядок. Влянжона среди них не было.

— Что вам угодно, эллы? — спросил высокий и худой жрец, наверное, он почувствовал недоброе, лицо его было серьезным даже строгим.

— Что нам угодно? Сжечь твой храм, нечестивец.

Только теперь я заметил, что в руках у пришедших были факелы, они зажгли их и стали приближаться к жрецам.

— Зачем вы это делаете? — воскликнул один жрец, очень красивый, совсем молодой человек. — Мы — мирные жрецы ордена Лучи Неберы. А это мирный храм, где люди молятся своим богам.

— А мы — немирные воины ордена Белого Алаабанга — и твои заклятые враги.

Произнеся это, двое из мадариан убили жрецов, а остальные стали складывать в большие мешки дорогую утварь храма. Тот, что был старшим и руководил этим разбойным отрядом, что-то нервно искал в храме. Он опрокинул статуи четырех богов, стулья которых здесь было не менее тридцати для посетителей, жертвенный очаг, канделябры.